×

Защита должна иметь право проводить экспертизу

Усилению состязательности в уголовном процессе могла бы способствовать активная роль суда
Директор Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ, академик РАН Талия Хабриева ответила на вопросы «Новой адвокатской газеты».

– Уважаемая Талия Ярулловна! Выполняет ли ИЗИСП государственные задачи, поставленные Правительством? Какие именно?

– Статус научного учреждения при Правительстве Российской Федерации уже сам по себе предполагает функциональную включенность в выполнение задач, поставленных учредителем. Институт проводит фундаментальные и прикладные исследования развития российского и зарубежного законодательства, практики его применения. Это дает нам основания участвовать в подготовке планов законопроектной деятельности Правительства Российской Федерации, проводить научную правовую экспертизу проектов федеральных законов, которые требуют официального отзыва или рассмотрения Правительства, т.е. практически всех проектов. Институт выполняет функции Секретариата делегации Российской Федерации в Европейской комиссии за демократию через право (Венецианской комиссии).

Работы много. Только за 2016 г. Институт выполнил 1478 поручений и запросов Правительства Российской Федерации. Кроме этого, рассмотрено 1947 обращений других государственных структур – федеральных органов исполнительной власти, федеральных судов и др. Вместе с поручениями Президента и Правительства получилась внушительная цифра – 4180, за которой стоит ежедневная напряженная работа коллектива Института.

– Находится ли Институт полностью на государственном финансировании?

– В основном финансовое обеспечение деятельности Института осуществляется за счет средств федерального бюджета в пределах государственного задания, ежегодно утверждаемого Правительством Российской Федерации. В соответствии с Уставом Институт вправе выполнять работы, относящиеся к его основным видам деятельности, за плату. Такого рода услуги Института пользуются спросом, что дает возможность нашему учреждению стабильно получать дополнительные средства.

– Приходится ли вам готовить законопроекты, вносимые Правительством, как происходит эта работа? Проходят ли в Институте экспертизу законопроекты, подготовленные в министерствах и ведомствах? Как происходит практическая работа с законодателем, участвуете ли вы в обсуждениях в парламенте?

– Да, Институт участвует и в подготовке планов законопроектной деятельности Правительства Российской Федерации, и в разработке, а также в проведении научной правовой экспертизы концепций и проектов федеральных законов, иных нормативных правовых актов, находящихся на рассмотрении в Правительстве Российской Федерации. Сотрудники Института включаются в состав экспертных и научных советов федеральных государственных органов, по согласованию и в состав рабочих групп по разработке законопроектов, при наличии поручения Правительства. Так, ученые Института принимали участие в подготовке Гражданского кодекса, Земельного кодекса, Кодекса об административных правонарушениях, Трудового кодекса, Арбитражного процессуального кодекса, Гражданского процессуального кодекса, других федеральных законов и иных нормативных правовых актов Российской Федерации.

Мы убеждены в том, что тесное взаимодействие науки и практики позволяет обогатить обе стороны, найти эффективные правовые решения.

– Несколько вопросов, как говорится, на актуальные темы... У нас много говорят о противодействии коррупции, но люди считают, что это зло искоренить невозможно. Что все-таки можно сделать хотя бы для уменьшения вреда от коррупции?

– Прежде чем ответить на ваш вопрос, надо заметить, что ни одной стране мира не удалось ни искоренить, ни сколько-нибудь существенно ограничить проблему коррупции в одночасье. Даже Сингапуру, который считается одним из государств, наиболее успешно противостоящих коррупции, для того чтобы добиться ощутимого снижения уровня коррупции, потребовалось более 30 лет. Противодействие коррупции – это вопрос глобальной «повестки дня», от необходимости поиска ответов на него не может себе позволить уклониться ни одно современное демократическое государство.

