×

Разумность как принцип гражданского права

Использование оценочных категорий, таких как разумность, в современном правовом регулировании, их положительные аспекты и «подводные камни» обсудили на площадке IX Петербургского международного юридического форума
Фото: Шамуков Руслан/Фотохост-агентство ТАСС
Модератором дискуссии выступил доцент кафедры гражданского права Санкт-Петербургского государственного университета Андрей Павлов. В обсуждении приняли участие директор Юридического института «М-Логос» Артем Карапетов, Министр юстиции РФ Александр Коновалов, адвокат Coffey Burlington (США) Кендалл Коффи, доцент кафедры гражданского права и процесса НИУ ВШЭ Ольга Мазур, лектор московской Высшей школы социальных и экономических наук Олеся Петроль, партнер корпоративной практики адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Дмитрий Степанов и доцент кафедры гражданского права юридического факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова Андрей Ширвиндт.

Открывая дискуссию, доцент кафедры гражданского права СПбГУ Андрей Павлов отметил, что в российском законодательстве категория разумности появилась относительно недавно, около 30 лет назад. «За эти 30 лет она настолько естественным образом вошла в наше понимание, что воспринимается в качестве некоего базового начала гражданского права. Так ли это, мы попробуем сегодня разобраться», – отметил ученый.

Министр юстиции РФ Александр Коновалов поделился своими взглядами на принцип разумности, его содержание и применение в праве. «Принцип разумности имеет особое значение для всего правопорядка, и в частности для его регулятивных отраслей, к которым относится частное право вообще и гражданское право. Все право целиком исторически понимается именно как рациональный регулятор, совокупность способов отыскания и воплощения в жизнь оптимальных разумных балансов интересов разных лиц и коллективов, частных и публичных интересов. Исторически роль права и юристов заключается в том, чтобы привносить в хаос и сумбур окружающей нас действительности некий стабильный элемент рассудительности, прагматизма, чтобы сглаживать углы, находить паллиативы, успокаивать эмоции и страсти, отыскивать компромиссы и в целом находить наиболее устойчивые, наилучшие в данных конкретных обстоятельствах решения. В целом в этом состоит подход к тому, что право должно по определению быть разумным», – сказал министр.

Глава Минюста также предложил свою формулировку этого принципа. «Думаю, что принцип разумности можно раскрывать через стремление субъекта правопорядка к максимально безупречному участию в социальных взаимодействиях за счет рассудительности и рациональности решений и действий с использованием собственного опыта и общественного, которые в данном обществе принято рассматривать в качестве обязательного источника для сопоставления и анализа, соизмерения намерений с собственными возможностями и с внешними обстоятельствами, четкого представления всех ожидаемых при обычном развитии событий последствий тех или иных решений и действий, четкого осознания необходимых границ собственного поведения, своих прав и интересов, прав и интересов других лиц. При этом определение разумности для гражданского права, гражданского оборота может быть несколько более компактным. Его можно определить как стремление участника гражданского оборота при осуществлении принадлежащих ему прав и исполнении его обязанностей соизмерять свое поведение со здравым смыслом, общими представлениями об осторожности и предусмотрительности, экономической целесообразностью, правами и охраняемыми законом интересами других субъектов», – пояснил Александр Коновалов.

Кроме того, министр выделил наиболее важные, на его взгляд, проявления принципа разумности в российском правопорядке, а также предложил договориться о соотношении понятия разумности с категориями добросовестности и справедливости. По его мнению, добросовестность охватывает понятия разумности и справедливости, которые, в свою очередь, являются ее аспектами. При этом он отметил, что это не просто слова – у каждого есть конкретное значение и принципы применения.

В ходе дискуссии также был затронут вопрос роли суда: является ли он только правоприменителем или же выполняет и законодательную функцию. По этому поводу высказался директор Юридического института «М-Логос» Артем Карапетов. Он считает, что справедливость, добросовестность и разумность – оценочные понятия, которые не вполне применимы в правовом поле и могут слишком вольно интерпретироваться судьями.

«Принципы добросовестности, разумности и справедливости не означают, что судья может решать “как захочет”, по интуиции. Судья – правотворец, он должен сформулировать норму, которую не дописал законодатель, он должен эту норму вывести из принципов разумности и справедливости. <…> Необходимо, чтобы эти способы не превращались в способы не мотивировать судебные решения», – подчеркнул спикер.

Доцент кафедры гражданского права и процесса НИУ ВШЭ Ольга Мазур отметила, что разумность для субъектов спора может быть разным понятием, следовательно, в данном вопросе не хватает конкретики. «Нам слишком рано на данном этапе выводить простой поведенческий стандарт при рассмотрении каждой конкретной ситуации, нам опасно пока что иметь дело с каким-то абстрактным человеком из автобуса, по которому мы будем мерить разумность. Все-таки пока что мы должны ориентироваться на объем предполагаемого и фактического знания конкретного субъекта, на плечи которого ложится изначальная оценка требования разумности или добросовестности. И пока мы не можем иметь дело просто с человеком из автобуса, давайте иметь дело с человеком из автобуса, следующим по конкретному маршруту. Пройдет 100 лет развития судебной практики, и судебные органы смогут вернуть тот пас, который им дал законодатель. Тогда, возможно, будет больше определенности в правовом регулировании», – сказала эксперт.

Петербургский международный юридический форум проходит с 14 по 18 мая в Восточном крыле Главного штаба Государственного Эрмитажа. Он проводится при поддержке Президента РФ и Министерства юстиции РФ.



Рассказать: