×

Страшен ли скр «черный пиар»?

Владимир Маркин – спикер Следственного комитета в эссе, опубликованном «Известиями» 5 октября, озвучил весьма интересный взгляд на проблему действий стороны защиты по ряду резонансных дел последних месяцев
Багатурия Вадим
Багатурия Вадим
Адвокат АП Московской области
      При всем моем уважении к, пожалуй, самому известному российскому генералу у меня как представителя профессии оппонентов стороны обвинения вполне естественно возникли контраргументы. Справедливы ли они или вновь можно обличить адвокатов в пустом протесте?

Работа каждого официального представителя связана с повышением уровня доверия и удовлетворенности работой государственного органа, в котором он служит. В этом вопросе с самого появления в 2007 г. Следственному комитету равных нет. В то время, будучи следователем, я отметил, что деятельность моего ведомства освещается буквально в каждом выпуске новостей. Особенно контраст проявлялся на фоне прежних «прокурорских» лет, когда взаимодействие со СМИ носило эпизодический характер. В этом заключается профессионализм Владимира Ивановича – никто из его коллег не смог до этого сделать свою работу с нуля так же высококлассно, как он.

Однако в освещении работы СКР всегда красной линией проходила тема навешивания «ярлыков» – некий фирменный стиль. Разве не достаточно в информационных целях просто сообщать, что «тогда-то, задержан такой-то, дело расследуется»? Отнюдь. Чаще мы видим кадры шокирующей роскоши, слышим массу обличающих фактов и в заключение вердикт – «виновен». Но не должна ли применяться в таких случаях ст. 49 Конституции России, пусть даже и задержан подозреваемый на месте происшествия?

С делом Гайзера история повторилась, но приняла совсем другой оборот – не совсем в пользу следствия.

Зная не понаслышке о сложностях процессуальной борьбы, когда суд на всех стадиях расследования априори занимает сторону обвинения, я не могу не поддерживать адвокатов, представляющих участников «губернаторского ОПС».

Что им оставалось делать, после того, как две недели их попросту не пускали (и пускают ли сейчас?) к подзащитным, несмотря на полное соблюдение формальностей? Молчать, терпеть, бежать в Басманный суд? Они нашли, вероятно, более действенный способ – заявить о проблеме в прессе. В этом заключается «черный пиар»?

Или мои коллеги заявили о невиновности доверителей, подвергнув критике профессионализм следствия и оперативных структур? Нет! Было лишь заявление о противодействии выполнению профессиональных функций. Считается ли в этом случае «давлением на следствие» просьба к Президенту разобраться с недопуском защитников в СИЗО? По-моему, только благодаря данному громкому делу и удалось достучаться до властей с давно назревшей проблемой – не было бы счастья, да несчастье помогло.

Что на выходе? Возбудили дело, откровенно нарушили права стороны защиты, породили реакцию. Может, поэтому статью Владимира Ивановича правильнее назвать «Пиар на фоне возбуждения» и признать, что не стоило оскорблять адвокатов? Так справедливее. Или все-таки он прав, называя наше сословие «пикейными жилетами», искренне считая адвокатуру, согласно давней государственной традиции, рудиментом российского общества?

В одном же согласиться с генералом Маркиным можно безоговорочно: именно благодаря умышленным действиям некоторых следователей адвокаты действительно остаются не у дел…

Рассказать коллегам: