×

Сохранить, нельзя отменить

Постановление КС РФ № 32-П, признавшее ст. 159.4 УК частично не соответствующей Конституции РФ, вызвало в юридическом сообществе дискуссии о том, сохранять ли состав «предпринимательского» мошенничества
Кравченко Дмитрий
Кравченко Дмитрий
Адвокат Адвокатской конторы «Аснис и партнеры» МГКА
От их ответа и ответа законодателя на данный вопрос во многом зависит ближайшее правовое будущее российского бизнеса.

То, что ст. 159.4 не была, прямо скажем, конституционно безупречной, сомневаться не приходится. И КС нельзя обвинить в безосновательности позиции о ее частичной неконституционности. Вряд ли кто-либо не усомнился бы, например, что так уж справедливо значительно менее строго наказывать предпринимателя, укравшего у массы обычных людей, чем другого мошенника, сделавшего то же самое, но вне предпринимательства. Вся проблема явно была в том, что в этой статье правильно, а что – совсем нет.

По некоторой неопределенности постановления КС, обычно ему не свойственной, по наличию особого мнения судьи К.В. Арановского и по ряду иных признаков можно сделать вывод о том, что оно явилось предметом достаточно сложных обсуждений. Но столь сильные различия в санкциях в «предпринимательском» и «обычном» мошенничестве (влекущие и различия в категориях преступлений), крупном и особо крупном размерах похищенного, да и доводы «об обманутых дольщиках» дали сильный «психологический» эффект. По итогам КС, можно сказать, слегка пережал.

Не очень прямо об этом указав, КС по существу запретил:

– устанавливать иную ответственность за действия, уже запрещенные уголовным законодательством, для специальных субъектов – предпринимателей;

– устанавливать иную ответственность за действия, уже запрещенные уголовным законодательством, для лиц (в том числе предпринимателей), совершивших преступления конкретным способом (по-видимому, если этот способ является одним из типовых способов совершения подобных преступлений);

– устанавливать иную ответственность за действия, аналогичные уже запрещенным уголовным законодательством (в том числе совершенные предпринимателями), в результате которых причинен аналогичный ущерб;

– устанавливать иной размер и иные виды санкций (влияющие в том числе на категории преступлений) за действия, аналогичные уже запрещенным уголовным законодательством (в том числе совершенные специальными субъектами-предпринимателями).

Ограничения, прямо скажем, практически максимально возможные. Некоторым даже показалось, что абсолютные, и послышались призывы к отказу от статьи УК. Но все не совсем так.

Во-первых, КС не подвергал сомнению критерий потерпевшего как обосновывающий различия уголовной ответственности и, скорее всего, делал это сознательно.

Во-вторых, не указал он прямо и на недопустимость критерия «сферы деятельности» (в данном случае предпринимательской). Исходя из доводов КС по иным критериям можно предположить, что сама по себе «сфера» – критерий конституционно недостаточный. Но вот в сочетании с другими критериями – имеет право на существование.

В-третьих, КС тщательно именно в этом постановлении напоминает о необходимости учета социальных реалий и того, чтобы законы отвечали этим реалиям, а также о наличии у законодателя права специальным образом регулировать предпринимательскую деятельность и ответственность в этой сфере.

Из этих «подсказок», оставленных КС, и из этого постановления в целом можно сделать ряд выводов.

1. С того момента, как законодатель решил по-особенному регулировать мошенничество в предпринимательской сфере, исходя из необходимости развития экономики, лучше бизнес-среда с учетом всех факторов явно не стала. А значит полный отказ от «предпринимательского мошенничества» вообще не отвечает тем самым социальным реалиям.

2. Нет ничего неконституционного в том, чтобы установить особенную уголовную ответственность за мошенничество, совершенное в сфере предпринимательской деятельности, повлекшее хищение имущества лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность.

3. Стоит сгладить самые явные и выделяющиеся различия между санкциями, крупным и особо крупным размерами похищенного и т.п. Что, к слову, не потребует особенно существенных изменений в санкциях общих и специальных норм.

Было бы целесообразным и верным частично сохранить «предпринимательский» состав мошенничества таким способом. Способ этот, надо сказать, и в глазах общественности выглядел бы весьма разумным. Поскольку предпринимательская деятельность является рисковой, снизить размеры ответственности в этой области вполне справедливо.

Почему все это очень важно?

Озабоченность Салехардского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа излишней привилегированностью положения предпринимателей вполне может оказаться заразительной. Большой вопрос в свете позиций КС вызывают прочие составы специализированного мошенничества, введенные одновременно со ст. 159.4 УК РФ. С не меньшим энтузиазмом разнообразные правоприменители могут анализировать положения уголовно-процессуального закона, связанные с мерой пресечения и проч., и иные достижения эпохи предпринимательской либерализации. Состояние же деловой среды и экономики вообще свидетельствует о необходимости некоего противодействия такому энтузиазму.

А ст. 159.4, надо отметить, не без правоприменительных исключений, но в целом работоспособна. И на ее счету уже многие «неотсиженные» предпринимателями годы. А поскольку максимальный размер санкции, в отличие от многих, например, уголовно-процессуальных норм, правоприменителю довольно сложно как-то особенным образом интерпретировать, эта статья – реальное правовое подспорье для деловой среды.

Поэтому представляется целесообразным приложить максимум усилий к тому, чтобы «предпринимательский» состав мошенничества был в том или ином виде сохранен. Если он будет сохранен в описанном выше виде – он, как мне кажется, претворит в жизнь идеи, высказанные Конституционным Судом.
Рассказать коллегам:
Другие мнения
Сазонов Всеволод
Сазонов Всеволод
Председатель КА «Сазонов и партнеры», д.ю.н.
Институт дия
Международное право
Родственники жертв авиакатастрофы с участием лайнера FlyDubai имеют право на дия – безусловную финансовую компенсацию
20 Ноября 2017
Бушмаков Алексей
Бушмаков Алексей
Адвокат АП Свердловской области
Мастэктомия как повод для отобрания детей
Семейное право
Решение суда первой инстанции об отобрании детей у матери, перенесшей мастэктомию и сообщившей об этом в социальных сетях, будет обжаловано
18 Октября 2017
Ватолина Наталья
Ватолина Наталья
Адвокат Коллегии адвокатов «Регионсервис»
Когда наследники плачут
Гражданское право и процесс
О наследовании активов, находящихся в интернет-пространстве
17 Октября 2017
Мазурова Оксана
Мазурова Оксана
Адвокат Тихоокеанской коллегии адвокатов Приморского края
Очная ставка со шкафом
Методика адвокатской деятельности
Следователь провел ненужную очную ставку с засекреченным свидетелем, используя дверную щель шкафа
17 Октября 2017
Ермолаева Надежда
Ермолаева Надежда
Партнер АБ «Мусаев и партнеры»
Будет ли дело пересмотрено?
Международное право
Решение ЕСПЧ по делу «Дмитриевский против России» является знаковым и имеет ряд особенностей, по сравнению с другими прецедентами по аналогичным делам, однако вопрос о его исполнении Россией остается открытым
13 Октября 2017
Кириенко Михаил
Кириенко Михаил
Партнер АБ «Ковалев, Рязанцев и партнеры», к.ю.н., доцент Южно-Уральского государственного университета
Декларативное и неконкретизированное
Уголовное право и процесс
О постановлении Пленума ВС РФ, посвященном выполнению судами прошлогоднего постановления по вопросам ответственности за преступления в сфере предпринимательства
12 Октября 2017