Многое уже сделано, но поле деятельности здесь еще, разумеется, обширное. Например, мы считаем актуальной задачу совершенствования гражданско-правовой ответственности за коррупционные правонарушения, которая в настоящее время наступает в виде возмещения лицом причиненного имущественного вреда, прекращения права собственности и восстановления нарушенного права. Анализ статистических данных показывает возрастающую эффективность применения таких мер профилактики коррупции, как представление сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера. Однако даже самое совершенное законодательство в сфере противодействия коррупции не может привести к тому, что данное негативное социальное явление исчезнет само по себе. Большие резервы кроются в налаживании взаимодействия государства и институтов гражданского общества в целях обеспечения действенного механизма правоприменения, развития общественного контроля.

– Толкование Конституции – это функция Конституционного Суда РФ, но он пользуется ею редко. Какие положения Конституции, на ваш взгляд, нуждаются сегодня в толковании?

– Акты толкования Конституции РФ Конституционным Судом РФ были особенно востребованы в первые 5–7 лет после принятия основного закона государства. В последнее время интенсивность правоинтерпретационной деятельности Конституционного Суда РФ существенно снижена, что вполне объяснимо. После принятия Конституции РФ прошел длительный период времени. Обнаружившиеся неопределенности в конституционных положениях были разъяснены, в том числе благодаря правовым позициям Конституционного Суда РФ, выработанным им при разрешении конкретных дел. Если же говорить о будущем, полагаем, что в среднесрочной перспективе может возникнуть необходимость в толковании конституционных положений, регламентирующих парламентский контроль и определяющих предмет федеральных конституционных законов.

– Как вы относитесь к судебной реформе, в частности к введению судов присяжных в районных судах и идее создать новые кассационные инстанции в судах общей юрисдикции?

– Рассмотрение уголовных дел с участием присяжных заседателей в районных и гарнизонных военных судах будет осуществляться с 1 июня 2018 г. Законодатель четко определил подсудность суда с участием присяжных заседателей. Таким образом, Федеральный закон от 23 июня 2016 г. № 190 расширил институт присяжных заседателей. Практически он доступен для каждого обвиняемого в совершении особо тяжкого преступления против личности. Следует учитывать, что районные суды рассматривают наибольшее количество уголовных дел, они наиболее приближены к населению. Тем самым в максимальной степени обеспечивается конституционный принцип, закрепленный ч. 2 ст. 47 Конституции РФ, о праве обвиняемого на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей.

Что же до второй части вашего вопроса, то Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 13 июля 2017 г. № 28 в Государственную Думу Федерального Собрания РФ внесен проект федерального конституционного закона «О внесении изменений в федеральные конституционные законы в связи с созданием кассационных судов общей юрисдикции и апелляционных судов общей юрисдикции». Согласно проекту, кассационный суд общей юрисдикции является федеральным судом общей юрисдикции, действующим в пределах территории соответствующего судебного кассационного округа. По итогам введения норм, предложенных законопроектом, появятся новые судебные округа, которые не будут совпадать с административным делением. Таким образом, новые кассационный и апелляционный суды не привязаны к конкретному региону, будут расположены в разных регионах. В результате суды кассационной инстанции и апелляционной инстанции разведены не только функционально, но и территориально. Считаю, что тем самым создается дополнительная гарантия независимости судей.

– Хотелось бы узнать ваше мнение о том, соблюдается ли принцип равенства сторон – обвинения и защиты. Почему у нас так высок процент обвинительных приговоров?

– На мой взгляд, не вполне правильно судить о качестве работы судей и о соблюдении принципа равенства сторон по проценту оправдательных приговоров. В одних странах в суд передаются практически все дела, по которым судья принимает решения, а в других, в том числе и в России, дела перед направлением в суд тщательно отрабатываются следователями и проверяются прокурорами. Иными словами, по тем уголовным делам, по которым, к примеру, в США выносятся оправдательные приговоры, в России производство прекращается уже на этапе предварительного расследования, т.е. они попросту не доходят до судебного рассмотрения. Кроме того, необходимо учитывать, что большинство уголовных дел рассматривается в порядке особого производства, когда обвиняемый признает свою вину, что составляет примерно 80% уголовных дел от общего числа рассматриваемых судами. Но в целом, нельзя оперировать «голой» статистикой, следует проводить регулярные социолого-правовые исследования, культура и научные школы которых до сих пор после тяжелых 90-х в юридической науке не восстановлены. Такие традиции были сильны начиная с 20-х гг. ХХ в. у нас в Институте, и мы работаем над их возрождением, в полной мере пытаясь использовать наши тесные связи с коллективами институтов РАН (Институт социально-политических исследований, Центральный экономико-математический институт и др.).

– Какие законодательные изменения нужны, чтобы адвокаты могли на равных состязаться с государственными структурами, проводящими следствие и поддерживающими обвинение?

– Полагаю, что внимательного изучения требует вопрос наделения стороны защиты правом самостоятельно проводить экспертизу. Кроме того, в рамках существующего в России порядка производства уголовных дел представляется возможным усилить роль суда. Активная роль суда при производстве по уголовному делу могла бы способствовать усилению состязательности в процессе. Это соответствует целям отправления справедливого правосудия по романо-германскому типу процесса, предусматривающему предоставление судье, разрешающему то или иное уголовное дело, конкретных полномочий, позволяющих установить истину.

– Согласны ли вы с идеей, что представлять интересы сторон в суде должны только адвокаты? Или это можно доверить любому юристу?

– Думаю, законодателю следует определиться, по каким именно делам и в каких именно формах судопроизводства при рассмотрении дела в суде вправе участвовать только адвокаты. Как представляется, если идти по этому пути, то в перспективе можно добиться того, чтобы именно в судах интересы граждан (т.е. физических лиц) представляли только адвокаты. Полагаем, что в Российской Федерации уже сейчас только адвокаты могли бы участвовать в рассмотрении дел высшими судами, как это практикуется за рубежом. Так, в ряде стран мира даже не все адвокаты имеют право участвовать в судопроизводстве в высших судах, например в Дании, Германии.

– Можно ли поручить оценку квалификации юристов общественной организации? И сможет ли она контролировать его деятельность? Или это прерогатива государства?

– Возможность наделения общественной организации, по сути, государственной компетенцией – неоднозначный вопрос, требующий серьезного обсуждения в научном и экспертном сообществах. В соответствии с п. «в» ст. 114 Конституции РФ Правительство обеспечивает проведение в Российской Федерации единой государственной политики в области образования. Конституционный Суд РФ в одном из своих решений указал, что, создавая условия для реализации гражданами Российской Федерации конституционного права на образование, государство вместе с тем устанавливает федеральные государственные образовательные стандарты (ч. 5 ст. 43 Конституции РФ), которые определяют уровень и содержание профессиональной подготовки специалистов и являются основой объективной оценки уровня образования и квалификации выпускников.

В то же время, несомненно, требуют решения задачи консолидации юридического сообщества, развития норм саморегуляции, воспитания высокого уровня корпоративной культуры. Неслучайно Концепция регулирования рынка профессиональной юридической помощи, проект которой представлен недавно Минюстом России, среди основных задач рассматривает определение комплекса мер по структурированию системы оказания квалифицированной юридической помощи, объединению разрозненного рынка юридических услуг в единую регулируемую профессию, подчиняющуюся общим профессиональным и этическим требованиям, ограничению доступа на рынок и исключению с рынка недобросовестных участников.

При этом внесенный в Государственную Думу проект федерального закона «Об осуществлении представительства сторон в судах и о внесении изменений в отдельные законодательные акты» предусматривает, что представителями граждан и организаций для ведения гражданских и административных дел в судах и дел в арбитражных судах вправе быть российские граждане, которые имеют высшее юридическое образование, полученное по имеющей российскую государственную аккредитацию образовательной программе, либо присвоенную в Российской Федерации ученую степень по юридической специальности, а также российские организации. Эту норму предлагается внести, поскольку действующим законодательством не всегда установлены требования о наличии у лиц, непосредственно осуществляющих представительство, отечественного юридического образования. Такие нормы, в случае их принятия, повысят значимость юридического образования, а следовательно, подчеркнут роль государства в объективном установлении квалификации юристов.

Рассказать коллегам: