×

«а потому что!»

Верховный Суд РФ посчитал, что указание судьи о необходимости назначения минимального срока лишения свободы, предусмотренного статьей, не противоречит его решению назначить наказание в минимальных пределах санкции статьи, превысившее этот срок
Золотухин Борис
Золотухин Борис
Адвокат, член Совета АП Белгородской области

Недавно в блоге высказался критически в отношении предложенного ВС РФ законопроекта о создании самостоятельных кассационных судов. Критическое отношение к законопроекту обусловлено в том числе и собственной практикой, когда на серьезно подготовленные жалобы получал откровенные отписки, читая которые вспоминалась пословица: «Ты им про Ерему, а они тебе про Фому».

Собственный опыт кассационного обжалования, а также практика коллег позволяют утверждать, что результативность подачи кассационной жалобы как в суд субъекта Федерации, так и в ВС РФ близка к нулю. И зачастую ВС РФ либо повторяет доводы суда субъекта, либо занимается изощренной словесной эквилибристикой.

Ранее в блоге опубликовал пример интересного понимания судебными инстанциями русского языка. Напомню: назначая осужденному наказание, суд, с учетом его участия в боевых действиях, в описательной части приговора указал, что считает необходимым назначить ему минимальный срок лишения свободы, предусмотренный санкцией ч. 3 ст. 286 УК РФ. Этот срок составляет 3 года.

Однако при этом суд по одному эпизоду определил осужденному 3 года 2 месяца лишения свободы, по другому – 3 года 6 месяцев лишения свободы, то есть по обоим эпизодам наказание превысило минимальный предел санкции ч. 3 ст. 286 УК РФ.

Будучи абсолютно уверенным в своей правоте, подал кассационную жалобу, однако из постановления судьи областного суда с удивлением узнал, что «из смыслового содержания описательно-мотивировочной части приговора усматривается суждение суда о необходимости назначения наказания в минимальных пределах санкции ч. 3 ст. 286 УК РФ…»

То есть словосочетания «минимальный срок» и «в минимальном пределе» признаны одинаковыми по смыслу.

Ожидал реакцию ВС РФ, но получил ответ, на подготовку которого, судя по сайту Суда, было потрачено всего три дня и существо которого можно передать так: «А потому что!»

Цитирую: «Указание суда о необходимости назначения Литвяку минимального наказания, предусмотренного ч. 3 ст. 286 УК РФ, не противоречит назначенному в минимальных пределах санкции статьи основному наказанию в виде 3 лет 2 месяцев лишения свободы за совершение преступления, предусмотренного п. “аˮ ч. 3 ст. 286 УК РФ, и 3 лет 6 месяцев лишения свободы по преступлению, предусмотренному п. “аˮ, “бˮ ст. 286 УК РФ».

Но вот вопрос, почему не противоречит, я должен и понимать, и разрешать сам.

Вроде бы любой юрист-криминалист знает положения ст. 7 УПК РФ об обоснованности любого судебного постановления. Знакомы мы и с содержанием п. 13 Постановления Пленума ВС РФ № 2 от 28 декабря 2014 г. «О применении норм главы 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», требующего обязательного наличия в постановлении об отказе в передаче кассационных жалоб на рассмотрение суда кассационной инстанции надлежащего ответа на доводы жалобы, в которых оспариваются законность приговора, определения, постановления суда, и указания мотивов принятого решения.

Но во многих случаях ответы ВС РФ на доводы жалобы и мотивы отказа можно определить следующим образом: «А потому что!» Отсюда полагать, что иные самостоятельные кассационные суды будут рассматривать жалобы по-другому, оснований нет.

Рассказать коллегам: