×

Гарантия права на защиту

Судья КС высказал особое мнение по поводу принятого КС постановления о предоставлении адвоката автомобилистам, привлекаемым к административной ответственности
КС РФ отказался принимать к рассмотрению запрос Димитровского районного суда на тему соответствия Конституции РФ положений ч. 1 и 2 ст. 28.6 КоАП. Судья КС РФ Константин Арановский в своем особом мнении указал, что выводы об отсутствии неопределенности в названных законоположениях относительно их соответствия Конституции РФ, к которым пришел КС РФ, обоснованны, однако при этом указал на ряд существенных моментов.


КС РФ отказался принимать к рассмотрению запрос Димитровского районного суда на тему соответствия Конституции РФ положений ч. 1 и 2 ст. 28.6 КоАП. Судья КС РФ Константин Арановский в своем особом мнении указал, что выводы об отсутствии неопределенности в названных законоположениях относительно их соответствия Конституции РФ, к которым пришел КС РФ, обоснованны, однако при этом указал на ряд существенных моментов.

В производстве Димитровского районного суда г. Костромы находится административный материал по жалобе гражданина Евгения Мурныкова на вынесенное в отношении него постановление от 21 марта 2015 г. по делу об административном правонарушении. Мурныков за управление в темное время суток транспортным средством, на котором не работали в установленном режиме внешние световые приборы, был привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.5 КоАП, и ему назначено наказание в размере 500 руб. До привлечения к административной ответственности он заявил ходатайство о предоставлении ему возможности воспользоваться услугами адвоката, однако инспектор дорожно-постовой службы отказал ему в этом со ссылкой на отсутствие возможности пригласить адвоката в данный момент. Факт неисправности световых приборов гражданин не отрицал, хотя оспаривал само событие правонарушения, что подтверждается протоколом об административном правонарушении от 21 марта 2015 г., а также протоколом судебного заседания от 17 апреля 2015 г.

Димитровский районный суд в своем запросе утверждает, что эти положения ч. 1 и 2 ст. 28.6 КоАП ограничивают право граждан на получение квалифицированной юридической помощи при привлечении их к административной ответственности, поскольку не позволяют должностному лицу при наличии ходатайства о приглашении адвоката принять решение об отложении вынесения соответствующего постановления, и тем самым противоречат ч. 1 ст. 48 Конституции РФ.

В своем определении КС РФ напомнил, что в сравнении с запрещенными уголовным законом деяниями административные правонарушения представляют собой деяния, которые характеризуются невысокой степенью общественной опасности. Исходя из этих особенностей, Конституционный Суд РФ в постановлении от 16 июня 2009 г. № 9-П применительно к производству по делам об административных правонарушениях отметил, что федеральный законодатель вправе определять пределы целесообразности публичного преследования таким образом, чтобы обеспечить наряду с эффективной государственной, в том числе судебной, защитой прав граждан процессуальную экономию, оперативность при рассмотрении дел и профилактику правонарушений. «Поскольку административные правонарушения в области дорожного движения носят массовый характер и в силу конкретных обстоятельств таких дел, непредоставление адвоката непосредственно на этапе привлечения к административной ответственности (т.е. составления протокола и вынесения постановления по делу об административном правонарушении) не нарушает конституционные права граждан, поскольку в указанных случаях граждане не лишены возможности обратиться к помощи адвоката для защиты своих прав в суде», – отметил КС РФ.

В связи с этим КС определил отказать в принятии к рассмотрению запроса Димитровского районного суда г. Костромы, «поскольку он не отвечает требованиям Федерального конституционного закона “О Конституционном Суде Российской Федерации”, в соответствии с которыми такого рода обращения в Конституционный Суд Российской Федерации признаются допустимыми».

Судья КС РФ Константин Арановский в своем особом мнении указал, что «лицо может настаивать и на участии защитника в рассмотрении дела. В частности, если лицо предоставит достоверную информацию о том, что у него есть профессиональный защитник (адвокат), который обязался (согласился) прибыть на место рассмотрения дела и в состоянии это сделать в разумно назначенный срок, чтобы участвовать в нем за счет лица, привлекаемого к административной ответственности, этому лицу и его защитнику не может быть отказано в возможности знакомиться с материалами дела (данными фиксации, объяснениями свидетелей и др.), давать свои объяснения, представлять доказательства, возражения, заявлять ходатайства, отводы и др.

По мнению судьи, из ч. 1 ст. 25.1, ч. 5 ст. 25.5 КоАП в их буквальном смысле и в смысловой взаимосвязи с правилами, установленными ч. 4 ст. 28.1 и ч. 1 ст. 29.9 КоАП, следует, что лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, вправе пользоваться юридической помощью защитника с момента возбуждения этого дела: «Таковы установленные Кодексом условия использования права, предусмотренного статьей 48 (часть 1) Конституции Российской Федерации. Более того, из решений самого Конституционного Суда Российской Федерации также следует, что лицо, привлекаемое к административной ответственности, может пользоваться специальными правами, закрепленными частью 1 статьи 25.1 КоАП Российской Федерации, с момента возбуждения дела об административном правонарушении на любой стадии производства по делу (Определение от 24 декабря 2012 года № 2392- О) и что каких-либо ограничений в реализации права пользоваться юридической помощью защитника законодательство об административных правонарушениях не предусматривает (Определение от 16 июля 2013 года № 1180-О)».

Константин Арановский напомнил, что ч. 3 ст. 55 Конституции РФ допускает ограничение прав и свобод человека и гражданина лишь федеральным законом: «Между тем нет закона, допускающего в случаях, предусмотренных частью 1 статьи 28.6 Кодекса, отказ лицу в праве пользоваться юридической помощью защитника. Иными словами, законных ограничений этого права не существует, во всяком случае, таких, которые были бы установлены недвусмысленно. Расширительное же истолкование закона, следствием которого было бы ограничение прав человека и гражданина, в том числе конституционных и установленных федеральным законом (Кодексом), вряд ли отвечало бы статье 18 Конституции Российской Федерации, в силу которой права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов». «Законные отсрочки и процедуры правовое государство не может считать излишним для себя бременем», – заключает судья КС.


Рассказать коллегам: