28 августа Верховный Суд вынес Определение № 305-ЭС25-4183 по делу № А40-3095/2024, в котором разъяснил, что в споре о взыскании с экспедитора ущерба в порядке суброгации нужно учитывать, что в результате наступления страхового случая возникло два различных обязательства у различных субъектов, объем которых определяется по-разному, а следовательно, страховое возмещение и возмещение вреда не являются тождественными понятиями.
20 июня 2022 г. ООО «ИТЕКО Россия» и ООО «Дж.Т.И. Россия» заключили договор транспортной экспедиции по доставке табачной продукции из г. Санкт-Петербург в г. Новосибирск. По условиям договора экспедитор обязан возместить клиенту или грузополучателю полную стоимость утраченного, недостающего или поврежденного (испорченного) груза вне зависимости от того, по чьей вине или по какой причине произошла утрата, недостача или повреждение груза.
1 июля 2022 г. «Дж.Т.И. Россия» заключило с АО «АльфаСтрахование» Генеральный договор страхования грузов. В соответствии с п. 6.2.2 договора страховая стоимость по внутренним перевозкам, осуществленным страхователем, определяется на основании товаросопроводительных документов плюс 10% от указанной стоимости обоснованных платежей и транспортных расходов, если иное не оговорено до начала перевозки.
11 апреля 2023 г. в процессе выгрузки продукции было обнаружено повреждение и недостача табачной продукции. В этой связи «Дж.Т.И. Россия» обратилось к страховщику с заявлением о выплате суммы страхового возмещения. С целью установления размера страховой выплаты специализированная организация подготовила сюрвейерский отчет, согласно которому стоимость поврежденного и утраченного груза составила около 19,5 млн руб., стоимость перевозки поврежденного груза – около 73 тыс. руб., дополнительные 10% в соответствии с п. 6.2.2 договора страхования – около 2 млн руб. Таким образом, общий размер страхового возмещения составил более 21,5 млн руб.
9 августа 2023 г. «АльфаСтрахование» выплатило сумму страхового возмещения в размере более 21,5 млн руб., после чего обратилось в суд с иском к экспедитору о взыскании выплаченных денежных средств в порядке ст. 965 ГК. Суды трех инстанций удовлетворили исковые требования в полном объеме, признав доказанным факт причинения ответчиком ущерба и стоимости его устранения.
Общество «ИТЕКО Россия» обратилось в Верховный Суд с кассационной жалобой, в которой просило отменить судебные акты нижестоящих инстанций в части взыскания дополнительных 10% в соответствии с договором страхования в размере около 2 млн руб. Изучив материалы дела, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС отметила, что в связи с наступлением в результате ДТП страхового случая АО «АльфаСтрахование» исполнило возникшее у него по договору страхования перед ООО «Дж.Т.И. Россия» договорное обязательство, имеющее цель возместить причиненный страхователю ущерб в объеме, определенном договором сторон.
Как отметил ВС, суды установили, что стоимость поврежденного и утраченного груза, а также стоимость перевозки поврежденного груза определена на основании сюрвейерского отчета, положенного в основу определенного судами размера обязательства экспедитора, что последним не оспаривается и не обжалуется. В то же время суд первой инстанции при удовлетворении исковых требований в полном объеме в нарушение ст. 71, 170 АПК не дал оценку возражениям ответчика относительно включения в состав убытков, подлежащих возмещению в порядке суброгации, предусмотренной договором страхования дополнительной суммы в размере 10% от указанной стоимости обоснованных платежей и транспортных расходов. Апелляция и кассация при рассмотрении жалоб ответчика данное процессуальное нарушение не устранили, что привело к принятию неправильных судебных актов. В результате допущенного процессуального нарушения судами остались неисследованными вопросы о том, входила ли спорная сумма в объем прав требования страхователя к экспедитору, какова ее правовая природа и основания ее взыскания в пользу страховщика.
Верховный Суд подчеркнул, что сама по себе выплата страховщиком суммы страхового возмещения определяет лишь предельный размер его права требования в порядке суброгации, однако она не порождает автоматическую обязанность лица, ответственного за убытки, возместить данную сумму страховщику. ВС заметил, что суды не учли, что в результате наступления страхового случая возникло два различных обязательства у различных субъектов, объем которых также определяется по-разному: у страховщика – согласно условиям договора страхования, у экспедитора – на основании приведенных норм и договора транспортной экспедиции, а, следовательно, страховое возмещение и возмещение вреда не являются тождественными понятиями.
Экономколлегия разъяснила, что согласно ст. 387 ГК при суброгации происходит лишь перемена лица в обязательстве в силу закона, а именно в рассматриваемом деле – в обязательстве экспедитора, ответственного за наступление страхового случая, возместить кредитору реальный ущерб, вызванный утратой, недостачей или повреждением груза, а также произвести иные предусмотренные договором и ст. 7 Закона о транспортно-экспедиционной деятельности платежи. Для правильного разрешения спора в обжалуемой части судам необходимо было учесть, что на объем причиненного виновником вреда не влияет договорное обязательство АО «АльфаСтрахование», а вопрос о том, в каком объеме истцом было осуществлено страховое возмещение по договору страхования, подлежал исследованию лишь для установления того, в каком предельном размере в силу положений ст. 965 ГК к страховой компании перешло принадлежавшее страхователю право требования к причинителю вреда. Таким образом, Верховный Суд отменил судебные акты в обжалуемой части, а дело в отмененной части направил на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
В комментарии «АГ» старший партнер АБ «Бельский и партнеры» Дмитрий Шнайдман отметил, что комментируемое определение прямо указывает, что при рассмотрении суброгационных споров суды не должны воспринимать сумму выплаченного страховщиком страхового возмещения как некую аксиому, которая обусловливает тот размер требований, который заявлен к взысканию с виновного лица. «Верховный Суд делает, казалось бы, очевидный, но очень важный вывод: страховое возмещение и возмещение вреда не являются тождественными понятиями. Каждое из указанных обязательств имеет самостоятельное основание возникновения, а также самостоятельный способ и особенности определения его размера. В этой связи совершенно справедливым является вывод ВС о том, что сумма выплаченного страхового возмещения является верхним пределом потенциальных требований страховщика, а для определения суммы суброгационного взыскания необходимо детально исследовать содержание правоотношений между страхователем и виновным лицом с учетом всей специфики каждого конкретного правоотношения, например, ограничение размера договорной ответственности. Подобный подход является абсолютно обоснованным с учетом требований п. 2 ст. 965 ГК и максимально учитывает интересы виновного лица, который никоим образом не связан условиями договора страхования, в том числе в части определения размера выплачиваемого страхового возмещения», – пояснил эксперт.
Адвокат КА «Династия» Юлия Иванова заметила, что суброгация – это переход прав, а не автоматическое взыскание, а объем ответственности причинителя вреда определяется по нормам ГК РФ и Закона о транспортно-экспедиционной деятельности, а не условиями договора страхования между выгодоприобретателем и страховщиком. Она указала, что суды обязаны были установить, мог ли бы сам страхователь взыскать с экспедитора эту 10% надбавку как убыток или иное предусмотренное законом или договором возмещение. «ВС четко разграничил два самостоятельных обязательства: договорное обязательство страховщика перед страхователем (объем которого определяется условиями договора страхования) и деликтное обязательство экспедитора-причинителя вреда (объем которого определяется нормами закона и договора перевозки). Суброгация – это лишь перемена кредитора в существующем обязательстве, а не автоматическое взыскание всей суммы страховой выплаты. Страховщик, получая право требования, “становится на место” страхователя, но в рамках того объема прав, который имел сам страхователь к экспедитору», – пояснила адвокат.
Юлия Иванова обратила внимание, что суды нижестоящих инстанций не исследовали и не дали правовой оценки ключевому возражению ответчика и не ответили на вопрос, входит ли спорная надбавка в 10% в объем требований, которые страхователь мог бы предъявить к экспедитору. «Суды механически взыскали всю выплаченную сумму, не установив, является ли эта надбавка частью реального ущерба или упущенной выгоды по правилам ГК РФ и Закона о транспортно-экспедиционной деятельности либо же она представляет собой исключительно договорную конструкцию страховщика и страхователя, не порождающую обязанности по ее возмещению со экспедитора. Теперь суд первой инстанции должен будет исследовать, является ли 10%-ная надбавка частью убытков по правилам ст. 15 ГК РФ или возмещения по правилам ст. 7 Закона о транспортно-экспедиционной деятельности, либо же она таковой не является и взысканию с экспедитора не подлежит», – заключила она.
