×

ФПА ответила на депутатский запрос относительно Виталия Буркина

В своем обращении депутат Госдумы просил проверить законность и обоснованность привлечения Виталия Буркина к дисциплинарной ответственности
В ответе Федеральной палаты адвокатов изложена правовая позиция, сформированная Советом ФПА РФ, в которой отмечается, что он не имеет полномочий, а также не имеет намерений на вмешательство в рассмотрение конкретных дисциплинарных дел региональными адвокатскими палатами.

28 ноября на имя президента ФПА РФ Юрия Пилипенко поступил депутатский запрос депутата Государственной Думы Гаджимурада Омарова, к которому обратились несколько доверителей Виталия Буркина с жалобой на незаконность лишения его адвокатского статуса и просьбой содействовать в его восстановлении.

Напомним, дисциплинарное дело в отношении адвоката было возбуждено по представлению вице-президента АП Республики Башкортостан Виктора Мальцева в связи с обращением, направленным в региональную адвокатскую палату председателем Верховного Суда РБ Михаилом Тарасенко. Судья проинформировал о том, что Виталий Буркин «большую часть своих публикаций в социальных сетях посвящает имеющим ярко выраженный негативный характер претензиям и критике судебной системы, допускает некорректные и оскорбительные высказывания в адрес руководства Верховного Суда РБ».

На основании заключения Квалификационной комиссии палаты, выявившей в действиях Виталия Буркина нарушения п. 2.3.2 и 2.3.3 Правил поведения адвокатов в сети «Интернет», последний и был лишен статуса. Ситуация вызвала широкий общественный резонанс и дискуссию в адвокатском сообществе.

Читайте также
О соразмерности взыскания за публичную критику суда
Может ли адвокат быть лишен статуса за огульную и не всегда подтвержденную критику всей судебной системы региона?
06 Декабря 2017 Дискуссии

Подзащитные Виталия Буркина в своем обращении к депутату указали на то, что оснований для возбуждения в отношении адвоката дисциплинарного производства не имелось, поскольку обращение судьи в АП РБ не было процессуальным и содержало лишь «абстрактные обвинения» в клевете и оскорблении судебной власти в целом.

Также подчеркивалось, что в соответствии с российским законодательством оскорбить можно только физическое лицо, но не государственную структуру. Более того, доверители Буркина указали, что Совет АП Республики Башкортостан мог принять решение о привлечении их защитника к ответственности только при наличии судебного акта, которым бы констатировались клевета и оскорбления в адрес конкретного судьи.

Депутат Омаров в своем запросе просил президента ФПА РФ проверить законность и обоснованность изложенных в обращении граждан фактов.

Стоит отметить, что несколько дней спустя после получения депутатского запроса в адрес Совета ФПА РФ поступило обращение самого Виталия Буркина. Он просил направить Совету АП Республики Башкортостан предписания об отмене решения от 26 октября, которым был прекращен его адвокатский статус.

В обосновании своей просьбы он привел примерно те же доводы, что и его подзащитные в обращении к депутату, указав, что решение Совета АП РБ и заключение квалифкомиссии, на котором оно основано, являются юридически ничтожными, поскольку органы адвокатской палаты «возложили на себя функции судебной власти».

«Комиссия, а затем и Совет, в условиях отсутствия судебного акта, констатировавшего совершение мной оскорбления, клеветы либо распространение сведений, не соответствующих действительности, заведомо не обладали правовой компетенцией делать выводы, изложенные в заключении и решении, соответственно, не имелось никаких оснований делать выводы, что я нарушил требования законодательства об адвокатуре», – подчеркнул Виталий Буркин.

Он добавил, что в процедурах дисциплинарного производства органы адвокатского управления не наделены правом установления юридических фактов и правом устанавливать факт оскорбления или распространения сведений, не соответствующих действительности. Иное толкование компетенций органов адвокатского управления, по мнению Виталия Буркина, создавало бы возможность подменять судебные процедуры.

Кроме того, лишенный статуса адвокат указал на то, что Квалификационная комиссия и Совет АП РБ грубо нарушили норму ч. 2 ст. 18 Закона об адвокатской деятельности, согласно которой адвокат не может быть привлечен к какой-либо ответственности за выраженное им при осуществлении адвокатской деятельности мнение, если только вступившим в законную силу приговором суда не будет установлена виновность адвоката в преступном действии (бездействии).

«Выводы, изложенные в заключении Комиссии и решении Совета об оскорблении суда, без указания конкретного судьи или сотрудника суда, являются несостоятельными, так как, исходя из норм как уголовного, так и гражданского права, оскорбить в какой бы то ни было форме возможно только конкретное физическое лицо, но не всю судебную систему в целом. При этом в заключении Комиссии и решении Совета отсутствует описание того, какие конкретно мои высказывания являются оскорбительными и в чем это оскорбление выражается. А также указание на то, что эти сведения не соответствуют действительности», – говорится в обращении в Совет ФПА РФ.

Заявитель также считает, что правовая возможность для привлечения его к дисциплинарной ответственности заведомо отсутствовала. В частности, потому что с заявлением об оскорблении или клевете имеет право обратиться только конкретное лицо, представляющее государственную власть, а защита институтов государственной власти от критики в их адрес в российской правовой системе отсутствует.

4 декабря в ходе очередного заседания Совет ФПА РФ обсудил обращение депутата Госдумы и письмо Виталия Буркина. По итогам обсуждения была сформирована правовая позиция, которая изложена и в ответе на депутатский запрос.

В письме указано, что Совет ФПА РФ не имеет полномочий, а также не имеет намерений на вмешательство в рассмотрение конкретных дисциплинарных дел региональными адвокатскими палатами. Подчеркивается, что вопросы дисциплинарного производства являются исключительной компетенцией органов адвокатских палат субъектов Российской Федерации.

Вместе с тем отмечается, что в направленных в Совет ФПА РФ обращениях затронуты проблемы общего характера, касающиеся применения законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и процедурных вопросов дисциплинарных процедур, которые требуют своего решения.

В письме депутату указано, что, согласно разъяснению Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам по вопросам применения п. 3 ст. 21 Кодекса профессиональной этики адвоката, наличие в действиях адвоката признаков деликта, ответственность за который наступает по основаниям, указанным в какой-либо отрасли российского права, не исключает возможности рассмотрения вопроса о дисциплинарной ответственности адвоката по этим же фактическим обстоятельствам за нарушение законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Правил профессиональной этики адвоката.

Отмечается, что для рассмотрения подобного рода дисциплинарных дел не требуется предварительное наличие вступившего в законную силу решения суда или иного уполномоченного государственного органа о признании адвоката виновным в совершении деликта по этим фактическим обстоятельствам. При этом Квалификационная комиссия адвокатской палаты вправе исследовать эти обстоятельства и давать им правовую оценку.

Также в письме указано, что публицистическая деятельность адвоката в интернете, в том числе высказывание при этом различного рода мнений, не подпадает под положения п. 2 ст. 18 Закона об адвокатской деятельности.

Обращается внимание на то, что в случае если Квалификационная комиссия и Совет адвокатской палаты в своих решениях обоснуют связь рассматриваемых обстоятельств с исполнением адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и Кодекса профессиональной этики адвоката, то положения п. 4 ст. 20 КПЭА не могут расцениваться как нарушенные.

Рассказать коллегам:
Дискуссии
О соразмерности взыскания за публичную критику суда
О соразмерности взыскания за публичную критику суда
Профессиональная этика
06 Декабря 2017