×

Штраф за неисследованное заключение эксперта

ЕСПЧ присудил экс-главе службы внутренней экономической безопасности «ЮКОСа» Алексею Пичугину компенсацию за процессуальное упущение, допущенное судом первой инстанции
На это решение отреагировал Минюст России, пояснивший, что принятое постановление не влечет за собой автоматической отмены вынесенного приговора по второму уголовному делу в отношении заявителя, но может служить основанием для обращения в Верховный Суд РФ.


Согласно изложенным в решении Европейского Суда материалам дела, заявителю в рамках второго уголовного дела 4 июля 2005 г. были предъявлены обвинения в убийстве и покушении на убийство. На следующий день в эфирах федеральных телеканалов было показано интервью заместителя Генпрокурора, который утверждал, что сотрудники компании организовали преступную банду, а заявитель организовал убийство одного из банковских сотрудников.

Алексей Пичугин подал жалобу в Тверской районный суд г. Москвы, в которой настаивал на том, что заявление прокурора побуждает общественность считать его виновным и предрешает оценку фактов судом, в связи с чем нарушается презумпция невиновности. Он планировал просить, чтобы его дело рассматривалось судом присяжных, но был вынужден отказаться от этого, опасаясь, что на них могло повлиять заявление прокурора в СМИ.

Суд отклонил иск, указав, что озвученная информация установлена следствием и подтверждена материалами уголовного дела, а замгенпрокурора действовал на законных основаниях и не нарушал прав заявителя.

11 сентября 2005 г. в эфире одного из телеканалов выступил следователь, который обвинил Алексей Пичугина в шести убийствах. Тот снова направил иск уже в Басманный районный суд г. Москвы, который также отклонил жалобу на том основании, что следователем высказано его личное мнение, не содержащееся в официальных документах по делу.

Кроме того, в рамках судебного разбирательства в 2007 г. была рассмотрена записка, которая (согласно заключению экспертов) была написана Пичугиным и свидетельствовала о его причастности к преступлению. Тот, в свою очередь, представил особое мнение своего эксперта, согласно заключению которого представленные для сравнительного анализа данные были недостаточными, чтобы сделать какие-либо твердые выводы относительно того, кто является автором записки.

Ссылаясь на это мнение, Алексей Пичугин попросил провести новую почерковедческую экспертизу и представил список вопросов, которые должны были быть переданы экспертам. Однако суд отклонил просьбу, пояснив, что в материалах дела уже содержатся два экспертных заключения, и в дополнительной экспертизе нет необходимости. Мнение привлеченного заявителем специалиста не было учтено, так как, по мнению суда, оно содержало только «оценочное суждение» в отношении выводов экспертов.

В своем обращении в ЕСПЧ бывший сотрудник «ЮКОСа» жаловался, что его признали виновным в преступлениях, которые он не совершил, что национальные суды отказались признать в качестве доказательства выводы привлеченного им специалиста. А также на то, что сделанные в СМИ сотрудниками правоохранительных органов заявления нарушили презумпцию невиновности.

Российское правительство настаивало на том, что заявителю была дана возможность представить «особое мнение» своего эксперта, которое суд первой инстанции надлежащим образом рассмотрел и оценил. Что касается заявлений прокуратуры, то утверждалось, что их целью было информирование общественности о позиции обвинения по делу заявителя. Подчеркивается, что данное дело рассматривалось группой профессиональных судей, на которых не могли повлиять публичные заявления, сделанные прокуратурой или защитой.

Изучив дело, Европейский Суд счел, что отказ национальных судов признать отчет, подготовленный привлеченным заявителем специалистом в качестве доказательства, нарушил принцип равенства сторон.

Европейский Суд подчеркнул, что в данном деле защита пыталась представить свои собственные экспертные доказательства, но суд отказался признать их, назвав оценочными. Суд апелляционный инстанции просто оставил в силе выводы суда первой инстанции. ЕСПЧ пришел к выводу, что метод, которым национальные суды оценивали и признавали доказательства в деле заявителя, создало дисбаланс между защитой и судебным преследованием, нарушая тем самым равенство. Следовательно, имело место нарушение п. 1 и 3 ст. 6 Европейской Конвенции.

Также Европейский Суд отметил, что в эфирах телепередач и прокурор, и следователь недвусмысленно обвиняли заявителя в нескольких убийствах. При этом такие заявления не могли не побуждать общественность считать, что заявитель виновен до того, как он был признан виновным в соответствии с законом. Таким образом, имело место нарушение п. 2 ст. 6 Конвенции. На основании вышесказанного ЕСПЧ присудил заявителю 15 тысяч евро компенсации.

В день опубликования решения Европейского Суда, Минюст России выступил с пояснением, что принятое постановление не влечет за собой автоматической и безусловной отмены вынесенного национальным судом приговора по второму уголовному делу в отношении заявителя, а может служить основанием для обращения заявителя или его представителей в ВС РФ с соответствующим ходатайством в рамках процедуры, предусмотренной гл. 49 УПК РФ. «Вынесение Европейским Судом постановлений с аналогичными выводами является обычной практикой, характерной для практически всех стран-участниц Совета Европы», – подчеркивается на сайте министерства.


Рассказать коллегам: