×

Роль суда при доказывании факта наличия залогового имущества

Верховный Суд исправил ошибку нижестоящих инстанций, разъяснив, что суды должны правильно распределить бремя доказывания фактических процессуальных оппонентов
Эксперты положительно оценили определение ВС РФ, указав, что залоговым кредиторам нередко приходится доказывать существование предмета залога. Кроме того, один из них пояснил, что в данном деле нижестоящие суды не дали правовой оценки доводам и доказательствам, представленным банком.

В рамках дела о банкротстве должника банк обратился с заявлением о включении в реестр требований кредиторов общества требования в размере 913 млн рублей как обеспеченного залогом имущества должника.

Было установлено поручительство должника по нескольким кредитным договорам, заключенным между банком и другим обществом. Кроме того, им было передано в залог банку движимое и недвижимое имущество.

Определением суда первой инстанции в реестр были включены требования банка в размере 899 млн рублей, а в остальной части в удовлетворении заявленных требований отказано. Суд первой инстанции исходил из того, что в нарушение п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 июля 2009 г. № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя» банком не представлено доказательств наличия залогового имущества в натуре. С указанными выводами впоследствии согласились суды апелляционной инстанции и округа.

В связи с этим банк обратился в ВС РФ с жалобой, в которой просил отменить акты судов нижестоящих инстанций в части отказа в признании за его требованиями залогового статуса и направить дело на новое рассмотрение.

Изучив жалобу, Верховный Суд указал, что по смыслу разъяснений третьего абзаца п. 1 упомянутого постановления суд должен установить факт возникновения залога, в том числе проанализировать соответствующие юридические основания возникновения залогового права, а также проверить, не прекратилось ли данное право и имеется ли заложенное имущество у должника в натуре. Это означает, что суд должен правильно распределить бремя доказывания фактических процессуальных оппонентов, в том числе принимая во внимание их материально-правовые интересы.

Как указано в материалах дела, банк предоставил договор об ипотеке с выпиской из ЕГРН, в которой отмечено, что правообладателем спорного объекта является должник, а в пользу банка зарегистрировано обременение в виде ипотеки на данное имущество. Также были предоставлены договоры о залоге движимого имущества.

ВС РФ отметил, что суд первой инстанции не указал, по каким причинам в качестве относимого, допустимого и достоверного доказательства он не принял выписку из ЕГРН. Следовательно, для отклонения доказательства о существовании объекта залога и залогового права судом должны быть приведены веские мотивы (например, что имущество уничтожено на момент включения требований в реестр (с приложением соответствующих документов)), что им сделано не было.

Судебная коллегия также отметила, что, по сути, первая инстанция уклонилась от установления фактических обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора, в отношении залогового имущества.

В связи с этим ВС РФ определил в обжалуемой части об отказе в признании требований банка обеспеченными залогом имущества должника решения судов отменить, а дело направить на новое рассмотрение.

Комментируя решение Суда, арбитражный управляющий Дмитрий Рынденко отметил, что нижестоящие суды формально подошли к вопросу проверки обоснованности требования кредитора, что и привело к отказу признать требования банка обеспеченными залогом. «Как абсолютно верно отметил Верховный Cуд, все доводы свелись к формальной констатации недоказанности существования предмета залога. Нижестоящие суды не дали правовой оценки доводам и доказательствам, представленным банком. При этом противоположной стороной спора доводы и доказательства вообще не заявлялись», – указал эксперт.

Отраженная в определении позиция Верховного Суда, надеется Дмитрий Рынденко, позволит исключить формальный подход при рассмотрении подобных споров, так как залоговым кредиторам часто приходится доказывать фактическое наличие предмета залога при полностью пассивной позиции противной стороны либо при ее активном противодействии, выражающемся, например, в отказе от подписания акта проверки наличия залога.

Адвокат и партнер «Клиффорд Чанс СНГ Лимитед» Тимур Аиткулов отметил, что решение ВС РФ представляет большой интерес для специалистов, практикующих в сфере банкротства. «На практике встречаются случаи, когда арбитражный управляющий и/или конкурсные кредиторы – лица, заинтересованные в получении максимального количества денежных средств из конкурсной массы, – занимают простую позицию в отношении кредиторов, требования которых обеспечены залогом имущества должника, утверждая в суде, что требования заявителя необоснованны, поскольку наличие предмета залога в натуре не доказано», – пояснил эксперт. Также он указал, что зачастую такие возражения не подкрепляются доказательствами в нарушение ст. 65 АПК РФ.

Кроме того, по словам Тимура Аиткулова, были ситуации, в которых суды поддерживали вышеуказанную позицию арбитражных управляющих и конкурсных кредиторов и отказывали в признании за заявителем статуса залогового кредитора, несмотря на то что последний представлял в материалы дела значительный объем доказательств, подтверждающих принадлежность заложенного имущества должнику.

Рассказать коллегам: