×

Врачебная тайна под контролем

О необходимости судебного санкционирования нарушения врачебной тайны на стадии выявления преступлений
Золотухин Борис
Золотухин Борис
Адвокат, член Совета АП Белгородской области
Года три назад мне довелось обсуждать с коллегами уголовное дело, в котором факт взятки врачу-гинекологу за выписку больничного листа был обнаружен в результате оперативного мероприятия — наблюдения, осуществляемого посредством видеозаписи.

И вот теперь самому пришлось поучаствовать в деле, в котором было выявлено с десяток мелких взяток благодаря видеозаписи, осуществлявшейся в течение полутора месяцев в кабинете врача-психиатра поликлиники УВД.

Противоречит ли Закону об ОРД?
Проанализировав ситуацию, я вынужден был с сожалением признать, что такая видеозапись действий врача (неважно — гинеколога, проктолога или психиатра) в его кабинете вроде бы не противоречит содержанию ст. 8 Федерального закона от 12 августа 1905 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». Согласно этой статье судебное решение при наличии оснований необходимо для проведения тех оперативно-разыскных мероприятий, «которые ограничивают конституционные права человека и гражданина на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи, а также право на неприкосновенность жилища».

Однако в том же Законе есть ст. 3, гарантирующая, что вся оперативно-разыскная деятельность основывается на конституционных принципах законности, уважения и соблюдения прав и свобод человека и гражданина.

При этом в Российской Федерации действует Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ч. 1 ст. 13 которого относит сведения о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении, к врачебной тайне, а п. 3 ч. 4 той же статьи оговаривает возможность предоставления сведений, составляющих врачебную тайну, без согласия гражданина или его законного представителя по запросу органов дознания и следствия, суда в связи с проведением расследования или судебным разбирательством, по запросу органов прокуратуры в связи с осуществлением ими прокурорского надзора, по запросу органа уголовно-исполнительной системы в связи с исполнением уголовного наказания и осуществлением контроля за поведением условно осужденного, осужденного, в отношении которого отбывание наказания отсрочено, или лица, освобожденного условно-досрочно.

Хотелось бы особо отметить, что этот закон, принятый значительно позже, чем Закон об ОРД, связывает возможность получения данных, отнесенных к врачебной тайне, только со стадией дознания и следствия и более поздними стадиями, но никак не с периодом до возбуждения уголовного дела, т.е. со стадией оперативно-разыскных мероприятий.

Врачебная психиатрическая тайна охраняется особо
Ну и, поскольку в моем конкретном деле речь шла о враче-психиатре, подчеркну, что российское законодательство охраняет вопросы, связанные с психиатрической помощью, в большей степени, чем в случае с любой иной медицинской помощью.

Так, еще в первый год существования новой России — в 1992 г. — был принят Закон РФ от 2 июля 1992 г. № 3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», ст. 8, 9 которого особо охраняют врачебную тайну, сопряженную с обращением к врачу-психиатру.

Разграничивает возможность получения данных, составляющих врачебную психиатрическую тайну, от иной, и Верховный Суд РФ.

В п. 12.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 марта 2004 г. № 1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» (в ред. от 30 июня 2015 г.) разъясняется: «Исходя из положений пункта 7 части 2 статьи 29 УПК РФ и статьи 9 Закона Российской Федерации “О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании” выемка медицинских документов, содержащих сведения о наличии у гражданина психического расстройства, фактах обращения за психиатрической помощью и лечения в учреждении, оказывающем такую помощь, а также иные сведения о состоянии психического здоровья, являющиеся врачебной тайной, производится на основании судебного решения, принимаемого в порядке, установленном статьей 165 УПК РФ.

Вместе с тем, если органам дознания и следствия или суду в связи с проведением предварительного расследования или судебным разбирательством необходимы лишь сведения, составляющие врачебную тайну (факт обращения за медицинской помощью, диагноз заболевания и иные сведения, полученные при обследовании и лечении гражданина), то в соответствии со статьей 61 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан они могут быть представлены по запросу органов дознания и следствия или суда без согласия гражданина или его законного представителя. В этом случае получение судебного решения о разрешении указанных сведений не требуется».

Раздеваясь в кабинете врача, улыбайтесь
В любом случае, как бы ни трактовать законы, это конкретное уголовное дело, связанное с преступлением небольшой тяжести, и его обсуждение с коллегами (и не только с ними) вызвали вопрос о том, насколько я (ну и любой, обратившийся к врачу) готов к тому, что мои проблемы станут достоянием органов, осуществляющих ОРД.

Лично я не возражаю, если мое неинтересное (с учетом возраста) мужское тело и мои же «тараканы в голове» станут, наряду с действиями врача, предметом изучения правоохранительных органов при наличии достаточных данных об угрозе жизни другим людям.

Эти действия возможны, когда, например, речь идет о необходимости борьбы с терроризмом, но крайне сомнительно, чтобы общество было заинтересовано в тех же действиях при выявлении мелких взяток, поскольку в этом случае возможные социально значимые последствия нарушения прав человека несопоставимы с предполагающимися для их устранения нарушениями прав человека.

Возникает вопрос: не назрела ли необходимость внесения изменений в Закон об ОРД в части возможности нарушения врачебной тайны на стадии выявления преступлений и предоставления такого права органам, осуществляющим ОРМ, только на основании судебного решения.

По данному конкретному делу мой подзащитный только что был оправдан по ст. 291.2 ч. 1 УК РФ. При этом суд согласился с позицией защиты относительно того, что деньги передавались именно за врачебную помощь, а не за принятие решения.

Доводы же защиты о том, что врачебная тайна — это какая-то «священная корова», суд не стал анализировать.

Поэтому, раздеваясь в кабинете врача, улыбайтесь — вас снимает скрытая камера.

Рассказать коллегам: