×

«Законный» недопуск

Адвокат выяснил, на чем основана «законность» действий сотрудников СИЗО, не допустивших его к доверителю
Адвокат Владислав Лапинский рассказал «АГ», что проверка УФСИН его сообщения о недопуске к подзащитному показала правомерность действий работников следственного изолятора, так как они руководствовались не УПК РФ, а прошлогодним указанием ведомства, опирающимся на неактуальную уже судебную практику.

23 июня председатель президиума Коллегии адвокатов «Лапинский и партнеры» Владислав Лапинский прибыл в УФК СИЗО-2 в городе Тихвине для свидания со своим подзащитным, который был помещен туда на период апелляционного обжалования его дела переводом из изолятора города Подпорожья по месту расположения суда первой инстанции.

Несмотря на то что адвокат в соответствии с уголовно-процессуальным законом предъявил сотрудникам СИЗО необходимые для прохода адвокатское удостоверение и ордер на оказание юридической помощи, ему было отказано в свидании с доверителем. Отказ был объяснен тем, что существует внутреннее указание УФСИН, согласно которому, помимо предъявленных документов, необходимо уведомление следователя или суда о допуске адвоката к защите находящегося в СИЗО заключенного, а в личном деле подзащитного такого документа нет.

Ввиду срочности вопроса адвокат не стал спорить и аргументировать свою позицию вступившими в силу поправками в УПК РФ, исключившими понятие допуска адвоката к участию в уголовном деле. Вместо этого Владислав Лапинский съездил в Подпорожье, где подал обращение к судье, рассматривавшему дело по первой инстанции, с просьбой удостоверить письменно его право на свидание с подзащитным. Судья отреагировал на просьбу адвоката только четыре дня спустя.

О факте недопуска он также сообщил по телефону оперативной помощи 112 и был опрошен оперативным дежурным ОМВД по Тихвинскому району Ленинградской области. Владислав Лапинский пояснил «АГ»: сделал он это затем, чтобы зафиксировать тот факт, что не смог попасть на свидание к подзащитному.

Сообщение адвоката повлекло за собой проведение служебной проверки, в ходе которой было установлено, что два сотрудника СИЗО действительно отказали Владиславу Лапинскому в допуске к заключенному. Свои действия они объяснили тем, что в личном деле последнего отсутствовали уведомление от органов следствия и суда о допуске адвоката к защите, а также разрешение о проходе к подсудимому для оказания юридической помощи.

Буквально на днях, уже после апелляционного рассмотрения, адвокат получил на руки полный комплект документов по результатам проверки, которые пролили свет на то, что же является первоочередным документом для сотрудников УФСИН.

Как следует из заключения по итогам проверки, руководство тихвинского СИЗО пришло к выводу, что право подсудимого на своевременное получение квалифицированной юридической помощи не было нарушено. «Отказ в выдаче пропуска связан не с истребованием у адвоката дополнительных документов, помимо ордера и удостоверения, а в связи с отсутствием у должностных лиц права в решении вопроса о допуске адвокатов к защите, так как следователь и суд при решении вопроса о допуске защитника учитывают установленные законом ограничения», – значится в заключении проводившей проверку комиссии.

Кроме того, указано, что в действиях сотрудников изолятора нарушений не выявлено, в том числе и в связи с тем, что они руководствовались Указанием УФСИН по Санкт-Петербургу и Ленинградской области 65/ТО/2-13279 от 3 октября 2016 г.

Данное указание, как выяснилось, содержит неполный обзор судебного решения по административному делу Лефортовского районного суда Москвы по поданному в октябре 2015 г. административному исковому заявлению адвокатов Сергея Бадамшина и Гаджи Алиева к ФКУ СИЗО-2 ФСИН России.

В обзоре сказано, в частности, что предъявление адвокатом ордера и удостоверения адвоката не является подтверждением обстоятельств, утверждающих его участие в уголовном процессе в качестве защитника. «Именно следователь, а не должностные лица следственного изолятора решает вопрос о допуске адвоката в качестве защитника», – подчеркнуто в документе.

Данное указание в 2016 г. было направлено руководству всех учреждений УФСИН по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, и, как показала ситуация, с которой столкнулся Владислав Лапинский, этим документом продолжают руководствоваться.

При этом отказ суда в удовлетворении административного иска адвокатов к московскому СИЗО, на котором основано указание УФСИН по СПб и ЛО, относится к неактуальной уже судебной практике. Напомним, Сергей Бадамшин и Гаджи Алиев довели свое дело до Конституционного Суда РФ, который хотя и отказал в удовлетворении их жалобы, но вынес определение с позитивным содержанием.

КС РФ напомнил, что «выполнение адвокатом, имеющим ордер юридической консультации на ведение уголовного дела, процессуальных обязанностей защитника не может быть поставлено в зависимость от усмотрения должностного лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело».

Также КС РФ указал, что «положения статей 49 и 53 УПК Российской Федерации не должны служить основанием для лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, принимать правоприменительные акты, разрешающие защитнику участвовать в деле; не должны они рассматриваться и как основание для введения разрешительного порядка реализации права адвоката иметь свидания с подозреваемым или обвиняемым, содержащимся под стражей».

Комментируя «АГ» этот случай, Владислав Лапинский сообщил, что из обсуждения данной проблемы с сотрудниками ФСИН складывается неутешительное впечатление. Они ссылаются на то, что УПК РФ действует только для следователей, судей, адвокатов, а у работников Службы исполнения наказаний свои законы, и в них есть ссылка на защитника, то есть лицо, уже допущенное к защите следователем или судом. «УПК РФ у них будто вовсе не действует, поэтому при предъявлении ордера вступить в дело невозможно», – сообщил он. Адвокат также заметил, что это не местная, а общая позиция органов ФСИН.

Рассказать коллегам: