×

Все проблемы решаемы

Как адвокатура Приморья справляется со сложностями
Президент АП Приморского края Борис Минцев рассказал «АГ» о деятельности палаты, оказании помощи pro bono, внедрении автоматизированного распределения дел по назначению и засилье «лжеадвокатов» в регионе.

– Борис Петрович, первый вопрос традиционный. Как в Вашем регионе реализуется Закон о бесплатной юридической помощи? Какие возникают сложности в ходе его исполнения?

– Реализация Закона о бесплатной юридической помощи у нас идет на основе как федерального, так и регионального законодательства. Наши адвокаты активно начали заниматься оказанием бесплатной помощи с 2013 г. И я бы сказал, что результаты у нас неплохие.

Если взглянуть в отчеты Минюста России за каждый год, то мы в пятерке лидирующих субъектов РФ и по объему используемых средств, и по числу случаев оказания помощи. Например, в 2013 г. было освоено около 2,4 млн руб., в 2014 г. – 1,8 млн руб., в 2015 г. – 1,6 млн руб. Снижение объемов осваиваемых средств связано со снижением финансирования оказываемой бесплатной юридической помощи. В частности, потому, что в настоящее время мы не можем добиться решения вопроса о расширении категорий лиц, имеющих право на получение бесплатной юридической помощи путем включения в него инвалидов третьей группы и т.д. Мы не раз выходили с такими предложениями, но администрация края пока не видит необходимости расширять имеющийся перечень.

Если говорить о количестве граждан, которым мы оказали бесплатную помощь, то в 2015 г. это было 3378 случаев, а за 9 месяцев текущего года – 1224. Такая серьезная разница во многом связана с тем, что малообеспеченные граждане практически не обращаются за оказанием БЮП, тем более, если они живут в удаленных от административного центра районах. Дело в том, что им очень сложно получить в органах соцзащиты необходимые справки.

Например, если человек живет в деревне Самарка, то ему нужно ехать до административного центра в деревню Чугуевка 100 км в одну сторону. По приезде он должен записаться на получение справки, вернуться домой, затем спустя некоторое время, обычно через 7–8 дней, приехать за этой справкой. После этого нужно записаться к адвокату, поскольку они далеко не каждый день могут принимать граждан в связи с участием в судебных процессах и, соответственно, нужно приехать в назначенный день на прием. И все это для того, чтобы всего лишь получить консультацию. Как итог, эта категория граждан у нас практически не охвачена бесплатной помощью сейчас.

– А оказывают ли в связи с этим адвокаты Вашей палаты помощь на условиях pro bono?

– Да, помощь на основе pro bono у нас распространена. Например, когда люди приезжают из деревень, то адвокаты не гоняют их за справками и иными документами, а сразу дают консультацию по всем возникающим вопросам совершенно бесплатно. И надо сказать, в большинстве случаев вопросы эти не входят в перечень тех, по которым может предоставляться бесплатная помощь в рамках закона.

Также адвокаты выезжают в отдаленные населенные пункты самостоятельно и в рамках pro bono дают консультации, причем никто не компенсирует им затраты на дорогу и потраченное время.

– У многих адвокатских палат налажено взаимодействие с Уполномоченными по правам предпринимателей, по правам человека, по правам ребенка в регионе. Есть ли у Вас подобного рода соглашения?

– У нас имеются соглашения и со всеми этими органами. С Уполномоченным по правам человека в Приморском крае мы уже длительное время сотрудничаем около 7 лет. С Уполномоченным по правам предпринимателей начали взаимодействие после того, как в палату поступило соответствующее обращение Федеральной палаты адвокатов. С Уполномоченным по правам ребенка тоже уже года два работаем в тесном контакте.

Наши адвокаты ведут прием одновременно с уполномоченными (это бывает как минимум раз в неделю) и помогают решить те или иные юридические проблемы. Разумеется, все консультации в рамках этих соглашений предоставляются бесплатно.

– Что можете сказать о деятельности самой палаты? Возникают ли у Вас какие-то проблемы или сложности?

– Проблемы, конечно же, возникают, но все они решаемы, некоторые – сразу, некоторые – в перспективе. Сейчас, например, одна из насущных проблем – внедрение автоматизированного программного комплекса (далее – АПК) для распределения между адвокатами дел по назначению.

В конце прошлого года мы заключили соглашение с АП Хабаровского края, которая предоставила нам программное обеспечение, а в начале этого года в рамках пилотного проекта внедрили систему АПК в Первомайском районе Владивостока. Сразу же мы столкнулись с препятствиями и неприятием со стороны некоторых правоохранителей: на местах прямо и откровенно саботировали внедрение автоматизированной системы. А все дело в том, что они привыкли привлекать к делам своих «карманных» адвокатов, которые подпишут все, что надо.

Чтобы решить эту проблему, нам пришлось даже обращаться в региональное управление юстиции. Но сейчас инертность уже прошла, многих руководителей правоохранительных органов мы убедили в необходимости введения такой системы распределения, чтобы исключить коррупционные моменты.

На сегодняшний день мы уже подключили к этой системе адвокатские образования города Находка, до конца года подключим Уссурийск, второй по значимости город в Приморском крае. Также сейчас ведем подготовительную работу по подключению оставшихся районов Владивостока: готовим списки, проводим обучение адвокатов и следователей и т.д. К началу следующего года автоматизированная система будет запущена на основной территории Приморского края, потому что мелкие районы мы считаем нецелесообразно подключать, так как там, где всего 5–6 адвокатов, они могут сами между собой распределить дела по назначению без всяких накладок.

– Говоря о делах по назначению, во многих регионах России существуют проблемы с оплатой труда адвокатов в рамках ст. 51 УПК РФ. Как с этим обстоят дела в Приморье?

– В общем-то, таких проблем не было до последнего времени. Но сейчас некоторые адвокаты сообщали, что в последний месяц притормозилась оплата со стороны судебного департамента, что крайне редко у нас бывает. А в целом каких-то конфликтных ситуаций по данному поводу не возникает. Надо сказать, что объем средств, который мы осваиваем в рамках участия в делах по назначению, достигает 150 млн рублей в год.

– Расскажите, как организовано повышение квалификации адвокатов в регионе и как Вы готовите молодых адвокатов к практике?

– У нас создан учебный центр при Адвокатской палате, выделено помещение, вмещающее 30 человек, соответствующим образом оборудованное. И не реже двух раз в месяц там проходят занятия по специально разработанной нами программе. Без проблем тоже не обходится, поскольку не все имеют большое желание учиться, приходится иногда некоторых адвокатов в административном порядке принуждать.

Для молодых адвокатов в обязательном порядке предусмотрен лекционный курс «молодого бойца» по всем основным вопросам: методика ведения дел, подготовка адвокатского производства, заключение соглашений, финансово-хозяйственная деятельность и т.д. Все эти темы преподносятся им с учетом сложившейся у нас практики и дисциплинарных производств, рассмотренных квалификационной комиссией.

– Как проходит подготовка стажеров? Много ли молодых людей, желающих связать свою жизнь с адвокатурой?

– Стажеров не так много. В ведущей коллегии 600 адвокатов и пока всего 8 стажеров. Дело в том, что стажер должен стажироваться пару лет, в это время никто его кормить не будет. А это же люди взрослые уже, им необходимо зарабатывать на жизнь, у некоторых и семьи есть. А положение стажера фактически – это помощник, технический работник с минимальной зарплатой. Естественно большого потока в таких условиях ожидать не приходится.

Вместо стажировок у нас, они идут работать как раз в следственный комитет, прокуратуру и т.д. Там они набираются опыта, решают материальные проблемы и, отработав 10–12 лет, начинают задумываться об адвокатской деятельности. К нам сейчас приходят люди в возрасте 30–35 лет из следственных органов и прокуратуры. И надо сказать, что уровень знаний у них очень приличный.

– Насколько легко претенденты сдают квалификационный экзамен? Изменилось ли что-то после введения нового порядка?

– В прошлом году у нас к экзамену были допущены 102 человека, а успешно сдали его 70 человек, т.е. почти 70%. Результаты экзаменов по новым требованиям не столь высоки. Мы уже трижды проводили экзамен по новым правилам: в сентябре, октябре и ноябре.

В первый раз пригласили 21 претендента, из которых справились только трое. В ноябре же, для сравнения, пригласили только пять человек – из них трое сдали. Хоть и стало заметно сложнее, однако желающие стать адвокатами подстраиваются под эти сложности. Кроме того, многие, кто не сдал в сентябре, были буквально на грани: им не хватило нескольких верных ответов. Можно еще отметить, что если раньше толпы стояли в очереди на экзамен, то теперь претенденты даже пытаются отсрочить сдачу, чтобы тщательнее подготовиться.

– Что можете сказать о практике дисциплинарных производств?

– Все нарушения типовые: ненадлежащее исполнение профессиональных обязанностей, неявка на следственные действия и судебные заседания без уважительной причины, факты некорректного поведения в ходе судебных заседаний, плюс определенную часть составляют нарушение порядка работы по назначению.

Но, если в 2015 г. было возбуждено 130 дисциплинарных производств, то в этом – 62. Поток жалоб тоже сократился. Конечно, пока статистику мы не подбивали, и всю картину нарисовать сложно, но, думаю, некая положительная тенденция все-таки наблюдается.

– Практически во всех регионах есть такая проблема, что юридические фирмы используют в своей рекламе и даже названиях термины, которые по закону вправе использовать только адвокаты. Существует ли подобное в Приморском крае?

– Честно говоря, у нас фирм, которые присваивали бы себе адвокатские функции, практически нет. Но у нас есть масса «подпольных адвокатов», которые не имеют никакого отношения к палате. Они вводят граждан в заблуждение: вешают вывеску, что они адвокаты, раздают визитки на улице, в разговоре с клиентами называют себя адвокатами и т.п. К нам обращаются с жалобами, приходится разъяснять, что это вовсе не адвокаты, что соглашения заключены с неким ООО и т.д.

Этот стихийный рынок необходимо контролировать. И потому инициативы и Минюста, и ФПА по регулированию сферы профессиональной юридической помощи весьма своевременны – это позволит навести порядок. Тем более что в отдельных случаях клиенты таких «лжеадвокатов» оказываются фигурантами уголовных дел. У нас был случай, когда такой горе-юрист пообещала вернуть права гражданину за определенную сумму, права он получил, а через несколько дней, когда он был остановлен, управляя своим транспортным средством, выяснилось, что это поддельные права.

Но мы со своей стороны ничего здесь не можем сделать, так как правовых рычагов давления у нас нет. Их клиентам можно только посоветовать, если есть элементы мошенничества, обращаться в правоохранительные органы.

– Как вообще строится взаимоотношение с Федеральной палатой адвокатов?

– Контакты у нас налажены вполне нормально, со стороны ФПА претензий нет. Существуют определенные затруднения в связи с удаленностью Приморского края: летать на конференции, семинары для нас сложно. Но мы всегда знакомимся со всеми материалами конференций и ФПА, и других адвокатских объединений, читаем все новости на сайте ФПА и в «Новой адвокатской газете», ведущих адвокатских образований субъектов РФ и потому в курсе всех событий.

Кроме того, в этом году мы направляли своих молодых адвокатов на конгресс в Ялту, до того наши представители участвовали в иных мероприятиях Федеральной палаты адвокатов. Также на протяжении последних трех лет направляем свою делегацию для участия в шахматных турнирах «АГ». В прошлом году палату посетил исполнительный вице-президент ФПА РФ Андрей Сучков, совместив свой приезд с участием в экономическом форуме.

Рассказать коллегам: