×

Позиции коллегий ВС РФ – не основание для пересмотра по новым обстоятельствам

Сегодня КС рассмотрит жалобу на норму ГПК РФ, позволяющую, по мнению заявителей, считать определение коллегии ВС по конкретному делу основанием для пересмотра решений по аналогичным делам
Адвокаты считают, что спорная норма в нормативно-правовом плане не может считаться противоречащей Конституции РФ и должна быть эффективным инструментом формирования единообразной судебной практики. Однако они отметили, что практика включения в состав судебных актов, способных повлечь пересмотр дела, определений судебных коллегий ВС РФ противоречит как буквальному смыслу положений гражданского процессуального законодательства, так и логике их применения, выявленной КС РФ и ВС РФ.

Конституционный Суд РФ сегодня рассмотрит жалобу семи заявителей, так или иначе имеющих отношение к получению выплат по регрессным искам в связи с утратой здоровья во время работы в шахтах. В своих жалобах они оспаривают конституционность п. 5 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ, в соответствии с которым к вновь открывшимся обстоятельствам, влекущим пересмотр судебных постановлений, вступивших в законную силу, в том числе относятся постановления Президиума ВС РФ и Пленума ВС РФ. По мнению заявителей, положения этой статьи не соответствуют Конституции РФ в той части, в какой по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, позволяют судам общей юрисдикции неправомерно расширять перечень законных оснований для пересмотра судебных постановлений, признавая новым обстоятельством определение Судебной коллегии ВС РФ, вынесенное по результатам рассмотрения другого дела в кассационном порядке.

Забрать присужденные деньги через пересмотр по новым обстоятельствам?
Как ранее сообщалось в «АГ», на протяжении 2014–2015 гг. и начала 2016 г. суды Кемеровской области рассмотрели и удовлетворили иски «регрессников» о взыскании с Кузбасского регионального отделения Фонда социального страхования (ГУ КРО ФСС) индексации ежемесячных страховых выплат в возмещение вреда, причиненного здоровью, и пени за несвоевременную выплату указанных сумм. Решения были исполнены ГУ КРО ФСС, и «регрессники» получили присужденные им деньги.

Однако с апреля 2016 г. суды Кемеровской области начали рассматривать заявления отделения Фонда социального страхования о пересмотре вступивших в законную силу решений судов по новым обстоятельствам и, удовлетворяя их, впоследствии взыскивать с «регрессников» полученные ими индексацию и пени. При этом в качестве новых обстоятельств суды указывали на определение Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 14 марта 2016 г. № 78-КГ15-47 по делу Трубачева.

Это определение было воспринято судами Кемеровской области как новое обстоятельство, позволяющее осуществить поворот исполнения предыдущих решений по аналогичным делам. Со ссылкой на определение ВС РФ как новое обстоятельство были отменены решения об индексации ежемесячных страховых выплат и о выплате пени за их несвоевременную выплату и произведены взыскания в пользу отделения Фонда социального страхования по десятку, может, сотням дел.

Не согласившись с мнением судов, семь «регрессников» обратились в Конституционный Суд РФ.

По просьбе «АГ» адвокаты высказали свои мнения о доводах обращения заявителей и перспективах рассмотрения жалобы в КС РФ. Оценивая практическую ценность оспариваемой нормы, эксперты сошлись во мнении, что она направлена на соблюдение принципа правовой определенности, который в том числе обязан обеспечить единообразный подход судов в отношении аналогичных судебных споров. Однако они считают применение нормы, сложившееся в судебной практике, противоречащим как буквальному смыслу положений гражданского процессуального законодательства, так и логике их применения, выявленной КС РФ и ВС РФ.

Дословный смысл нормы
Управляющий партнер АК «Бородин и Партнеры», член Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам, советник ФПА РФ Сергей Бородин пояснил: из буквального текста п. 5 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ следует, что основанием пересмотра может выступать определение (изменение) практики применения правовой нормы лишь в постановлении, а не в определении, и исключительно в постановлении, принятом Президиумом или Пленумом Верховного Суда РФ, а не его судебными коллегиями. «Пленум ВС РФ рассматривает материалы анализа и обобщения судебной практики и дает судам разъяснения по вопросам судебной практики в целях обеспечения единообразного применения законодательства Российской Федерации. <…> Президиум ВС РФ рассматривает отдельные вопросы судебной практики», – напомнил он, подчеркнув, что у судебных коллегий ВС РФ аналогичные полномочия отсутствуют.

Также он отметил, что возможность влияния на практику лишь Пленумом и Президиумом Верховного Суда РФ вытекает из их места в судебной системе и состава: «В отличие от судебных коллегий ВС РФ, Пленум и Президиум образованы в составе Верховного Суда РФ в единственном числе, они находятся на вершине судебной иерархии». Он также напомнил, что в их состав входят, наряду с председателем и его заместителями, председатели судебных коллегий или судьи Верховного Суда РФ: такой состав Пленума и Президиума Верховного Суда РФ, в отличие от судебных коллегий, позволяет унифицированно формировать судебную практику.

Управляющий партнер АБ «Бартолиус» Юлий Тай добавил, что ни одно определение как гражданской (около 3000), так и экономической (около 1500) коллегии не содержит указание на то, что правовые позиции, имеющиеся в их определениях, могут послужить основанием для пересмотра в порядке гл. 42 ГПК РФ или гл. 37 АПК РФ. Также он заметил, что в большинстве случаев определения содержат указания на причины/основания отмены судебных актов нижестоящих инстанций, а не на общие (генеральные) правовые позиции, которые можно было бы применять в релевантных случаях (или, как это называл КС РФ, «к делам со схожими фактическими обстоятельствами»).

Разъяснения Верховного и Конституционного судов
Сергей Бородин заметил, что при анализе п. 5 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ следует обратить внимание на разъяснения, данные Пленумом ВС РФ в подп. «д» п. 11 Постановления от 11 декабря 2012 г. № 31.

В документе указывается, что пересмотр на основании рассматриваемой нормы может быть осуществлен лишь в том случае, если в соответствующем постановлении Президиума или Пленума Верховного Суда РФ указано на возможность пересмотра по новым обстоятельствам вступивших в законную силу судебных постановлений, при вынесении которых правовая норма была применена. При этом следует иметь в виду, что такой пересмотр допускается, если в результате нового толкования правовых норм не ухудшается положение подчиненной (слабой) стороны в публичном правоотношении.

«Фактически Верховный Суд РФ дополнительно ограничил возможности пересмотра судебных актов по новым обстоятельствам по сравнению с буквальным смыслом ст. 392 ГПК РФ. При этом данное толкование основано на позиции Конституционного Суда РФ, сформированной в его Постановлении от 21 января 2010 г. № 1-П», – констатировал Сергей Бородин.

Юлий Тай, разъясняя позицию Конституционно Суда РФ, выраженную в указанном постановлении, отметил, что КС РФ посчитал возможным применение механизма пересмотра по новым обстоятельствам вступивших в законную силу судебных постановлений, но лишь при выполнении обязательных условий:
– невозможность придания обратной силы правовым позициям, ухудшающим положение частных лиц в споре с государством;
– только наличие прямого предписания в тексте постановления Пленума или Президиума о придании сформулированной в нем правовой позиции обратной силы применительно к делам со схожими фактическими обстоятельствами;
– указание коллегии судей ВАС РФ на возможность пересмотра оспариваемого судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам не выступает в качестве обязательного требования такого пересмотра;
– сохранение возможности непосредственного обращения заинтересованного лица с заявлением о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам судебного акта, вступившего в законную силу, в арбитражный суд, принявший оспариваемый судебный акт;
– невозможность пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам судебного акта, вступившего в законную силу, с нарушением процедуры, установленной процессуальными нормами о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам.

Инструмент формирования единой практики
По мнению партнера АБ «Ковалёв, Рязанцев и партнеры» Виктора Глушакова, п. 5 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ является одним из инструментов, который должен способствовать формированию стабильной и единообразной судебной практики, исключающей «хаотичные» и «неожиданные» решения.

С ним согласен и Юлий Тай, который считает, что Верховый Суд РФ должен активнее использовать этот инструмент. Он рассказал, что, по данным судебной статистики, число постановлений Президиума ВС РФ, вынесенных в порядке надзора по гражданским и арбитражным делам, составляет от 0 до 8 в год, и при этом ни в одном из них не содержалось указания на то, что выраженные в них правовые позиции могут послужить основанием для пересмотра по новым обстоятельствам в делах со схожими фактическими обстоятельствами. В постановлениях Пленума ВС РФ, коих было разработано достаточно много по актуальным и злободневным вопросам, также не содержится указанной оговорки. «Поэтому можно с уверенностью утверждать, что полномочие высшего суда, одобренное, хоть и с оговорками, КС РФ в 2010 г., в действительности не реализуется (т.е. можно констатировать фактический мораторий на применение данной нормы ГПК РФ), – отметил он. – И это происходит при очевидно огромном запросе на его использование как со стороны лиц, участвующих в делах, так и со стороны судейского корпуса страны».

Дефектность нормы, закрепленной в п. 5 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ
Виктор Глушаков отметил, что оспариваемую норму с точки зрения юридической техники можно назвать дефектной.

Эксперт считает, что конструкция оспариваемой нормы выбивается из рамок ГПК РФ. Он связывает это с нестандартным «новым обстоятельством», сроками обращения с заявлением о пересмотре судебного акта по новым обстоятельствам, необычным предметом доказывания и другими моментами, которые не вписываются в общую концепцию порядка пересмотра судебного акта.

Он также отметил, что на практике складывается ситуация, когда данная норма толкуется шире, чем это следует из ее буквального содержания. Однако он считает, что «нестандартность» применения и расширительное толкование нормы процессуального закона не являются новыми. «Достаточно вспомнить разъяснения, которые касаются порядка обращения с письмом/жалобой на имя председателя ВС РФ/заместителя председателя ВС РФ с просьбой об отмене определения об отказе в передаче дела для рассмотрения в кассационной инстанции. Выявленная “нестандартностьˮ исправляется разъяснениями правоприменителя, после чего, как правило, перестает быть проблемой».

Эксперт указал, что в судебной практике сформирован действующий механизм применения п. 5 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ, который, по его мнению, ограничивает неопределенность толкования дефектной нормы: «Существуют разъяснения о порядке ее применения (см. п. 5, 11 Постановления Пленума ВС РФ от 11 декабря 2012 г. № 31 “О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении судами заявлений, представлений о пересмотре по вновь открывшимся или новым обстоятельствам вступивших в законную силу судебных постановленийˮ). Имеются и ответы в отношении нюансов и пределов применения оспариваемой нормы (сроки обращения с заявлением, необходимость наличия специальной оговорки и др.)».

Вопрос соответствия Конституции РФ
Юлий Тай считает, что вопрос, поднятый в жалобах заявителей, в нормативно-правовом плане является достаточно определенным, и содержание нормы п. 5 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ не может считаться противоречащим Конституции РФ, по крайней мере в его дословном текстуальном смысле. «Очевидно, что определения как гражданской, так и экономической коллегии Верховного Суда РФ не могут служить основанием для пересмотра по новым обстоятельствам не только и не столько в силу буквального и дословного толкования ст. 392 ГПК РФ и ст. 311 АПК РФ (хотя требования соблюдения процессуального закона очевидно и однозначно имеют в виду постановления Президиума и Пленума ВС РФ), но и по ряду других правовых и фактических обстоятельств», – подчеркнул он.

Виктор Глушаков также уверен, что спорная норма не нарушает Конституцию РФ, и полагает, что доводы жалобы не найдут поддержки со стороны Конституционного Суда РФ. «Полагаю, что оспариваемая норма направлена на поддержание режима единообразия судебной практики и стабильного гражданского оборота. Порядок ее применения полностью соответствует тому посылу, который был заложен законодателем». Признавая, что область применения нормы шире той, которая усматривается из ее буквального толкования, адвокат считает, что этот вопрос можно решить как на уровне разъяснений ВС РФ, так и на уровне внесения соответствующих изменений в ГПК РФ.

Юлий Тай, однако, указал, что, учитывая значительный поток нарушений со стороны нижестоящих судов, связанных с необоснованным применением нормы ст. 392 ГПК РФ, когда определения гражданской коллегии ВС РФ признаются достаточными основаниями для пересмотра судебных актов по новым обстоятельствам, Конституционному Суду РФ, с одной стороны, надлежит поддержать свои ранее выраженные правовые позиции, а с другой – настоятельно рекомендовать Верховному Суду РФ более активно реализовывать предоставленное ст. 127 Конституции РФ полномочие по разъяснению вопросов судебной практики и установлению единообразного применения законов, в том числе в части указания в постановлениях Пленума и Президиума ВС РФ на возможность использования их в качестве основания для пересмотра судебных актов по новым обстоятельствам.

Сергей Бородин при этом заметил, что расширительное применение рассматриваемого основания для пересмотра дел по новым обстоятельствам путем включения в состав судебных актов, способных повлечь пересмотр, определений судебных коллегий ВС РФ противоречит как буквальному смыслу положений гражданского процессуального законодательства, так и логике их применения, выявленной КС РФ и ВС РФ.

Рассказать коллегам:
Дискуссии
Юридическая сила позиций коллегий ВС
Юридическая сила позиций коллегий ВС
Гражданское право и процесс
20 Ноября 2017