Минюст России опубликовал для общественного обсуждения законопроект, направленный на усиление ответственности за вмешательство в деятельность присяжных заседателей и иных лиц, участвующих в осуществлении правосудия и производстве предварительного расследования. Проект закона подготовлен во исполнение п. 6 Перечня поручений Президента России от 3 марта 2026 г. № Пр-413 по итогам заседания СПЧ 9 декабря 2025 г. в части реализации предложений, направленных на усиление ответственности за вмешательство в деятельность присяжных заседателей.
Авторы поправок отметили, что в настоящее время угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, совершенная в отношении лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга, отнесена к категории средней тяжести и предусматривает в качестве максимального наказания лишение свободы на срок до пяти лет (п. «б» ч. 2 ст. 119 «Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью» УК РФ). В то же время в соответствии со ст. 296 «Угроза или насильственные действия в связи с осуществлением правосудия или производством предварительного расследования» УК аналогичные деяния, совершенные в отношении судьи, присяжного заседателя или иного лица, участвующего в отправлении правосудия, а равно их близких в связи с рассмотрением дел или материалов в суде; прокурора, следователя, лица, производящего дознание, защитника, эксперта, специалиста, сотрудника органов принудительного исполнения Российской Федерации, а равно их близких в связи с производством предварительного расследования, рассмотрением дел или материалов в суде либо исполнением приговора, решения суда или иного судебного акта, отнесены к категории небольшой тяжести с наказанием в виде лишения свободы на срок до трех и двух лет соответственно.
При этом, по данным Судебного департамента при Верховном Суде РФ, за период с 2020 по 2024 г. наказание в виде лишения свободы по ч. 1 и 2 ст. 296 УК стабильно назначалось в половине случаев по ч. 1 (26 из 53 осужденных) и до трети случаев по ч. 2 (34 из 97 осужденных). Помимо этого значительному числу осужденных к лишению свободы по ч. 1 ст. 296 УК назначался максимально возможный срок отбывания наказания либо близкий к нему, т.е. до трети всех осужденных по данной норме (18 из 53 осужденных), указывается в пояснительной записке.
В связи с этим предлагается в ч. 1 ст. 296 УК изменить наказание за угрозу убийством, причинением вреда здоровью, уничтожением или повреждением имущества в отношении судьи, присяжного заседателя или иного лица, участвующего в отправлении правосудия, а равно их близких в связи с рассмотрением дел или материалов в суде. Согласно поправкам за такое преступление может быть назначен штраф в размере от 500 тыс. до 1,5 млн руб. или в размере зарплаты или иного дохода осужденного за период от 1 года до 2 лет. Также возможно наказание в виде принудительных работ на срок до 5 лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет или без такового либо лишение свободы на срок от 1 года до 5 лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет или без такового.
В ч. 2 ст. 296 предлагается указать, что то же деяние, совершенное в отношении прокурора, следователя, лица, производящего дознание, защитника, эксперта, специалиста, сотрудника органов принудительного исполнения, а равно их близких в связи с производством предварительного расследования, рассмотрением дел или материалов в суде либо исполнением приговора, решения суда или иного судебного акта, будет наказываться штрафом до 1 млн руб. или в размере зарплаты или иного дохода осужденного за период до 2 лет либо принудительными работами на срок до 5 лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет или без такового, либо арестом на срок от 3 до 6 месяцев, либо лишением свободы на срок до 5 лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет или без такового.
Эти же деяния, совершенные с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья, предлагается наказывать принудительными работами на срок до 5 лет с ограничением свободы на срок до 2 лет либо без такового и с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет или без такового либо лишением свободы на срок от 2 до 5 лет с ограничением свободы на срок до 2 лет либо без такового и с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет или без такового.
Если же применено насилие, опасное для жизни или здоровья, наказание будет в виде принудительных работ до 5 лет с ограничением свободы на срок до 2 лет либо без такового и с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет или без такового либо лишением свободы на срок от 5 до 10 лет с ограничением свободы на срок до 2 лет либо без такового и с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет или без такового.
Член АП города Москвы Матвей Цзен посчитал, что суть поправок не просто в «количественном» утяжелении ответственности, но в некоторых качественных изменениях: «Во-первых, в случае принятия поправок положения ч. 1 и 2 ст. 296 УК станут преступлениями средней тяжести, а не преступлениями небольшой тяжести, как сейчас. Это означает увеличение срока давности привлечения к ответственности и облегчает возможность проведения оперативно-розыскных мероприятий при расследовании и предотвращении таких преступлений. Во-вторых, как вид наказания по данной статье появляется запрет занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. То есть законодатель понимает, что субъектами противоправного вмешательства в деятельность суда являются достаточно часто сами сотрудники правоохранительной системы».
Член АП Волгоградской области Владимир Быстров считает, что в законопроекте стоит указать понятие иного лица, участвующего в отправлении правосудия, упоминаемого в ч. 1 ст. 296 УК. «Следует расписать из гл. 6 и 7 УПК участников процесса со стороны обвинения и защиты, поскольку непонятно, являются ли угроза убийством или применение любого насилия в отношении подозреваемого, обвиняемого со стороны иных лиц (не обвинения) наказуемыми именно по этой статье», – пояснил он.
Также Владимир Быстров посчитал правильным, что вносятся изменения, касающиеся ответственности должностных лиц за эти деяния, поскольку часто именно они «грешат» против правосудия, исходя из своих либо ложно понятых интересов службы.
Председатель КА МОКА «ЮРЛОВО» Светлана Добровольская заметила, что хотя пояснительная записка делает упор на судей, прокуроров и следователей, стоит посмотреть на проект закона прежде всего через призму интересов адвокатского сообщества. Она пояснила, что законопроект устраняет существовавший дисбаланс в уголовно-правовой охране, так как ранее угрозы в адрес адвоката как участника производства по делу карались мягче, чем аналогичные угрозы в связи с иной служебной деятельностью. «Предлагаемое повышение максимального срока лишения свободы до пяти лет, увеличение штрафов до 1 млн руб. и возможность назначения дополнительного наказания в виде запрета занимать определенные должности значительно усиливают защиту адвокатов как участников уголовного судопроизводства, что отвечает интересам профессионального сообщества», – посчитала эксперт.
По ее мнению, для защиты адвокатов от возможных злоупотреблений со стороны недобросовестных участников процесса в законопроект целесообразно добавить положение, которое устанавливало бы повышенную ответственность за заведомо ложные заявления о совершении преступлений, предусмотренных ст. 296 УК, адвокатами. «Это создаст дополнительный барьер для использования уголовного закона в качестве инструмента давления на защитников в рамках судебного процесса и обеспечит баланс между усилением защиты и предотвращением злоупотреблений», – пояснила Светлана Добровольская.
Советник ФПА РФ, эксперт по защите в суде присяжных Сергей Насонов посчитал, что законопроект заслуживает безусловной поддержки, так как усиление уголовной ответственности за угрозы и насильственные действия в связи с осуществлением правосудия одновременно усиливает гарантии правовой защищенности, а значит – и независимости присяжных заседателей, судей и иных лиц, участвующих в отправлении правосудия. Государство, призывающее граждан реализовать свое конституционное право быть присяжным заседателем, обязано обеспечить их безопасность, полагает он.
«Необходимо подчеркнуть, что эта норма уголовного закона защищает не только жизнь и здоровье присяжных заседателей и судей, но и их имущество. Также эта норма распространяется на угрозы и насильственные действия в отношении лиц, близких присяжному заседателю. В этот перечень входят не только близкие родственники и родственники, но и иные лица, не состоящие в родстве с присяжными заседателем, но чьи жизнь, здоровье и благополучие дороги ему», – пояснил Сергей Насонов.
По его словам, несмотря на то, что в современной практике подобных дел не так много, эта норма Уголовного кодекса оказывает превентивный эффект и способствует отказам от совершения подобных деяний. Кроме того, эта поправка будет способствовать более активной явке граждан в суды для выполнения ответственной миссии присяжного заседателя, поскольку страх стать жертвой подобных угроз и насильственных действий нередко препятствует этому, указал советник ФПА РФ.
Вместе с тем, как отметил Сергей Насонов, проблема обеспечения независимости и объективности присяжных заседателей не может быть решена одними только уголовно-правовыми средствами. По его мнению, необходимо также разработать поправки в Закон о присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции и УПК РФ, запрещающие сторонам собирать сведения о кандидатах в присяжные заседатели и присяжных заседателях, а также их близких вне процесса, в том числе путем использования своего служебного положения. «Правом собирать какие-либо сведения о присяжных заседателях до вынесения ими вердикта должен быть наделен только председательствующий и только при наличии мотивированного ходатайства стороны об этом, которое должно обсуждаться с участием сторон в отсутствие присяжных заседателей или кандидатов в присяжные заседатели. Основанием для собирания подобных сведений должны служить достаточные данные, указывающие на то, что присяжным заседателем на этапе формирования коллегии присяжных заседателей, в ходе его опроса председательствующим и сторонами были сообщены недостоверные сведения, при условии что это повлияло или может повлиять на объективность и беспристрастность присяжного заседателя при вынесении вердикта», – указал эксперт.
Кроме того, полагает Сергей Насонов, необходимо разработать поправки в Закон о присяжных заседателях и в УПК о запрете любых внепроцессуальных обращений к присяжным заседателям в связи с рассматриваемым делом до вынесения ими вердикта, что должно рассматриваться как вмешательство в деятельность присяжных по осуществлению правосудия и получать соответствующую правовую оценку. «Также необходимо усилить меры административной ответственности за воспрепятствование явке в суд присяжного заседателя. Предусмотренная ст. 17.5 КоАП РФ санкция в виде административного штрафа от 500 руб. до 1000 руб. представляется не соответствующей тяжести этого административного правонарушения в современных экономических реалиях», – подчеркнул советник ФПА РФ.
Кроме того, по его мнению, необходимо усовершенствовать порядок проверки сведений об оказании незаконного воздействия на присяжного заседателя, предусмотренный УПК, чтобы минимизировать случаи исключения присяжного заседателя из состава коллегии на непроверенных и шатких основаниях. «Только комплекс всех этих мер обеспечит существенное повышение уровня гарантий независимости присяжного заседателя», – резюмировал Сергей Насонов.
