×

Адвокаты с сожалением отметили, что Обзор ВС не содержит новых или значимых позиций по уголовным делам

В Обзор судебной практики № 2 за 2021 год вошли 12 правовых позиций, касающихся уголовного судопроизводства, пять из которых – разъяснения надзорной инстанции
По мнению одного из адвокатов, суд столь высокого уровня продолжает заниматься исправлением «школьных» ошибок нижестоящих инстанций, а правовые позиции, включенные в обзор, нельзя назвать ни сколько-нибудь новыми, ни отвечающими на принципиально значимые вопросы, которых в отечественном правоприменении хватает с избытком. Другой адвокат охарактеризовал обзор в части уголовного судопроизводства как «хорошо забытое старое» и выразил удивление, что туда не попали разъяснения, касающиеся разграничения в квалификации мошенничества, рассмотрения уголовных дел с участием присяжных, а также вопросы анализа судом доводов защиты, доказательств стороны защиты и показаний свидетелей защиты.

Как ранее писала «АГ», 30 июня Президиум Верховного Суда РФ утвердил Обзор судебной практики № 2 за 2021 г. Документ содержит 53 правовые позиции по уголовным, административным, гражданским и арбитражным делам и 13 разъяснений по вопросам, возникающим в судебной практике. В Обзор вошли 5 правовых позиций Президиума ВС, касающихся уголовного судопроизводства, и 7 – Судебной коллегии по уголовным делам.

Разъяснения Президиума ВС

Читайте также
Верховный Суд утвердил второй в 2021 г. обзор своей практики
В документ вошли 53 позиции по делам различных категорий, а также ответы на 13 вопросов судов
01 Июля 2021 Новости

Как отмечается в п. 1 Обзора, совершение особо тяжких преступлений лицом, имеющим одну непогашенную судимость за тяжкое преступление и приговоренным к реальному лишению свободы, образует опасный, а не особо опасный рецидив (Постановление от 20 января 2021 г. № 130-П20).

Президиум ВС указал, что в соответствии с п. «г» ч. 3 ст. 86 УК РФ в редакции, действовавшей на момент совершения преступления заявителем кассационной жалобы (в октябре 2010 г.), судимость погашается в отношении лиц, осужденных к лишению свободы за тяжкие преступления, − по истечении 6 лет после отбытия наказания. В силу ч. 6 ст. 86 УК погашение или снятие судимости аннулирует все связанные с ней правовые последствия, предусмотренные Кодексом. В соответствии с п. «б» ч. 2 ст. 18 УК действия осужденного образуют опасный рецидив преступлений, поэтому наличие данного вида рецидива преступлений обусловливает назначение отбывания лишения свободы в исправительной колонии строгого, а не особого режима (п. «в» ч. 1 ст. 58 УК), подчеркнула надзорная инстанция.

В п. 2 разъяснено, что при назначении наказания в виде исправительных работ суд должен установить размер удержания из заработка осужденного в доход государства (Постановление от 24 марта 2021 г. № 219-П20).

Президиум ВС отметил, что в соответствии со ст. 50 УК в редакции Федерального закона от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ, действовавшего в период совершения преступления, исправительные работы устанавливаются на срок от двух месяцев до двух лет и отбываются по месту работы осужденного. Из заработка осужденного производятся удержания в доход государства в определенном приговором размере (5–20%).

Надзорная инстанция, рассмотрев жалобу осужденного, заключила, что в нарушение требований УК суд не установил размер, подлежащий удержанию в доход государства из заработка осужденного, то есть наказание в виде исправительных работ фактически не назначено.

В п. 3 отмечается, что согласно ч. 1 ст. 56 УК лицу, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, не может быть назначено наказание в виде лишения свободы при отсутствии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 Кодекса, и если санкцией соответствующей статьи Особенной части УК помимо лишения свободы предусмотрены иные виды наказания (Постановление от 3 марта 2021 г. № 14-П214).

Президиум пояснил, что такое наказание может быть назначено только при наличии отягчающих обстоятельств (ст. 63 УК), за исключением преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 228, ч. 1 ст. 231, ст. 233 Кодекса, или только если соответствующей статьей Особенной части УК лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания.

Читайте также
Наказание без учета мнения потерпевшего
Верховный Суд еще раз указал, какие аргументы сторон могут влиять на приговор
22 Сентября 2017 Новости

В п. 4 Обзора указано, что мнение потерпевшего о назначении подсудимому строгого наказания не отнесено законодателем к обстоятельствам, отягчающим наказание, перечень которых установлен ст. 63 УК и расширительному толкованию не подлежит, в связи с чем ссылка на это мнение должна быть исключена из приговора (Постановление от 3 февраля 2021 г. № 132-П20).

Как отмечается в п. 5 Обзора, в случае устранения обстоятельств, указанных в ч. 5 ст. 247 УПК РФ, приговор, вынесенный заочно, по ходатайству осужденного или его защитника отменяется и уголовное дело передается на новое рассмотрение с учетом правил подсудности (Постановление от 3 марта 2021 г. № 223-П20).

В комментарии «АГ» адвокат АП Владимирской области Максим Никонов отметил, что изложенные в Обзоре позиции Президиума ВС нельзя назвать ни сколько-нибудь новыми, ни отвечающими на принципиально значимые вопросы, которых в отечественном правоприменении хватает с избытком.

Читайте также
Есть ли в России прецедентное право?
Эксперты прокомментировали результаты проведенного Институтом проблем правоприменения исследования, посвященного отсылкам к другим делам в текстах решений арбитражных судов
06 Июля 2021 Новости

«К сожалению, суд столь высокого уровня продолжает заниматься исправлением “школьных” ошибок нижестоящих судов вроде неправильного расчета рецидива, отнесения мнения потерпевшего к отягчающим обстоятельствам или игнорирования положений ч. 1 ст. 56 УК, блокирующих назначение наказания в виде лишения свободы по преступлениям небольшой тяжести в отсутствие отягчающих обстоятельств. Примечательно, что такие вопросы вообще попадают в обзор – документ, который по своему назначению, влиянию на правовую реальность и содержанию все-таки должен отличаться от учебника по уголовному праву», – подчеркнул он.

Разъяснения Коллегии по уголовным делам

Вопросы квалификации

В Обзор вошла единственная правовая позиция Коллегии по уголовным делам ВС, связанная с квалификацией преступления.

Так, в п. 38 Обзора указано, что уголовная ответственность за незаконное производство наркотических средств наступает в случае совершения лицом умышленных действий, направленных на серийное изготовление запрещенных веществ с использованием специального оборудования, прекурсоров, химических реактивов и приспособлений (Определение от 20 января 2021 г. № 58-УД20-15-А5).

В определении отмечается, что Т. был признан виновным в незаконном производстве наркотического вещества в особо крупном размере (ч. 5 ст. 228.1 УК). По мнению защиты, действия осужденного следовало квалифицировать по ч. 2 ст. 228, поскольку производство наркотических средств состоит в незаконных действиях, направленных на цикличное (непрерывное или систематическое) получение партий (серийное получение) готовых к потреблению наркотических средств, однако таких данных по делу не установлено.

Как указал ВС, фактические обстоятельства дела позволили суду прийти к выводу, что Т., обладая определенными познаниями в области химии, по месту своего жительства на переоборудованной под химическую лабораторию кухне с системой выведения загрязненного воздуха и с приспособлениями, позволяющими частично механизировать процесс и увеличить количество получаемого вещества, используя обнаруженные в значительном объеме химические реагенты и прекурсоры, наладил серийное производство наркотика. Юридическая оценка содеянного осужденным и квалификация его действий по ч. 5 ст. 228.1 УК, заключил Верховный Суд, являются правильными, поскольку ответственность за производство наркотического средства наступает независимо от наличия цели его последующего сбыта.

Назначение наказания

В п. 39 разъясняется, что согласно ст. 53 УК при назначении наказания в виде ограничения свободы суд устанавливает перечисленные в законе определенные ограничения и обязанности, которые осужденный должен выполнять в установленный приговором срок (Определение от 14 января 2021 г. № 92-УД20-2).

Верховный Суд указал, что согласно приговору заявитель кассационной жалобы, осужденный К., признан виновным по ч. 1 ст. 222 УК с назначением наказания в виде ограничения свободы на два года. Однако вопреки требованиям ст. 53 УК суд не возложил на осужденного какую-либо обязанность и не установил конкретных ограничений, указанных в данной статье Кодекса. Тем самым наказание по ч. 1 ст. 222 УК осужденному фактически не назначено. Указанное нарушение уголовного закона при назначении наказания является существенным, повлиявшим на исход дела, подчеркивается в определении.

В п. 40 ВС указал, что при назначении наказания на основании ст. 70 УК суд не вправе к вновь назначенному наказанию присоединить неотбытую часть наказания по предыдущему приговору в большем размере, чем присоединил суд первой инстанции (Определение от 17 ноября 2020 г. № 41-УД20-31-К4).

В определении разъясняется, что согласно ст. 70 УК при назначении наказания по совокупности приговоров к наказанию, назначенному по последнему приговору, частично или полностью присоединяется неотбытая часть наказания по предыдущему приговору. Согласно разъяснениям, изложенным в п. 55 Постановления Пленума ВС от 22 декабря 2015 г. № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», при решении вопроса о назначении наказания по совокупности приговоров следует выяснять, какая часть основного или дополнительного наказания реально не отбыта лицом по предыдущему приговору на момент постановления приговора, и указать это во вводной части приговора. В силу п. «в» ч. 1 ст. 71 УК при частичном или полном сложении наказаний по совокупности преступлений и совокупности приговоров одному дню лишения свободы соответствуют три дня исправительных работ.

Как следует из приговора, отметил ВС, суд первой инстанции к назначенному наказанию частично присоединил неотбытый срок по приговору от 3 ноября 2015 г. (4 месяца 12 дней исправительных работ) в виде месяца лишения свободы. Суд кассационной инстанции, смягчив осужденному наказание как за каждое преступление, так и по их совокупности, к вновь назначенному наказанию присоединил неотбытую часть наказания в размере 3 месяцев лишения свободы – то есть в большем размере, чем присоединил суд первой инстанции. Тем самым кассация нарушила указанные требования закона, что в соответствии со ст. 401.15 УПК является основанием для изменения кассационного определения и смягчения назначенного осужденному наказания.

Процессуальные вопросы

В Обзор вошли четыре правовые позиции по процессуальным вопросам.

Как указано в п. 41, рассмотрение судом кассационной инстанции уголовного дела в отсутствие потерпевшего и его представителя при заявлении ходатайств об участии в судебном заседании признано существенным нарушением уголовно-процессуального закона, повлекшим отмену кассационного определения (Определение от 16 марта 2021 г. № 48-УД21-7-К7).

ВС указал, что суд кассационной инстанции рассмотрел жалобу без участия потерпевшего и его представителя, несмотря на наличие подтвержденной информации о занятости защитника в другом процессе, его просьбы об отложении рассмотрения дела, а также сообщенную в связи с этими обстоятельствами позицию потерпевшего по делу, то есть нарушил права потерпевшего, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, которое искажает саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

В п. 42 отмечается, что адвокат не вправе занимать по уголовному делу позицию, противоречащую интересам подзащитного, за исключением случаев, когда он убежден в наличии самооговора (Определение от 6 октября 2020 г. № 127-УД20-9).

ВС указал, что в кассационной жалобе осужденный ставил вопрос об отмене приговора в части его осуждения по ч. 1 ст. 228 УК на основании примечания к указанной статье ввиду его добровольного сообщения о преступлении в явке с повинной, сделанной до возбуждения уголовного дела. Кроме того, осужденный утверждал, что судом при вынесении приговора не были учтены все смягчающие обстоятельства, и указывал на необоснованное неприменение при назначении наказания положений ст. 64 УК.

Между тем, заметил Суд, адвокат, осуществлявшая защиту осужденного в суде кассационной инстанции в порядке ст. 51 УПК, выступая в судебном заседании и указывая, что поддерживает доводы кассационной жалобы, в то же время высказалась о том, что подзащитный заключил досудебное соглашение, но при этом оспаривает квалификацию своих действий, с чем она не совсем согласна как юрист. Кроме того, в своей речи защитник не привела доводы осужденного, касающиеся необходимости отмены приговора в части осуждения по ч. 1 ст. 228 УК, а просила изменить приговор лишь в части назначенного наказания. Указанные обстоятельства, подчеркивается в определении, свидетельствуют о том, что позиция защитника противоречила позиции и интересам подзащитного, что является нарушением права осужденного на защиту.

По мнению Максима Никонова, данное разъяснение о том, что именно Верховный Суд расценивает как расхождение позиций адвоката и подзащитного, может представлять особый интерес для адвокатов.

В п. 43 Обзора ВС разъяснил, что с учетом положений п. 11 ч. 2 ст. 131 УПК расходы потерпевшего, связанные с выплатой вознаграждения представителю, оплачиваются из средств федерального бюджета. Суммы, выплаченные потерпевшему на покрытие этих расходов, являются процессуальными издержками и взыскиваются с осужденных или относятся на счет средств бюджета (Определение от 3 марта 2021 г. № 56-УД20-23-К9).

Как отмечается в определении, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что потерпевшей должны быть возмещены средства, затраченные на представителя. Между тем суд не учел, что расходы потерпевшего по оплате услуг представителя подлежат возмещению из средств федерального бюджета с последующим решением вопроса о взыскании этих процессуальных издержек с осужденной в доход государства. Взыскание процессуальных издержек с участников судебного разбирательства, а не из бюджетных средств противоречит требованиям закона, подчеркнул Верховный Суд.

Читайте также
ВС напомнил, что предъявлять обвинение без возбуждения уголовного дела недопустимо
Дело вернулось к прокурору из-за того, что следователь предъявил гражданину обвинение в отношении новых событий, по которым уголовное дело не возбуждалось
18 Января 2021 Новости

Как указано в п. 44 Обзора, суд кассационной инстанции возвратил уголовное дело прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК для устранения препятствий его рассмотрения судом, поскольку Кодекс не предполагает возможность осуждения лица за преступление, уголовное дело по которому не возбуждалось (Определение от 17 декабря 2020 г. № 89-УДП20-10).

ВС подчеркнул, что вынесение постановления о возбуждении уголовного дела в соответствии с требованиями ст. 140−146 УПК является обязательным, поскольку именно этот процессуальный документ порождает правовые основания и последствия для осуществления уголовного преследования конкретного лица и возникновение у того соответствующих прав, в том числе права на обжалование прокурору, в суд с целью предупреждения необоснованного ограничения прав и свобод личности.

«В разделе обзора, посвященном практике Судебной коллегии по уголовным делам ВС, излагаются более интересные ситуации, но их, к сожалению, также нельзя назвать принципиально новыми. Можно сказать, что здесь просто более жестко фиксируется практика, которая уже во многом сложилась и лишь в отдельных случаях вызывала некоторое замешательство правоприменителей. Это, например, касается взыскания расходов на оплату услуг представителя потерпевшего из бюджета и лишь после этого – как один из возможных вариантов – с осужденного», – считает Максим Никонов.

«Данный обзор в части уголовного судопроизводства я бы назвал “Новое – это хорошо забытое старое”», – считает управляющий партнер КА «Жуков и партнеры» Андрей Жуков. В целом, пояснил он, в Обзоре не приведено каких-либо революционных новинок в области квалификации, назначения наказания, оснований для изменения или отмены судебных решений в апелляционном и кассационном порядке и т.д. «Некоторый интерес у меня вызвали лишь п. 41 и 42, из которых следует, что рассмотрение дела судом кассационной инстанции без участия потерпевшего, заявившего о желании участвовать в судебном заседании, и занятие защитником позиции, противоречащей позиции доверителя, были признаны существенными нарушениями уголовно-процессуального законодательства и, более того, – явились основаниями для передачи дел на новое рассмотрение кассации», – отметил адвокат.

«На мой взгляд, несколько удивительно, что в Обзор не вошли, например, вопросы разграничения квалификации мошенничества и мошенничества, сопряженного с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, – при большом объеме дел данной категории следственная и судебная практика в этой части остается неурегулированной, а действия привлекаемых к уголовной ответственности лиц, при зачастую схожих обстоятельствах, квалифицируются очень вольно и по-разному», – заметил Андрей Жуков.

Адвокат добавил, что второй большой блок вопросов, который также не вошел в Обзор, – рассмотрение уголовных дел с участием коллегии присяжных. «Этот институт еще проходит становление, и множество насущных вопросов рассмотрения такой категории дел как раз регулируются именно судебной практикой», – отметил он.

Третье, что эксперту хотелось бы увидеть в Обзоре, – вопросы анализа судом доводов защиты, доказательств стороны защиты и показаний свидетелей защиты. «Суды очень часто в решениях пропускают сложноразрешимые доводы защиты, не давая им никакой оценки, а показания свидетелей защиты зачастую отвергаются с формулировками типа “свидетель состоит в дружеских (товарищеских, родственных) отношениях с подсудимым, поэтому заинтересован в исходе дела, и его показания не могут быть признаны достоверными”. Пока все указанные мною формулировки признавались вышестоящими судами достаточными для разрешения дел», – заключил Андрей Жуков.

Рассказать:
Яндекс.Метрика