9 декабря Пленум Верховного Суда принял постановление, которым внесены изменения в более чем два десятка действующих постановлений и признано утратившим силу Постановление Пленума от 27 июня 2013 г. № 21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней». Проект данного постановления был направлен на доработку 18 ноября, после чего в него были внесены некоторые редакционные поправки.
Документом из ряда постановлений Пленума исключены ссылки на Конвенцию о защите прав человека и основных свобод и практику Европейского Суда по правам человека. Такие упоминания заменены аналогичными по содержанию нормами, в основном положениями Международного пакта о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г., ратифицированного РФ. Данная корректировка связана с тем, что Россия вышла из Совета Европы и более не подпадает под юрисдикцию ЕСПЧ.
Пленум ВС изменил наименование Постановления Пленума ВС от 10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», а именно исключены слова «общей юрисдикции». В данном же постановлении, как и прежде, но теперь со ссылкой на Пакт в п. 12 закреплено, что при исчислении разумных сроков по уголовным делам судебное разбирательство охватывает как процедуру предварительного следствия, так и непосредственно процедуру судебного разбирательства. Сроки начинают исчисляться со времени, когда лицу предъявлено обвинение или это лицо задержано, заключено под стражу, применены иные меры процессуального принуждения, а заканчиваются в момент, когда приговор вступил в законную силу или уголовное дело либо уголовное преследование прекращено.
Постановлением внесены уточнения в Постановление Пленума ВС от 27 декабря 2007 г. № 52 «О сроках рассмотрения судами Российской Федерации уголовных, гражданских дел и дел об административных правонарушениях». Так, разъясняется: с учетом того, что в силу положений п. 3 ст. 9 Пакта каждый арестованный или задержанный имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение, а содержание под стражей лиц, ожидающих судебного разбирательства, не должно быть общим правилом, председателям судов следует уделять особое внимание вопросу усиления контроля за движением уголовных дел в отношении лиц, содержащихся под стражей, принимать организационные и другие меры по устранению причин, препятствующих своевременному рассмотрению таких дел, не допускать случаев незаконного содержания лиц под стражей.
Изменения также внесены в постановления Пленума от 18 ноября 1999 г. № 79 «О ходе выполнения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 1993 г. № 7 “О сроках рассмотрения уголовных и гражданских дел судами Российской Федерации”»; от 14 декабря 2000 г. № 35 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел, связанных с реализацией инвалидами прав, гарантированных Законом Российской Федерации “О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС”»; от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» и др.
Постановление Пленума ВС от 27 июня 2013 г. № 21, как уже указывалось, признано утратившим силу.
Как сообщала пресс-служба ВС РФ, предполагается, что внесенные изменения позволят сформировать единую судебную практику, основанную на действующих международных обязательствах РФ и положениях национального законодательства, а также повысят эффективность судопроизводства. Обновленные положения обеспечат преемственность правового регулирования и позволят российским судам применять нормы международного права в рамках действующей правовой системы. Данное постановление Пленума, как подчеркнул ВС, направлено на укрепление правовой определенности и защиту прав граждан в рамках отечественной судебной системы.
Ранее в комментарии «АГ» адвокат АК «Консильери» Александр Чарыков отмечал, что принятые Пленумом ВС изменения – это массовая замена ссылок на Европейскую конвенцию, а также упоминаний практики ЕСПЧ отсылками к Пакту и Всеобщей декларации прав человека. «К счастью, международное законодательство в своем содержании любит повторяться, поэтому, по моему мнению, никаких принципиальных изменений в содержании норм, подлежащих применению и учету в России (о праве на уважение чести и достоинства личности, на судопроизводство в разумный срок и т.д.), не произойдет. Верховный Суд РФ все также будет ориентировать нижестоящие суды, например, отказывать следствию в продлении меры пресечения в виде заключения под стражу в случае допущения грубой волокиты по делу, но только теперь со ссылкой на Пакт. Я думаю, адвокатам следует учитывать эти обстоятельства в своей работе и не стесняться приводить среди прочих доводов ссылки на международное законодательство, просто делать это с поправкой на текущую ситуацию», – указывал эксперт.
Член АП Красноярского края Наталья Балог ранее обращала внимание, что продолжение ступенчатого внесения изменений в постановления Пленума ВС в связи с исключением упоминания ЕСПЧ или Европейской конвенции и замена такого упоминания Пактом – явление уже привычное и довольно массовое. Эксперт поясняла, что по факту такие замены носят технический характер, несмотря на то что нормы Пакта и Конвенции не идентичны, но во многом аналогичны по своему существу и содержанию.
Руководитель Центра международного права Сергей Охотин подчеркивал, что ВС пытается разрешить в какой-то мере ситуацию правовой неопределенности, возникшей после принятия летом 2022 г. Федерального закона от 11 июня 2022 г. № 180-ФЗ, в соответствии с которым постановления ЕСПЧ, вступившие в силу после 15 марта 2022 г., не подлежат исполнению в РФ. Эксперт отмечал, что новое постановление Пленума фактически фиксирует окончательный переход российской судебной системы от европейского правозащитного стандарта к универсальному международному – основанному на Пакте: «Формально такой шаг объясняется прекращением участия России в ряде международных договоров. Однако на практике же речь идет о масштабном пересмотре всей прежней судебной доктрины на международно-правовом уровне, десятилетиями формировавшейся под влиянием практики ЕСПЧ».
Сергей Охотин заметил, что с технической точки зрения документ выдержан последовательно, однако при внимательном рассмотрении становится очевидно, что замена упоминаний Европейской конвенции статьями Пакта носит не симметричный, а усеченный характер, оставляя значительные пробелы в содержании правовых гарантий. Так, эксперт пояснил, что разработанная практика ЕСПЧ обеспечивала детализацию понятий «разумный срок», «справедливое разбирательство», «нечеловеческое обращение», «свобода выражения мнения», а также давала наглядное выражение так называемым тестам на нарушение тех или иных прав. По его словам, Пакт о гражданских и политических правах, являясь рамочным документом, формулирует эти права гораздо более абстрактно. Юрист полагает, что не способствует конкретизации и достаточно скудная практика Комитета по правам человека, особенно в части применения российского законодательства.
Эксперт посчитал, что ВС обходит вниманием как Общие комментарии и Соображения Комитета, так и практику Комитета по конкретным делам, хотя именно они раскрывают содержание прав Пакта и служат официальной интерпретацией договора. Он назвал такой подход недостаточным, поскольку Комитет по-прежнему уполномочен рассматривать индивидуальные сообщения граждан России и, судя по сообщениям от самого Комитета, сейчас переживает рост количества сообщений от заявителей из России, что вполне объяснимо. «В итоге российская правовая система оказывается в промежуточном состоянии: прежняя системность утрачена, новая не создана. Адвокаты и правозащитники вынуждены будут работать в условиях, когда международные стандарты действуют, но не отражены в основных судебных руководствах, которые повышают значение профессиональной независимости суда и качество юридической аргументации, делают роль адвоката в защите прав человека еще более существенной», – полагает Сергей Охотин.
Вице-президент ФПА РФ Нвер Гаспарян отмечал, что постановление Пленума ВС РФ, которым принято решение избавиться от следов Европейской конвенции и практики ЕСПЧ, выглядит последовательным и логичным с учетом произошедших правовых и геополитических изменений. По его мнению, в этом нет никаких угроз для прав граждан, поскольку в Пленуме ВС РФ Европейская конвенция заменена принятым ООН в 1966 г. Международным пактом о политических и гражданских правах, гарантирующим тот же объем прав. «Что касается упоминаний о необходимости соблюдения разумных сроков судопроизводства как одной из важнейших судебных ценностей современности, следует отметить, что гонка за ее реализацией не должна нарушать процессуальные права участников судопроизводства, и особенно тех, кто в силу своего статуса находится в слабом положении и для которых такая гонка нередко сопряжена с нарушением фундаментального права на защиту», – пояснял он.
