×

Миграционный учет по месту пребывания

КС РФ опубликовал постановление, в котором признал неконституционными отдельные положения Закона о миграционном учете
Суд указал, что федеральный законодатель должен был либо учесть устоявшееся в российской правовой системе понимание места пребывания физического лица, либо, если применительно к миграционному учету он имел в виду иное, выразить специфику соответствующих правоотношений более четко.

Конституционный Суд опубликовал Постановление № 22-П от 19 июля 2017 г., в котором признал положения ч. 1 и п. 2 ч. 2 ст. 20 Федерального закона «О миграционном учете иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации» противоречащими российской Конституции.

Поводом к рассмотрению дела послужили жалобы граждан США Нэфэноила Джозефа Вордена и Паркера Дрэйка Олдхема, приехавших в Россию в качестве волонтеров по приглашению религиозной организации «Церковь Иисуса Христа Святых последних дней».

Принимающая сторона представила сведения для их постановки на миграционный учет по месту нахождения организации в городе Самаре, при этом поселились американцы в квартире по другому адресу, что послужило поводом для признания их виновными в нарушении режима пребывания и административного выдворения из России.

Заявители настаивали на том, что указанные положения противоречат Конституции РФ, поскольку содержат неопределенные условия миграционного учета иностранцев, временно пребывающих в России, не позволяющие точно понять миграционные правила и обязанности по их исполнению, что создает препятствия для свободы передвижения и выбора места пребывания, а также создает возможность неправомерного применения к ним мер административной ответственности.

В своем постановлении Конституционный Суд напомнил, что каждый, кто находится на территории РФ, имеет в ее пределах право на свободу передвижения и свободу выбора местожительства. Пользование этим правом не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые установлены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности или общественного спокойствия.

При этом, подчеркивает Конституционный Суд, устанавливаемые федеральным законом средства и способы такой защиты должны исключать умаление и несоразмерное ограничение соответствующих прав и свобод (постановления КС РФ от 18 февраля 2000 г. № 3-П, от 14 ноября 2005 г. № 10-П, от 26 декабря 2005 г. № 14-П, от 16 июля 2008 г. № 9-П, от 7 июня 2012 г. № 14-П и от 17 февраля 2016 г. № 5-П).

Также указывается, что в соответствии с Постановлением КС РФ от 17 февраля 2016 г. № 5-П возложение обязанности на иностранных граждан соблюдать правила миграционного учета, отступления от которых могут влечь неблагоприятные правовые последствия, не выходит за конституционно приемлемые рамки. При этом Конституционный Суд ссылается на Европейский Суд, который также полагает, что право властей применять административное выдворение может быть важным средством предотвращения серьезных и неоднократных нарушений миграционного порядка.

Суд пояснил, что в Законе о миграционном учете содержатся обязанности иностранных граждан и лиц без гражданства, временно пребывающих в Россию, встать на миграционный учет по месту пребывания и конкретные обязанности принимающей их стороны. При этом ч. 2 ст. 24 данного закона не дает однозначного ответа на вопрос, несет ли иностранный гражданин (лицо без гражданства) ответственность за нарушение правил миграционного учета, если принимающая сторона представила в орган миграционного учета уведомление о его прибытии в место пребывания и он на миграционный учет был поставлен, но фактически проживает в ином месте, нежели указанном в уведомлении.

Более того, в положениях данного закона не прослеживается однозначная нормативная привязка места пребывания иностранного гражданина или лица без гражданства к помещению, которое используется им именно для проживания.

В российской правовой системе само по себе понятие «место пребывания» сопряжено именно с временным проживанием не по месту жительства. Содержание этого понятия применительно к иностранным гражданам расширено по сравнению с тем, как оно определено в Законе «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» применительно к российским гражданам, за счет включения в него помимо жилых помещений иного помещения, учреждения или организации.

Таким образом, указанные положения могут пониматься как допускающие возможность постановки временно пребывающего в России иностранного гражданина на миграционный учет по месту нахождения принимающей стороны, если связывающие их правоотношения (притом что неясно, какие именно, кроме трудовых) предполагают участие в деятельности этих учреждений в месте их нахождения. Также эти положения могут пониматься как обязывающие к постановке временно пребывающего в России иностранного гражданина на миграционный учет исключительно по месту его фактического проживания, если таковое имеется.

О неопределенности приведенного нормативного регулирования свидетельствует и судебная практика  истолкования понятия «место пребывания, по которому осуществляется миграционный учет». Конституционный Суд указал, что федеральный законодатель должен был либо учесть устоявшееся в российской правовой системе понимание места пребывания физического лица, либо, если применительно к миграционному учету он имел в виду иное, выразить специфику соответствующих правоотношений более четко и однозначно.

В итоге Конституционный Суд постановил признать спорные положения не соответствующими Конституции РФ в той мере, в какой они содержат неопределенность как в вопросе о том, допустима ли в отношении иностранного гражданина, временно пребывающего в России, постановка его на учет по месту пребывания по месту нахождения (адресу) принимающей стороны, так и в вопросе о том, каким образом соотносятся обязанности в сфере миграционного учета временно пребывающего иностранца и принимающей стороны в части обеспечения постановки его на миграционный учет, притом что нарушение установленного порядка может повлечь привлечение иностранного гражданина к юридической ответственности.

Федеральному законодателю надлежит незамедлительно принять меры по устранению этой неопределенности.

Рассказать коллегам: