17 сентября Госдума отклонила проект поправок в ст. 281 УПК РФ об уточнении порядка оглашения ранее данных показаний потерпевшего или свидетеля в случае его неявки в судебное заседание (законопроект № 346518-8).
В Совете Федерации признали «пробел» в правовом регулировании
Как ранее писала «АГ», в конце декабря 2022 г. адвокаты МКА LAW&LIBERTY Игорь Исаев и Андрей Перов направили председателю Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству Андрею Клишасу обращение о системной проблеме неверного применения судами права стороны защиты на оглашение показаний свидетеля. Они указали, что в ходе рассмотрения уголовного дела их доверителя – бывшего вице-мэра Сочи Сергея Юрина по существу сторона защиты была поставлена в неравные со стороной обвинения условия и фактически лишена права на защиту, поскольку в судебном заседании были допрошены только те свидетели, чьи показания были выгодны и контролировались гособвинением.
Адвокаты поясняли, что сторона защиты, желая исследовать в судебном заседании показания остальных свидетелей, многократно заявляла ходатайства об оглашении показаний, данных ими в ходе предварительного расследования. В удовлетворении подавляющего большинства из указанных ходатайств судом было отказано со ссылкой на ч. 1 ст. 281 УПК и мотивировкой, что сторона обвинения возражает против оглашения показаний свидетелей обвинения. Игорь Исаев и Андрей Перов в своем обращении указали, что ч. 1 ст. 281 УПК по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, лишает сторону защиты возможности защищаться всеми не запрещенными законом способами, поскольку предоставляет возможность стороне обвинения блокировать исследование добытых на стадии предварительного расследования доказательств – показаний свидетелей. В обращении адвокаты, в частности, просили комитет выразить мнение относительно того, нуждается ли ч. 1 ст. 281 УПК в реформировании.
Рассмотрев обращение, экспертно-консультативный совет комитета подготовил заключение от 14 февраля 2023 г., в котором отмечалось, что ключевая проблема, представленная заявителями, действительно имеет место быть: сторона обвинения может злоупотребить своим правом на отказ в оглашении данных на стадии предварительного следствия показаний неявившихся свидетелей, ограничивая право подсудимого на защиту. «И хотя фактически действующим законодательством не предусмотрен механизм, который бы ограничивал длительность судебного расследования по уголовным делам, ни один суд не будет бесконечно откладывать судебные заседания с целью опросить всех свидетелей в зале суда. Это нарушит как интересы потерпевших/их родственников/государства, так и права подсудимого», – говорится в заключении.
Из документа следует, что технически в действующем законодательстве есть положения, которые могли бы частично разрешить данную проблему. Например, п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК, согласно которому суд вправе по ходатайству стороны или по собственной инициативе принять решение об оглашении ранее данных свидетелем или потерпевшим показаний в случае, когда в результате принятых судом мер по обеспечению явки установить место нахождения потерпевшего или свидетеля для вызова в судебное заседание не представилось возможным. Однако, как подчеркивалось в заключении, важным условием применения данной нормы является наличие у подсудимого возможности оспорить данные показания на более ранних этапах расследования. Если такой возможности у подсудимого не было, оглашение показаний согласно положениям ч. 2 ст. 281 невозможно.
Как указано в заключении, если все возможные для обеспечения явки участников судебного разбирательства меры были приняты, основания для оглашения показаний не явившихся в судебное заседание свидетелей, предусмотренные ч. 2 ст. 281 УПК, отсутствуют, а данные лица в судебное заседание не явились, то ничто не останавливает сторону обвинения в «блокировке» оглашения показаний свидетеля. В связи с этим экспертно-консультативный совет Комитета СФ по конституционному законодательству и государственному строительству предложил рассмотреть вопрос о законодательной инициативе по изменению ст. 281 УПК с целью восполнения данного «пробела».
Внесение проекта поправок в Думу
В апреле 2023 г. группа депутатов направила в Госдуму законопроект о внесении изменения в ст. 281 УПК, которое предусматривало бы требование о том, что отказ стороны обвинения от оглашения показаний потерпевшего или свидетеля, которые не явились в судебное заседание, должен быть надлежащим образом мотивирован. В ином случае суд по ходатайству стороны защиты принимает решение об оглашении ранее данных потерпевшим или свидетелем показаний и о воспроизведении видеозаписи или киносъемки следственных действий, производимых с их участием.
В пояснительной записке отмечалось, что на практике достаточно распространенной является следующая ситуация. Сторона обвинения отказывается от вызова в судебное заседание нескольких (возможно, и большинства) свидетелей обвинения. В то же время сторона защиты желает допросить указанных свидетелей, но в силу того, что не обладает равными процессуальными возможностями со стороной обвинения, не может обеспечить их добровольную явку в судебное заседание. Тогда сторона защиты вынуждена ходатайствовать об оглашении показаний указанных свидетелей, которые ранее были получены на стадии предварительного расследования и содержатся в соответствующих протоколах. При этом данные показания имеют решающее значение для правильного разрешения уголовного дела, поскольку содержат доказательства невиновности и (или) непричастности подсудимого к инкриминируемому преступлению.
«Очевидно, что для того, чтобы исследовать показания неявившихся свидетелей и придать им силу доказательства в суде, указанные показания должны быть оглашены непосредственно в судебном заседании. Однако сторона обвинения имеет право и фактическую возможность немотивированно возражать против оглашения протоколов допросов. В подобной ситуации суд “связан” нормой ч. 1 ст. 281 УПК РФ и при наличии возражений стороны обвинения обязан отказать стороне защиты в оглашении показаний. Таким образом, очевидное доказательство невиновности и (или) непричастности остается без исследования и не может быть положено судом в основу итогового решения по делу», – пояснили разработчики законопроекта.
Авторы поправок были убеждены, что внесение предлагаемых изменений в ст. 281 УПК создало бы дополнительные гарантии для вынесения законного, обоснованного и справедливого судебного решения по уголовному делу.
Доводы при отклонении законопроекта
Комитет Госдумы по государственному строительству и законодательству в заключении на законопроект указал, что, как неоднократно подчеркивал КС РФ (определения от 23 декабря 2014 г. № 2796-О; от 26 января 2017 г. № 16-О; от 23 ноября 2017 г. № 2778-О и др.), закрепленное в ч. 1 ст. 281 УПК правило служит созданию сторонам защиты и обвинения равных процессуальных возможностей по исследованию доказательств. При этом названная статья не предусматривает возможности расширительного толкования перечня случаев, когда допускается оглашение в суде показаний, ранее данных потерпевшими и свидетелями, отсутствующими в судебном заседании.
В заключении разъясняется, что УПК не предусматривает в связи с оглашением в судебном заседании ранее данных показаний потерпевших и свидетелей каких-либо изъятий из установленного уголовно-процессуальным законом порядка доказывания по уголовным делам, согласно которому, в частности, в основу обвинительного приговора могут быть положены лишь доказательства, не вызывающие сомнения с точки зрения их достоверности и соответствия закону. Поэтому оглашение судом показаний отсутствующего свидетеля без законных на то оснований, т.е. при возможности обеспечить его явку в суд, а также последующее использование таких показаний свидетельствуют об использовании недопустимых доказательств и о необходимости исключения ссылок на них из приговора или иного судебного решения по результатам последующей проверки его законности и обоснованности.
Кроме того, по мнению профильного комитета Госдумы, рассматриваемое предложение, обязывающее только сторону обвинения обосновывать свой отказ от дачи согласия на оглашение показаний не явившегося в судебное заседание потерпевшего или свидетеля и предусматривающее соответствующие последствия в случае отсутствия такого обоснования, не согласуется с конституционным принципом состязательности и равноправия сторон в уголовном судопроизводстве, поскольку не содержит аналогичную обязанность для стороны защиты.
Правительство РФ в отзыве на проект привело аналогичный довод о нарушении принципа состязательности и равноправии сторон. Также оно отметило, что если сторона ходатайствует о допросе в судебном заседании потерпевшего или свидетеля, показания которого, данные в ходе досудебного производства, имеют значение для уголовного дела, суд обязан использовать все имеющиеся возможности для обеспечения явки этого участника судопроизводства в судебное заседание в целях реализации условия непосредственности судебного разбирательства. В соответствии с уголовно-процессуальным законодательством оглашение в суде показаний, данных при производстве предварительного расследования, рассматривается как исключение из правила о непосредственности и допускается только в случаях, предусмотренных ст. 276 «Оглашение показаний подсудимого» и ст. 281 «Оглашение показаний потерпевшего и свидетеля» УПК.
В отзыве также подчеркивалось, что в предложенной проектом норме не раскрывается, какие именно требования уголовно-процессуального законодательства предъявляются к обоснованию отказа участника уголовного судопроизводства со стороны обвинения.
Рассмотрев законопроект в первом чтении, Госдума приняла решение о его отклонении.
Комментарии адвокатов – инициаторов поправок
В комментарии «АГ» Игорь Исаев отметил, что подготовленный законопроект заслуживал поддержки, поскольку им предлагалось устранить очевидный дисбаланс, закрепленный в действующей редакции ч. 1 ст. 281 УПК. На сегодняшний день для оглашения показаний неявившегося свидетеля нужно согласие обеих сторон. Как полагает адвокат, на практике это дает стороне обвинения возможность без объяснений возражать против оглашения. Суд при таком возражении «связан» законом и не вправе исследовать эти доказательства. Это и нарушает право на защиту, а также принцип состязательности, что создает риск для каждого, а не только для отдельных резонансных дел.
«Проиллюстрировать данную проблему можно на следующем примере: в материалах уголовного дела, где лицо обвиняется в совершении убийства, имеется протокол допроса свидетеля, который в своих показаниях подтверждает, что подсудимый в момент совершения инкриминируемого деяния находился в другом месте и не мог быть причастен к преступлению (алиби). В судебное заседание данный свидетель по каким-то причинам не является, в силу чего сторона защиты инициирует оглашение его показаний, желая исследовать единственное доказательство невиновности. Однако гособвинение, занимая по делу необъективную и небеспристрастную позицию, блокирует данную возможность. В результате анализируемого законодательного несовершенства суд не может исследовать важнейшее доказательство невиновности, что может привести к незаконному осуждению невиновного. Вместе с тем доказательство невиновности уже добыто на досудебной стадии и оформлено в соответствии со всеми требованиями УПК. Однако по смыслу ч. 1 ст. 281 УПК придать протоколу допроса силу доказательства можно только в одном случае – если на это согласна сторона оппонента», – рассказал адвокат.
Игорь Исаев поделился, что он с коллегой внимательно изучил все размещенные в карточке законопроекта заключения – включая отзыв Правительства РФ и заключение профильного Комитета Госдумы. «Эти документы во многом повторяют друг друга и строятся вокруг одного ключевого тезиса: предлагаемое изменение якобы нарушает принцип состязательности и равенства сторон. Отзывы свелись к формуле “нарушает равенство сторон”. Следователь и прокурор могут вызвать любого свидетеля и обеспечить привод, защита – нет. Возможность обязать обвинение мотивировать отказ от оглашения показаний не разрушает принцип состязательности, а как раз восстанавливает баланс», – прокомментировал адвокат.
По мнению Игоря Исаева, необходима новая редакция данного законопроекта, которая распространяла бы требование мотивированности на обе стороны: и на обвинение, и на защиту. То есть каждая сторона, возражая против оглашения показаний, обязана указывать конкретные доводы, а суд оценивает их обоснованность. Также, как полагает адвокат, необходимо включить примерные критерии для «обоснованного отказа»: «Мотивировка возражения может включать указание на обстоятельства, делающие оглашение невозможным или нарушающим права участников процесса, в том числе угрозу безопасности свидетеля, выявленные признаки недопустимости доказательства и иные существенные препятствия».
В свою очередь Андрей Перов заметил, что законопроект предлагал простое и разумное решение: обязать сторону обвинения мотивировать отказ. Если суд признает отказ необоснованным, показания можно огласить по ходатайству защиты. Такая поправка не давала бы защите «привилегий», а возвращала баланс процессуальных возможностей и обеспечивала реальное, а не формальное равенство сторон, убежден адвокат.
«Отклонение законопроекта мы оцениваем отрицательно. Госдума фактически проигнорировала позицию экспертно-консультативного совета Комитета Совета Федерации, который подтвердил наличие пробела и риск злоупотреблений. Отклонение законопроекта – это продолжение практики, когда право на защиту ограничивается формальными ссылками на “равенство сторон”. Мы вынуждены были пойти дальше и обжаловать конституционность действующей нормы в Конституционный Суд РФ, поскольку ч. 1 ст. 281 УПК в ее нынешней редакции лишает защиту возможности использовать уже добытые доказательства. На наш взгляд, это очевидное нарушение ст. 48 и 49 Конституции РФ. Мы убеждены, что подобные изменения по-прежнему необходимы. Они обеспечат соблюдение конституционного права на защиту и презумпции невиновности, исключат практику, когда немотивированное возражение обвинения блокирует исследование доказательств и ведет к судебным ошибкам», – поделился Андрей Перов.
По мнению адвоката, в отзывах на законопроект содержится формальный и неполный анализ. По его мнению, в заключениях игнорируется реальная практика, в них нет ответа на главный вопрос: что делать, если все меры по обеспечению явки свидетеля приняты, но он не приходит, а сторона обвинения возражает без объяснений? Также адвокат отметил, что авторы отзывов неверно понимают принцип равенства сторон, который означает равные возможности, а не только предоставление одинакового набора прав. Обвинение располагает ресурсами для вызова и принудительного привода свидетелей, в отличие от защиты. Требование мотивировать возражения как раз и выравнивает процессуальные возможности сторон, а не разрушает их, подчеркнул он.
«Считаю сам законопроект – в доработанной редакции – по-прежнему необходимым. Главное – сохранить суть. Суд должен иметь возможность огласить показания, если отказ стороны носит формальный характер. Поправка о мотивированном отказе – это не “преференция” защите, а способ реализовать конституционное право на защиту. Отказ от ее принятия сохраняет возможность злоупотреблений, которые мы, как практикующие адвокаты, видим каждый день», – пояснил Андрей Перов.
Мнения экспертов «АГ»
Комментируя отклоненный Госдумой законопроект, адвокат МКА «Князев и партнеры» Артем Чекотков отметил, что предлагаемые изменения были выдержаны явно в духе концепции «благоприятствования защите». Он подчеркнул, что описанная авторами законопроекта ситуация, при которой сторона защиты не может обеспечить явку свидетелей в судебное заседание, а сторона обвинения необоснованно блокирует оглашение показаний, не является редкостью в правоприменительной практике.
«Представляется, что корень проблемы лежит в неоднозначном решении вопроса относительно того, на кого возлагается обязанность обеспечения явки свидетеля или потерпевшего. С одной стороны, из системного толкования УПК явствует, что это полномочие суда. С другой же стороны, в судебной практике есть позиция, что это бремя лежит на гособвинителе. В таком случае, безусловно, процессуальные возможности стороны защиты и обвинения несоразмерны, на что и указывали инициаторы изменений. Вместе с тем не стоит забывать о двух важных моментах: во-первых, злоупотреблять своим правом на блокирование оглашения показаний может не только сторона обвинения, но и сторона защиты. Во-вторых, в реальности суды зачастую решают огласить показания при наличии возражений любой из сторон, причем вышестоящие инстанции не признают это существенным нарушением. Поэтому, как представляется, даже в случае принятия анализируемого законопроекта это никак не сказалось бы на реальном положении дел», – поделился мнением Артем Чекотков.
Адвокат АК LawGuard Ангелина Малахова считает, что предложенные изменения необходимы, но сам законопроект верно отклонен, поскольку нуждается в доработке. «Неясно, что означает “отказ стороны обвинения должен быть обоснован с точки зрения УПК РФ”. Вероятнее всего, если бы законопроект был принят в таком виде, то сторона обвинения стала бы обосновывать свой отказ ссылкой на ст. 252 УПК, указывая, что показания не относятся к существу дела. Такой отказ, к сожалению, суды могут считать обоснованным. Соответственно, это не разрешит недостаток правового регулирования данной нормы», – полагает адвокат.
С другой стороны, по мнению Ангелины Малаховой, правильнее вносить изменения в ч. 1 ст. 281 УПК в логике асимметрии доказательств и оставлять возможность оглашать показания потерпевшего и свидетелей только в том случае, если сторона защиты не возражает против этого. «Однако это будет на грани нарушения конституционного принципа равноправия. Оптимальный вариант, полагаю, возможен в том случае, если формулировка рассматриваемой нормы будет предоставлять стороне защиты возможность оглашения ранее данных показаний свидетелей или потерпевшего, против оглашения которых возражает сторона обвинения. Но при условии, что такие лица были указаны в обвинительном заключении в качестве доказательств стороны обвинения, однако сторона обвинения отказалась от их вызова», – подчеркнула она.
