×

АП г. Москвы обобщила практику по вопросам неявки адвокатов в суд и для участия в процессуальных действиях

В обзор вошло шесть дисциплинарных производств, каждое из которых было прекращено
Фото: «Адвокатская газета»
Один из адвокатов посчитал, что в принятых решениях Совета АП г. Москвы прослеживается соблюдение принципов равноправия сторон, состязательности, добросовестности адвоката и открытости принимаемых решений. Вторая задалась вопросом о необходимости возбуждать дисциплинарные производства, если заявитель не приложил к жалобе доказательства, из которых следует вывод о недобросовестном поведении адвоката.

Совет АП г. Москвы опубликовал Обзор дисциплинарной практики за первое полугодие 2022 г. по вопросам, связанным с неявкой адвокатов в судебные заседания и для участия в процессуальных действиях. В документ вошло всего шесть дисциплинарных производств.

Судья посчитала, что адвокат не являлся в суд без уважительных причин

Читайте также
АП г. Москвы поддержала адвоката, который, по мнению судьи, не являлся в суд без уважительных причин
Прекращая дисциплинарное производство, Совет палаты заметил, что доводы судьи не нашли подтверждения: адвокат не явился на судебное заседание лишь однажды, точнее, опоздал на полчаса, о чем заранее уведомил судью
01 Августа 2022 Новости

Как ранее писала «АГ», в производстве судьи одного из районных судов г. Москвы Ф. находилось уголовное дело в отношении К. и Ки., обвиняемых по п. «а» ч. 5 ст. 290, ч. 1 ст. 286 УК РФ. Защиту К. по соглашению осуществлял адвокат О. Судья посчитала, что О. не явился на шесть судебных заседаний без уважительных причин, чем нарушил подп. 1 и 4 п. 1 ст. 7 Закона об адвокатуре, а также подп. 5 п. 1 ст. 9, п. 3 ст. 10, п. 2 ст. 13 и п. 1 ст. 14 КПЭА.

Рассматривая материалы дисциплинарного производства, Квалифкомиссия обратила внимание, что, согласно информации на сайте судов общей юрисдикции г. Москвы, первое заседание было отложено «по иным причинам», еще три – из-за неявки подсудимого, пятое – в связи с недоставлением подсудимого, а шестое – из-за неявки защитника. 16 марта по уголовному делу вынесен приговор. Как объяснил Квалифкомиссии адвокат О., судебные заседания откладывались в связи с неявками подсудимого Ки., и единственный раз – 28 декабря 2021 г. – судебное заседание было отложено в связи с неявкой защитника. В этот день адвокат явился в суд с опозданием на 35 минут, о чем предварительно уведомил суд. Неявка 14 декабря того же года была обусловлена участием в судебном заседании Верховного Суда Республики Т. Судья Ф. разрешала не являться в судебные заседания, которые откладывались из-за неявки второго подсудимого либо свидетелей обвинения, о чем было известно заранее.

Квалифкомиссия признала установленным, что судебные заседания, кроме 28 декабря 2021 г., откладывались либо в связи с неявками одного из подсудимых, либо по иным причинам, не связанным с неявкой адвоката О., и в результате пришла к выводу, что доводы судьи о неявке защитника в суд без уважительных причин не подтверждены.

В отношении доводов о том, что в результате неявки адвоката О. были нарушены процессуальные права подсудимого К., Квалифкомиссия указала, что, хотя в соответствии с положениями подп. 4 п. 1 ст. 20 КПЭА обращение судьи, рассматривающей дело, защитником по которому выступает адвокат, является одним из поводов для возбуждения дисциплинарного производства, только при реализации судом своих полномочий по обеспечению участия защитника лица, привлекаемого к уголовной ответственности, суд вправе выдвигать в отношении такого адвоката дисциплинарное обвинение в отказе назначенного защитника от принятой на себя защиты и в ненадлежащем выполнении им профессиональных обязанностей. Однако адвокат О. осуществлял защиту К. по соглашению, при этом жалоб на адвоката от подзащитного не поступало. Таким образом, Квалифкомиссия пришла к выводу о необходимости прекращения дисциплинарного производства.

27 июня, в период подготовки к рассмотрению дисциплинарного производства Советом палаты, из суда поступили копии протоколов судебных заседаний, из которых следует, что адвокат явился для участия в первом заседании, которое было отложено из-за неявки свидетелей. Второе заседание было отложено в связи с неявкой подсудимых и адвоката, третье – в связи с неявкой подсудимого Ки. На четвертое и пятое заседания О. не явился, так как заседания были отложены в связи с неявкой обоих подсудимых и адвоката. И только последнее было отложено в связи с неявкой О. Совет палаты посчитал, что сведения из протоколов не подтверждают выдвинутое заявителем дисциплинарное обвинение и при этом противоречат информации, размещенной на сайте судов общей юрисдикции г. Москвы. Документов, подтверждающих извещение адвоката о датах заседаний, а также иных документов в обоснование изложенных доводов в палату представлено не было. Совет отметил, что презумпция добросовестности адвоката не опровергнута, поскольку доводы заявителя не подтверждены доказательствами.

В результате Совет АП г. Москвы согласился с доводами Квалифкомиссии и пришел к выводу о прекращении данного дисциплинарного производства.

Ранее в комментарии «АГ» адвокат АП Московской области Сергей Макаров оценил решение положительно, так как Совет АП г. Москвы решительно встал на защиту адвоката. «Помимо тактического аспекта – защиты конкретного адвоката от необоснованных претензий недовольного судьи – важен и стратегический аспект: показать, что к профессиональной деятельности и времени адвокатов нужно относиться с уважением», – отмечал эксперт.

Адвокат, член правления АНО «Центр урегулирования конфликтов в медицине» Ирина Гриценко с сожалением отмечала, что в практике судов существует тенденция назначения заседаний без учета занятости адвоката. «Порой судьи говорят, что мы, адвокаты, берем слишком много дел. Однако никто не ведет статистику по заседаниям, когда мы приходим, сидим “под дверью судьи” часами и потом на несколько минут заходим в зал только для того, чтобы узнать об отложении заседания. При этом я согласна, что систематическая неявка в судебное заседание защитника, уведомленного о заседании надлежащим образом, является основанием для возбуждения в отношении него дисциплинарного производства», – заметила она.

Следователь посчитал, что адвокаты умышленно не являются в СИЗО

В производстве Следственного комитета находится уголовное дело в отношении Ш. Его защиту с марта 2021 г. осуществляют адвокаты Я. и Ящ. Во время проведения предварительного следствия в адрес адвокатов поступали уведомления от 18 августа, 14 сентября, 14 октября, 25 ноября и 8 декабря 2021 г. о планируемых датах проведения в СИЗО следственных и иных процессуальных действий. Однако адвокаты не явились. В уведомлениях следователь указывал планируемые даты производства следственных и иных процессуальных действий.

Следствие, посчитав, что адвокаты проигнорировали указанные вызовы, обратилось в ГУ Минюста по г. Москве, которое направило представление в АП г. Москвы о нарушении защитниками положений Закона об адвокатуре и КПЭА. По мнению ведомства, защитники не являлись в СИЗО «с целью явного, умышленного и необоснованного затягивания времени». Тем самым заявитель счел, что адвокаты нарушили п. 1 ст. 8 КПЭА и подп. 1 п. 1 ст. 7 Закона об адвокатуре, поскольку при оказании юридической помощи не исполняли свои обязанности честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно, активно и всеми не запрещенными законом средствами.

В связи с представлением в отношении обоих адвокатов было возбуждено дисциплинарное производство. В своем заключении Квалификационная комиссия АП г. Москвы выявила, что неявка защитников была помимо прочего продиктована их занятостью в других судебных разбирательствах и в производстве процессуальных действий в иных следственных органах, а также болезнью или отпуском, что подтверждалось соответствующими документами. Таким образом, Квалифкомиссия заключила, что дисциплинарное производство в отношении адвокатов подлежит прекращению из-за отсутствия в их действиях (бездействии) нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, а также КПЭА.

Совет палаты поддержал выводы Квалифкомиссии и отметил, что, вопреки доводам представления, 13 октября и 6 декабря 2021 г. адвокаты посещали Ш. в СИЗО, причем в последнюю из этих дат начали ознакомление с материалами уголовного дела в порядке ст. 217 УПК РФ. Соответственно, 4 и 5 декабря были нерабочими днями (суббота и воскресенье), когда возможно проведение только неотложных следственных действий, однако заявителем не доказано, что планировавшиеся на указанные даты следственные действия носили неотложный характер. Совет АП г. Москвы заметил, что материалами дисциплинарного производства установлен факт болезни, отпусков и занятости адвокатов в судах и других следственных действиях.

В решении Совета палаты также отмечается, что не нашли подтверждения доводы представления о необоснованности неявок адвокатов для участия в процессуальных действиях по ознакомлению с материалами дела 1–6 декабря 2021 г., после того как 30 ноября следователь З. уведомил Ш. и его защитников об окончании следственных действий по уголовному делу. Часть полученных адвокатами уведомлений, заметил Совет, фактически касалась предварительного согласования конкретных дат проведения следственных и иных процессуальных действий с участием обвиняемого Ш. При этом некоторые почтовые уведомления о планируемых следственных и иных процессуальных действиях были направлены адвокатам слишком поздно: в частности, датированное 18 августа 2021 г. и содержащее в том числе сведения о планируемых датах производства следственных и иных процессуальных действий с Ш. с 19 по 25 августа было направлено в адрес адвоката Я. лишь 25 августа. Почтовое отправление, датированное 14 сентября, в том числе о планируемых датах производства следственных и иных процессуальных действий с обвиняемым Ш. в период с 14 по 24 сентября, было направлено в адрес адвоката Ящ. 25 сентября.

Читайте также
Неявка адвокатов в СИЗО для участия в следственных действиях с подзащитным объяснялась уважительными причинами
Совет АП г. Москвы согласился с выводами Квалифкомиссии о том, что неявка защитников объяснялась их занятостью в других судебных процессах, участием в процессуальных действиях в иных следственных органах, а также болезнями и отпуском, что подтверждалось документально
02 Августа 2022 Новости

Относительно уведомления в WhatsApp Совет АП г. Москвы указал, что согласие на его использование для извещения о предстоящих мероприятиях адвокаты следствию не давали. Кроме того, эти уведомления были направлены не заблаговременно.

Совет признал обвинения в отказе или самоустранении адвокатов от защиты голословными и несостоятельными, поскольку подтверждающих их доказательств в дисциплинарном деле нет. Доверитель Ш. каких-либо претензий к защитникам не предъявляет, а, напротив, поддерживает их, что само по себе исключает возможность выдвижения дисциплинарного обвинения в отказе или самоустранении от защиты, заметил Совет АП г. Москвы.

Также не были найдены доказательства того, что при оказании юридической помощи адвокаты якобы не исполнили свои обязанности честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно, активно и всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией, законом и КПЭА. Совет АП г. Москвы прекратил дисциплинарное производство.

Ранее адвокат АП г. Москвы Мартин Зарбабян, комментируя эту ситуацию, отмечал, что правоприменитель должен принимать во внимание, что адвокат, как любой человек, может заболеть, что, безусловно, является уважительной причиной неявки куда-либо. «При этом сама идея адвокатской деятельности предполагает, что юридическая помощь может оказываться нескольким гражданам, по различным делам и в один и тот же период», – подчеркивал он.

Старший партнер Criminal Defense Firm Алексей Касаткин согласился с выводами, изложенными в заключении Квалификационной комиссии и решении Совета АП г. Москвы: «Нахожу их обоснованными, мотивированными и, что крайне важно, –справедливыми».

Судья направила обращение в палату в связи с неявкой другого защитника

В производстве судьи Б. районного суда г. Москвы Г. находилось уголовное дело в отношении З. и иных лиц. Защиту подсудимой З. на основании соглашения осуществлял адвокат А., который, будучи надлежащим образом извещенным о назначении судебного заседания на 12 января в 13 ч. 00 мин., в указанное время не явился. В связи с этим судья обратился с представлением в АП г. Москвы.

А. объяснил, что в этот день участвовал в качестве представителя К., Ка. и Ал. в судебном заседании областного суда при рассмотрении апелляционной жалобы его доверителей. Судебное заседание по данному делу, назначенное на 11 ч. 15 мин., началось с почти часовым опозданием и продолжалось дольше планируемого. По завершении судебного заседания А. связался по телефону с помощником судьи Г. и сообщил, что едет в суд для участия в судебном заседании. Однако в ответ он услышал, что рассмотрение дела не состоится, поскольку болеет другой защитник. По этой причине адвокат не прибыл в суд.

Эти объяснения были подтверждены протоколом судебного заседания областного суда, согласно которому оно было открыто в 11 ч. 56 мин. и завершилось в 12 ч. 22 мин. В свою очередь, из протокола судебного заседания районного суда следовало, что оно было отложено в связи с неявкой подсудимой П., адвоката Ар. и адвоката А. Таким образом, судебное заседание не состоялось и не могло состояться прежде всего из-за неявки подсудимой П., а не в связи с тем, что адвокат А. не прибыл в назначенное время в суд, отмечается в обзоре.

Рассматривая дисциплинарное обвинение в том, что адвокат А. не представил суду документы, подтверждающие уважительную причину неявки, Совет палаты обратил внимание на то, что А. представил письменное уведомление от 12 января, направленное им в этот день судье Г., в котором подробно изложены обстоятельства и причины его неявки. Также адвокат представил опись вложения в почтовое отправление, подтверждающую повторную отправку указанного уведомления в адрес Б. районного суда города Москвы 24 января, кассовый чек с этой же датой об оплате почтового отправления, а также распечатку оказания услуг оператора мобильной связи в подтверждение телефонного разговора 12 января 2022 г. с помощником судьи Б. районного суда города Москвы.

Судья также указал, что по вине адвоката А. разбирательство по уголовному делу приняло затяжной характер, создающий угрозу реализации прав участников уголовного судопроизводства на доступ к правосудию в разумные сроки. Однако Совет заметил, что, согласно информации с официального сайта, на момент обращения судьи Г. в АП г. Москвы состоялось три судебных заседания, отложенных по разным причинам – неявка подсудимого, других участников процесса и по иным причинам.

Рассматривая дисциплинарное обвинение в проявлении неуважения к суду и участникам судебного разбирательства, Совет учел Разъяснение № 3 Совета АП г. Москвы по вопросам профессиональной этики адвоката «О неявках в судебное заседание», согласно которому в случае, если разбирательство дела откладывается в связи с непредвиденными или чрезвычайными обстоятельствами в жизни адвоката, о которых он сообщает суду срочным звонком либо через своих коллег, родственников или иных лиц, ему следует затем представить суду официальный или личный документ, подтверждающий уважительность его неявки, даже если суд не обращает к нему подобной просьбы. Такое поведение адвоката свидетельствует об уважении судебной власти, оно также ограждает судью при длительном рассмотрении дела от возможных упреков в волоките, а самого адвоката – от сообщений в адвокатскую палату о срывах судебного разбирательства, поскольку судья может запамятовать не зафиксированную в протоколе судебного заседания причину неявки адвоката.

Относительно дисциплинарного обвинения в том, что своей неявкой адвокат А. нарушил права своей подзащитной З., Совет палаты отметил, что выдвижение в отношении адвоката подобных обвинений публичным органом власти возможно лишь в случаях отказа назначенного судом защитника от принятой на себя защиты или ненадлежащего выполнения им своих профессиональных обязанностей. Адвокат А. осуществлял защиту З. на основании заключенного соглашения. При этом доверитель с жалобой на действия (бездействие) адвоката А. в АП г. Москвы не обращалась. В связи с этим Совет прекратил дисциплинарное производство.

В комментарии «АГ» адвокат КА «Галоганов и партнеры» Юрий Катейкин отметил, что Квалифкомиссия и Совет палаты провели тщательный анализ представленных доказательств, поминутно детализировали занятость адвоката А. в иных процессах и причины переноса судебных заседаний. К примеру, установили, что причиной одного из «переносов» послужила не неявка адвоката в процесс, как указывал автор обращения, а «недоставление» в суд подсудимого. Как результат – объяснения адвоката А. не были опровергнуты, напротив, нашли подтверждение в представленных документах.

Суд обратился в палату из-за неявки защитников, но до этого сам нарушил порядок их уведомления

В производстве М. гарнизонного военного суда с 9 декабря 2020 г. находится уголовное дело по обвинению Х. и других в совершении ряда преступлений. Защиту подсудимого Х. осуществляют адвокаты по соглашению К., Ка. и адвокат по назначению Ко. В обращении судьи И. в АП г. Москвы указано, что помимо указанных адвокатов защиту подсудимого Х. по соглашению осуществляют «адвокаты Я., Т. и А.». Рассмотрение уголовного дела имеет особую сложность, связанную с количеством участников судебного разбирательства, многоэпизодностью и объемом доказательств.

Как следовало из обращения судьи, 17 января все защитники подсудимого Х. в судебное заседание не прибыли, заседание отложили, а суд по ходатайству подсудимого принял решение о назначении ему другого защитника. При этом в судебном заседании подсудимый Х. довел до сведения суда, что его защитник по соглашению – адвокат К. – находится в городе Н. в связи с профессиональной деятельностью, а о местонахождении адвокатов Ка., Т., Я. и А. ему ничего не известно. Адвокат Ко., будучи, как и другие участники, извещенным о времени и месте судебного заседания, представил в суд ходатайство о его замене ввиду занятости по соглашению по другим уголовным делам.

Тем не менее судья выдвинул в отношении адвокатов К. и Ка. дисциплинарные обвинения в неявке без уведомления суда о причинах и в непредставлении сведений об уважительности причин неявки, а в отношении адвоката Ко. – в неявке в судебное заседание без представления подтверждения своей профессиональной занятости 17 января, о которой он сообщил ранее в своем ходатайстве. По мнению автора обращения, поведение адвокатов привело к срыву судебного заседания и создало предпосылки к затягиванию судебного разбирательства уголовного дела.

В обзоре указывается, что на запрос президента АП г. Москвы от 1 февраля о предоставлении копии протокола судебного заседания, а также процессуальных документов о назначении судебных заседаний (при их наличии) и иных документов от судьи последовал ответ, согласно которому «в настоящее время представить протокол судебного заседания от 17 января 2022 г. не представляется возможным, так как судебное разбирательство по уголовному делу не окончено ввиду его особой сложности». Таким образом, отметил Совет палаты, заявителем не представлено каких-либо доказательств того обстоятельства, что судебное заседание не состоялось именно по причине неявки адвокатов К., Ко. и Ка. На сайте суда указывается, что причиной отложения судебного заседания явилась «неявка защитника», однако чьего – Х. или одного из еще 6 обвиняемых – не указано.

Дополнительно Совет установил, что не представлено доказательств надлежащего уведомления адвокатов подсудимого Х. о дате и времени судебного заседания. Так, об уведомлении Ко. вообще не имеется каких-либо документов, а приложенные к обращению телефонограммы, адресованные К. и Ка., не могут рассматриваться в качестве надлежащего уведомления адвокатов, так как не представлены доказательства их направления и получения адресатами. Дисциплинарное производство было прекращено.

Судья не уведомил адвоката о судебном заседании, но потребовал возбуждения дисциплинарного производства

В производстве судьи Ч. районного суда города Москвы Ч. находился материал по рассмотрению ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей Б., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК. Защиту Б. на предварительном следствии по соглашению осуществлял адвокат Ш.

Судебное заседание по рассмотрению ходатайства было назначено на 15 ч. 00 мин. 29 сентября 2021 г., адвокат Ш. своевременно явился в суд и ознакомился с материалами дела. Однако из-за технических сбоев в системе ВКС длительное время не удавалось подключиться к СИЗО, в котором содержался Б, поэтому в 18 ч. 00 мин. адвокат ушел. Как указал судья в обращении, адвокат Ш. самовольно покинул здание суда, нарушив Закон об адвокатуре, КПЭА, а также право обвиняемого Б. на защиту. Судебное заседание было открыто в 20 ч. 00 мин., и, несмотря на то что обвиняемый Б. возражал против рассмотрения ходатайства в отсутствие защитника, оно было рассмотрено и удовлетворено. При этом судебное заседание проходило в отсутствие какого-либо защитника.

В письменных объяснениях Ш. указал, что не был надлежащим образом уведомлен о том, что 29 сентября 2021 г. состоится судебное заседание. Несмотря на это, к назначенному времени – 15 ч. 00 мин. – он явился в суд, предупредив судью и секретаря о своей занятости в другом суде по рассмотрению ходатайства об избрании меры пресечения в отношении его подзащитного Г. и попросив провести судебное заседание в назначенное время. Однако судебное заседание не начиналось на протяжении более чем трех часов. Примерно в 17 ч. 30 мин. – 18 ч. 00 мин. ему позвонил судья Т. районного суда и сообщил, что все участники судебного заседания ожидают его с 14 ч. 00 мин. Адвокат объяснил сложившуюся ситуацию, затем предупредил судью Ч. и секретаря суда о том, что направляется в Т. районный суд, пообещав сразу же по окончании судебного заседания вернуться в Ч. районный суд города Москвы. Никто не высказал каких-либо возражений. По окончании судебного заседания в Т. районном суде города Москвы примерно в 19 ч. 00 мин. он связался со следователем, от которой узнал, что суд собирается рассмотреть ходатайство в его отсутствие. Затем она же сообщила, что суд продлил срок содержания обвиняемого Б. под стражей, а тот возражал против рассмотрения ходатайства следствия в его отсутствие.

28 октября 2021 г. Московский городской суд постановление Ч. районного суда отменил, а материал направил на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции. Суд указал, что постановление рассмотрено в отсутствие защитника, причем Б. возражал против рассмотрения ходатайства следователя без адвоката, с которым у него заключено соглашение. При этом суд апелляционной инстанции обратил внимание на неподтвержденность какими-либо документами внесенного в протокол судебного заседания сообщения председательствующего участникам процесса о том, что адвокат Ш. явился в суд, однако в 18 ч. 00 мин. самовольно покинул здание суда. Вместе с тем документы, подтверждающие уведомление адвоката, отсутствуют. Кроме того, апелляция отметила несогласованность указанного в постановлении судьи от 24 сентября 2021 г. о назначении судебного заседания времени начала заседания по отношению к установленному режиму работы суда.

Апелляция указала, что уход адвоката Ш в 18 ч. 00 мин., с учетом отсутствия извещения о дате, времени и месте проведения судебного заседания, в котором он мог участвовать в качестве защитника, не противоречит установленным Правилам пребывания посетителей в суде, утвержденным председателем Ч. районного суда г. Москвы, в связи с чем утверждения о нарушениях в поведении адвоката несостоятельны.

При таких обстоятельствах Квалифкомиссия не усмотрела в покидании адвокатом суда в целях участия в другом судебном заседании нарушений законодательства об адвокатуре, включая КПЭА, а Совет палаты поддержал ее выводы.

Судья принял просьбу назначить другого защитника в связи с занятостью в другом процессе за отказ от защиты без уважительных причин

В производстве судьи Н. районного суда г. Москвы Д. находилось уголовное дело в отношении Ш. и еще четверых подсудимых, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК. Защиту Ш. по назначению суда осуществляла адвокат К.

16 сентября 2021 г. очередное судебное заседание по рассмотрению уголовного дела было назначено на 13 ч. 00 мин. 5 октября. В указанный день адвокат К. явилась в судебное заседание в 12 ч. 40 мин. и узнала, что судья еще не завершил разбирательство предыдущего уголовного дела. Адвокат сообщила помощнику судьи о том, что в 16 ч. 00 мин. ей необходимо явиться в судебное заседание З. районного суда города Москвы, после чего помощник судьи порекомендовала адвокату самой уведомить об этом судью Д.

Судебное заседание было открыто в 12 ч. 50 мин., и адвокат К. уведомила судью и участников судебного разбирательства о необходимости ее явки в 16 ч. 00 мин. в другое заседание по другому уголовному делу, после чего государственный обвинитель приступил к изложению существа обвинения. В 15 ч. 10 мин. и в 15 ч. 25 мин. адвокат повторила просьбу учесть ее занятость в другом судебном заседании. В 16 ч. 10 мин., после завершения прокурором изложения существа обвинения, судьей была назначена дата следующего заседания и объявлено о завершении судебного заседания. Однако в это время защитник одного из подсудимых, опоздавшая на 45 мин., сообщила, что хочет сделать заявление. Содержание этого заявления было заранее известно К. и касалось выдачи копии протокола судебного заседания и его аудиозаписи. В связи с этим К., посчитав, что судебное заседание завершено, покинула зал и направилась в З. районный суд г. Москвы.

Однако судья вынес частное постановление, в котором указал, что адвокат К. без разрешения председательствующего покинула зал судебного заседания и убыла в З. районный суд г. Москвы, сославшись на занятость в другом процессе, что свидетельствует о неуважении к суду и другим участникам процесса.

Квалифкомиссия АП г. Москвы пришла к выводу о том, что у адвоката К. имелись разумные и законные основания полагать, что судебное заседание после оглашения председательствующим судьей решения об отложении судебного разбирательства завершено, и она имела право покинуть зал судебного заседания, чтобы срочно проследовать в З. районный суд г. Москвы для участия в судебном заседании по другому уголовному делу, которое было назначено на 16 час. 00 мин. В свою очередь, Совет палаты также признал причину покидания адвокатом К. зала судебного заседания для участия в другом судебном заседании уважительной, а презумпцию добросовестности адвоката К. – неопровергнутой.

Кроме того, 12 октября 2021 г. судья вынес еще одно частное постановление в связи с неявкой адвоката в судебное заседание. Так, адвокат К. 7 октября подала в суд заявление о замене ее на другого защитника посредством АИС АПМ в связи с занятостью в другом судебном заседании, что, по мнению суда, свидетельствовало об отказе с ее стороны в отсутствие уважительных причин и законных оснований от принятой на себя защиты Ш. в порядке ст. 51 УПК.

Квалифкомиссия установила, что 5 октября, по окончании судебного заседания, очередное заседание было назначено на 12 ч. 00 мин. 12 октября, но на 14 ч. 00 мин. этого же дня ранее было назначено другое судебное заседание участием адвоката К. в З. районном суде города Москвы. Адвокат К. передала заявление с просьбой о ее замене на другого защитника, приложив справку за подписью судьи З. районного суда, подтверждающую это обстоятельство. Совпадение дат судебных заседаний обязывало адвоката К. заблаговременно уведомить Н. районный суд г. Москвы о невозможности своей явки в судебное заседание по уважительной причине. Эта обязанность была ею исполнена 7 октября 2021 г., что подтверждается письменным заявлением, поданным адвокатом в суд, отметила Квалифкомиссия.

Уведомив заблаговременно Н. районный суд города Москвы о невозможности своей явки в судебное заседание, адвокат К. действовала в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 12 и п. 1 ст. 14 КПЭА. При этом подача заявления не означает отказ от защиты Ш., а представляет собой попытку предотвратить срыв судебного заседания 12 октября 2021 г. Квалификационная комиссия пришла к выводу о необходимости прекращения дисциплинарного производства, с чем согласился Совет АП г. Москвы.

Адвокаты прокомментировали обзор

Юрий Катейкин заметил, что в принятых итоговых заключениях Квалификационной комиссии и решениях Совета палаты прослеживается соблюдение принципов равноправия сторон, состязательности, добросовестности адвоката и открытости принимаемых решений. «В своих решениях они руководствуются принципами “относимости” и “допустимости” представленных доказательств, что относится как к инициаторам дисциплинарного производства, так и к адвокатам», – указал Юрий Катейкин. Кроме того, он обратил внимание на проведение органами адвокатского сообщества тщательного анализа объяснений адвоката и доказательств, которые представляют собой, как правило, документы.

Адвокат АП г. Москвы Ольга Морозова указала, что обзор содержит сведения только о прекращенных дисциплинарных производствах, и потому думается, что он больше адресован заявителям жалоб, чем адвокатам. По ее мнению, предметом рассмотрения каждого дисциплинарного дела является не столько факт неявки в суд, сколько добросовестное исполнение адвокатом обязанностей. «Из обзора в целом следует, что презумпция добросовестности адвоката – это не щит и не аналогия презумпции невиновности, поскольку адвокат должен предоставить доказательства своей добросовестности и обосновать уважительность причин, по которым он не явился в судебное заседание либо на следственное действие», – отметила адвокат.

В то же время Ольга Морозова задалась вопросом о необходимости возбуждать дисциплинарные производства, если заявитель не приложил к жалобе доказательства, из которых следует вывод о недобросовестном поведении адвоката. «Зачем мы теряем время и силы, проводим расследование для того, чтобы убедиться, что доказательств недобросовестности адвоката не имеется? Думается, что такой подход нужно пересмотреть», – считает адвокат.

Рассказать:
Яндекс.Метрика