×

Ассоциация выпускников РШЧП обсудила общеизвестные товарные знаки

Спикеры поговорили о критериях общеизвестности, а также доктрине размывания различительной способности товарного знака
Фотобанк Freepik
Ответ на вопрос, что из себя представляет общеизвестный товарный знак, неочевиден. Однако он категорически важен для определения норм права, применяемых к правовому режиму общеизвестных знаков. Например, возможно ли оспаривание предоставления правовой охраны общеизвестному товарному знаку по основаниям, установленным в ст. 1483 ГК? Об этом поговорили спикеры, обсудив в том числе соотношение и иных положений, касающихся заявленной темы.

2 июня состоялось третье заседание из цикла семинаров «В частности, о товарных знаках». Началось обсуждение с вопроса о том, что из себя представляет общеизвестный товарный знак, каковы критерии установления общеизвестности.

В соответствии с одной из позиций феномен общеизвестного товарного знака оказался среди концептуальных противоречий ГК. Для понимания этого тезиса для начала следует обратить внимание на положения Парижской конвенции. Так, ст. 6bis есть исключение из традиционного для товарных знаков принципа территориальности. Это объясняется тем, что целью введения статьи являлась защита хорошо известных знаков, которые не зарегистрированы в стране (!), где используется или зарегистрирован сходный с ними товарный знак. Защита хорошо известному знаку предоставлена по факту признания его таковым. Проявление выхода за пределы принципа территориальности в РФ впервые появилось в ст. 7 Закона РФ от 23.09.1992 № 3520-1.

При этом Парижская конвенция допускает разные толкования, и каждое государство отвечает по-своему на вопрос о том, достаточно ли для признания знака общеизвестным в одной стране, допустим, где испрашивается защита, его известности в других странах. Россия пошла по пути недостаточности такой известности и необходимости доказывания факта общеизвестности в конкретной стране, и в этом смысле обнаружить преодоление принципа территориальности не представляется возможным.

Другое направление, по которому шло развитие регулирования общеизвестных товарных знаков, – преодоление принципа специализации, т.е. защита известных знаков от использования другими лицами в отношении неоднородных товаров и услуг (наглядно продемонстрировано в деле Odol, Германия 1924 г.).

В свою очередь, понятие общеизвестного товарного знака, закрепленное в ст. 1508 ГК, смешивает два, по сути, разных явления. Первое – об общеизвестном товарном знаке мы говорим, когда рассуждаем о преодолении принципа территориальности (возникновение правовой охраны на незарегистрированные товарные знаки на территории другой страны). Второе – преодоление принципа специализации (расширение правовой охраны зарегистрированных товарных знаков на неоднородные товары в силу известности). Еще большее усложнение ситуации происходит ввиду наличия перечня общеизвестных товарных знаков (п. 2 ст. 1509 ГК). Какие это порождает противоречия?

Во-первых, некорректность ст. 1508 и 1512 ГК, которые не находятся в логической взаимосвязи. Из п. 1 ст. 1512 ГК следует, что оспаривание предоставления правовой охраны товарному знаку означает оспаривание государственной регистрации (исключений для общеизвестного товарного знака не сделано), тогда как в силу ст. 1508 ГК правовая охрана общеизвестного товарного знака связана с фактом известности, а не регистрации.

Иными словами, известность знака есть факт, которому не могут быть противопоставлены какие-либо юридические основания. Из этого исходили, в частности, российская сторона при присоединении РФ к ВТО: она подтвердила, что «ГК РФ не содержит каких-либо норм, которые устанавливают связи между предоставлением правовой охраны товарному знаку, который считается общеизвестным, и его включением в перечень»; Конституционный Суд РФ, указав, что общеизвестность товарного знака (используемого в качестве товарного знака (обозначения)) является фактом объективной действительности и процедура признания такого товарного знака (обозначения) общеизвестным товарным знаком имеет целью подтверждение или опровержение данного факта, а не его возникновение (Определение КС РФ от 19.09.2019 № 2145-О). К этому выводу приходит и судебная практика (Постановление Президиума ВАС РФ от 24.04.2012 № 16912/11 по делу «VACHERON CONSTANTIN», постановление Президиума Суда по интеллектуальным правам от 02.11.2018 № С01-738/2018 по делу № СИП580/2017). Обстоятельства, учитываемые Роспатентом для признания знака общеизвестным (например, знание потребителями конкретного правообладателя, объемы производства и т.д.), никакого отношения к общеизвестности не имеют.

Во-вторых, некорректность п. 3 ст. 1512 ГК. В данном случае можно привести три аргумента: 1) прекращение правовой охраны общеизвестного товарного знака не может происходить в силу оспаривания регистрации; 2) известность не может проявляться в статике, а только в судебном споре (некорректность ассоциаций потребителя и размывание различительной способности не могут быть установлены абстрактно, только в рамках спора при оценке фактов можно установить, что использование товарного знака приводит к таким последствиям); 3) логически исключена недействительность предоставления правовой охраны в части.

Иными словами, ГК не видит разницы между основаниями возникновения правовой охраны вообще и ее расширения на неоднородные товары. Однако уровень известности у этих явлений различен. А это значит, что признание знака общеизвестным для цели ст. 6bis не должно предрешать вопрос о распространении правовой охраны на неоднородные товары. В России в силу существования перечня общеизвестных знаков этот вопрос предрешен.

В судебной практике заметно следующее разграничение применительно к проблематике общеизвестных знаков.

Следует отличать товарные знаки, обладающие «широкой известностью», и знаки с репутацией в определенных, но узких сферах от общеизвестных знаков. Отличие состоит в степени известности, и применительно к этому у общеизвестных знаков степень известности весьма высока. Она предполагает установление известности в отношении среднего потребителя товара, при этом принимаются во внимание также продолжительность использования знака, объемы производства товара, активность и вложения правообладателя при продвижении бренда.

В свою очередь, знаки не обладающие такой известностью, не могут обладать правовым режимом общеизвестного товарного знака. Для них действуют иные правила, в том числе возможность защиты через институт злоупотребления правом (дело по товарному знаку «Буцефал», дело Vacheron Constantin, также по товарному знаку «Магнат»).

Допустимо ли оспаривание предоставления правовой охраны общеизвестному товарному знаку по основаниям, установленным в ст. 1483 ГК?

Можно выделить три ситуации такого оспаривания: 1) по мотиву ошибочности признания знака общеизвестным; 2) утрата общеизвестности (правообладатель перестал вкладываться, появились сильные конкуренты); 3) знак с самого начала не соответствовал требованиям к товарному знаку (в данном случае имеется в виду оспаривание не статуса общеизвестности, а регистрации товарного знака). Однако в последней ситуации охрана общеизвестного знака автоматически может и не прекратиться. В отношении оспаривания статуса общеизвестного товарного знака следует обращаться с отдельным возражением.

При этом спикеры сошлись во мнениях о том, что закон термин «товарный знак» использует в разных значениях, предполагая либо просто товарные знаки, либо знаки, включая общеизвестные. И на оспаривание общеизвестных товарных знаков действие ст. 1483 ГК не распространяется.

В связи с этим может возникнуть справедливый вопрос: а как же оспаривание, включенное в ст. 1483 ГК, по мотиву противоречия общественным интересам, принципам гуманности и морали?

Отвечая на этот вопрос, следует отметить, что понятие аморальности присуще сфере публичного права, подобные меры имеют своим источником другую логику, которую некорректно противопоставлять логике частного права. Нельзя сказать, что обозначение не известно, потому что аморально.

Приобрести запись семинара можно на сайте организатора: https://privlaw-conf.ru/semi1905

Рассказать: