×
Киреев Павел
Член Совета АП Красноярского края

31 октября состоится заседание Президиума Красноярского краевого суда, который решит, можно ли допускать адвоката к доверителю во время проведения оперативного мероприятия (до возбуждения уголовного дела). Суды первой и апелляционной инстанций встали на сторону заявителей – красноярских адвокатов, объединившихся с целью восстановления нарушенного права, – и удовлетворили жалобу о нарушении права на получение юридической помощи и права адвоката на оказание такой помощи, а также о признании недопуска адвоката сотрудниками УФСБ незаконным.

Тем не менее прокуратура до сих пор не признает нарушения права на защиту. По представлению заместителя краевого прокурора судьей краевого суда было возбуждено кассационное производство.

Вышеуказанный эпизод – недопуск адвоката к доверителю – лишь одно звено в серии нарушений, допущенных сотрудниками регионального УФСБ, действия которых были обжалованы в судебном порядке. Подробнее остановлюсь на каждом из них.

Эпизод первый: недопуск адвоката на обыск (жалоба № 1)
Событие произошло под Новый год – 29 декабря 2016 г. В офис одной из коммерческих фирм (далее – фирма) г. Красноярска нагрянули оперативники УФСБ России по Красноярскому краю для производства ОРМ – «обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств».

Ко мне обратилась главный бухгалтер фирмы, полагая, что именно она является лицом, интересующим сотрудников (ранее ее допрашивали по другому делу, а сейчас осмотрели личные вещи, задавали вопросы, искали бухгалтерскую документацию).

В течение следующего часа я прибыл к офису, где фактически уже проходил обыск: оперативники открывали тумбочки, шкафы и двери. Поднявшись на крыльцо, долго стучал в дверь. Наконец мне открыли двое в масках. Незамедлительно я предъявил спецназовцам удостоверение и ордер как основание для защиты и пояснил, что моя подзащитная удерживается внутри помещения и что проходящий обыск незаконен. Не дослушав, оперативники попытались силой закрыть дверь, а когда я повторно потребовал допустить меня в помещение, получил сильный удар в грудь, в результате чего скатился вниз с обледеневшей лестницы.

Как было указано ранее, суд первой инстанции, после трех длительных судебных заседаний, удовлетворил все жалобы в полном объеме. Апелляционная инстанция согласилась с выводами суда первой инстанции. Теперь на очереди – кассационное производство.

Эпизод криминальный (заявление о совершении преступления)
По факту действий сотрудника УФСБ, который, пресекая мой доступ в помещение для оказания квалифицированной юридической помощи, столкнул меня с лестницы, я подал заявление о совершении преступления. По итогам его рассмотрения было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. В настоящий момент оно обжалуется.

Эпизод второй: обыск в офисе у адвоката П. (жалоба № 2)
Через 21 день после обыска в фирме сотрудники регионального УФСБ явились для производства ОРМ в офис П. – адвоката фирмы. Оперативники, не имея правовых оснований и пренебрегая процедурой, установленной законом, нарушили гарантии адвокатской деятельности: обыскали кабинет и изъяли один документ, в то время как санкция выдавалась только на проведение ОРМ, а не на обыск. Эти действия правоохранителей также были обжалованы в суд.

Рассматривая жалобу в порядке ст. 125 УПК РФ, суд не увидел в действиях сотрудников УФСБ нарушений закона.

Эпизод третий: обыск в фирме (жалоба № 3)
Адвокаты, работающие по делу, в том числе и я, также обжаловали производство обыска в фирме и просили признать его незаконным. Суд не согласился с нашими доводами и отказал в удовлетворении жалобы. Апелляционная инстанция оставила постановление в силе.

Позиция защиты в судах
Основанием для проведения ОРМ могут быть (в отсутствие возбужденного уголовного дела) сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

В постановлении же замначальника УФСБ по Красноярскому краю в качестве обоснования проведения ОРМ указаны: «уход от налогов в особо крупном размере», «фирмы-однодневки», «признаки взятки». ОРМ в этом случае есть не что иное, как попытка собрать информацию максимально неформальным путем.

Обследование помещений, зданий – оперативно-розыскное мероприятие, закрепленное в п. 8 ч. 1 ст. 6 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности». Оно не предусматривает поисковых мероприятий и допускает выемку только предметов, ограниченных в обороте или изъятых из него, которые были замечены в ходе обследования.

Между тем из постановления замначальника УФСБ по Красноярскому краю от 15 декабря 2016 г. следует, что сотрудники УФСБ не имели представления о том, что именно они будут искать. Изначально заявленная цель – найти и изъять документацию. Обследование зданий и помещений – неподходящий для этого способ.

Протокол ОРМ в материалах дела является суррогатом протокола обыска. В нем указано на предложение выдать документы и предметы, которые связаны с отношениями фирмы с «рядом коммерческих структур». Данное предложение характерно исключительно для обыска. И так же, как при обыске, гражданам, находившимся в помещении фирмы в момент ОРМ, запретили пользоваться мобильной связью и предложили оставаться на местах.

Указанные запреты относятся к нарушению конституционных прав, предусмотренных ч. 1 ст. 22 (право на свободу), ч. 1 ст. 27 (свобода передвижения) Конституции РФ.

Европейский Суд по правам человека, комментируя точно такое же ОРМ в отношении жилища гражданина, указал, что по способу осуществления и практическим последствиям данное обследование ничем не отличалось от обыска, и не имеет значения то, как оно квалифицируется согласно законодательству РФ (п. 39 Постановления ЕСПЧ от 18 сентября 2014 г. «Дело “Аванесян (Avanesyan) против РФˮ», жалоба № 41152/06). Таким образом, ЕСПЧ не принимает «уловок» правоприменителя, который маскирует самое строгое по ограничениям и гарантиям следственное действие проведением обследования помещений.

Приведенные аргументы однозначно доказывают, что сотрудниками УФСБ было проведено не ОРМ с целью выяснения обстановки в помещении и ее фиксации, а именно обыск. Причем обыск с существенным ограничением прав физических и юридических лиц.

Итого в сухом остатке
Из трех судебных разбирательств по обжалованию незаконных действий, прошедших в различных районных судах, мы смогли доказать свою правоту только в одном случае – в случае недопуска адвоката к подзащитному во время производства ОРМ. В постановлении суда, а именно в его резолютивной части, было указано следующее:

«Действия сотрудников УФСБ России по Красноярскому краю (…) выразившиеся в недопуске адвоката К. (…) к месту производства оперативно-розыскного мероприятия “Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средствˮ в помещении фирмы – признать незаконными».

Несомненно, факт недопуска адвоката к клиенту при производстве ОРМ является очевидным, вопиющим в своей незаконности. Однако у прокуратуры своя позиция на этот счет, которая будет озвучена 31 октября в суде кассационной инстанции.

Мы как профессиональное сообщество адвокатов делаем все возможное, чтобы отстоять права защитника при производстве уголовно-правовых процедур. Основополагающим здесь выступает вопрос не только о праве на защиту, но и о моменте возникновения этого права, что является чрезвычайно важным для всех нас.

Рассказать: