×

ВС требует разрешать гражданские иски потерпевших в уголовном процессе, а не в гражданском

В проекте постановления Пленума Верховный Суд ориентирует нижестоящие инстанции на искоренение практики необоснованной передачи таких исков на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства
Один из адвокатов отметил, что ВС подтверждает разную процессуальную природу гражданского иска в уголовном судопроизводстве и искового заявления в гражданском процессе. Второй указал, что проект разрешает спорный вопрос о гражданской ответственности угонщика автомобиля. По мнению третьего адвоката, Суд необоснованно ставит возможность предъявления гражданского иска по делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть человека, в зависимость от наличия статуса потерпевшего. Четвертый заметил, что ВС предлагает широко трактовать вред, непосредственно причиненный преступлением, и не ограничивает его ущербом, влияющим на квалификацию деяния. Пятый адвокат считает, что Суду следовало затронуть вопрос о размере компенсации причиненного преступлением морального вреда.

30 июня Пленум Верховного Суда в режиме веб-конференции обсудил проект постановления «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу». По итогам заседания документ был направлен на доработку.

О наиболее значимых положениях проекта рассказала судья ВС РФ Светлана Шмотикова: «Основной посыл разъяснений проекта в целом состоит в том, чтобы суды во всех случаях, когда в силу закона имеются основания для разрешения заявленного потерпевшим иска по существу именно в уголовном деле, принимали к этому все возможные меры».

Право на предъявление гражданского иска

Адвокат АП г. Москвы Валерий Саркисов отметил, что в проекте постановления закреплены как уже выработанные практикой подходы к институту гражданского иска в уголовном судопроизводстве, так и целый ряд спорных с точки зрения теории права, но важных для правоприменения положений. «Так, Верховный Суд вводит новеллу, которая хоть и противоречит основным принципам гражданско-правового института возмещения вреда, но выглядит вполне оправданно с точки зрения процессуальной экономии: в п. 2 за государственными унитарными и муниципальными предприятиями и учреждениями закрепляется право на заявление гражданского иска при причинении преступлением вреда имуществу, находящемуся в их пользовании, владении и распоряжении, но не являющемуся их собственностью», – указал он.

В п. 3 отмечается, что по искам о возмещении имущественного вреда и компенсации морального вреда, причиненного несовершеннолетнему, заявленным в его интересах законным представителем или прокурором, взыскание производится в пользу самого несовершеннолетнего.

В п. 4 разработчики напоминают о том, что в качестве представителя юридического лица, признанного гражданским истцом по уголовному делу, допускаются как адвокаты, так и иные лица, правомочные в соответствии с Гражданским кодексом представлять интересы организации, в том числе и ее руководитель.

Подчеркивается, что по общему правилу в качестве гражданского ответчика привлекается обвиняемый (п. 5 проекта). Однако в случаях, когда закон возлагает обязанность возмещения вреда на лицо, не являющееся причинителем вреда, в качестве гражданского ответчика привлекается такое лицо (например, организация, если вред причинен ее работником при исполнении им трудовых обязанностей). «Особое внимание в этой связи заслуживает разъяснение о возможности привлечения в качестве гражданского ответчика финансового органа, выступающего от имени казны, при совершении должностных преступлений», – подчеркнул Валерий Саркисов.

Адвокат Нижегородской областной коллегии адвокатов Александр Немов обратил внимание на то, что проект постановления ориентирует суды на самостоятельное привлечение в качестве надлежащего ответчика лица, которое обязано в силу закона нести ответственность по возмещению вреда. «Ранее на практике было весьма распространенным явлением обратное: суд оставлял исковое заявление без рассмотрения, предлагая потерпевшим обратиться за возмещением вреда в порядке гражданского судопроизводства. Это явно положительный момент в данном проекте», – пояснил он.

Адвокат МКА «Князев и партнеры» Алексей Сердюк заметил, что Верховный Суд в п. 5 проекта отразил не связанные с законным представительством случаи, когда обвиняемый как лицо, непосредственно причинившее ущерб потерпевшему, не отождествляется с гражданским ответчиком, т.е. лицом, обязанным возместить указанный ущерб. «Если преступление было совершено работником организации при исполнении трудовых обязанностей – вред возмещается юридическим лицом, в транспортных преступлениях – владельцем транспортного средства, должностным лицом – уполномоченным финансовым органом государства. Данная позиция соотносится с регуляторным законодательством и в целом заслуживает поддержки», – указал эксперт.

Предмет иска: имущественный и моральный вред

К подлежащему возмещению имущественному вреду, в том числе при отсутствии обвинения по ст. 167, 168 УК, относится также вред, возникший в результате действий виновного, когда уничтожение или повреждение чужого имущества входило в способ совершения преступления, указано в п. 7 проекта.

При этом по уголовным делам об угоне (ст. 166 УК) имущественный вред, причиненный потерпевшему последующим хищением, уничтожением или повреждением угнанного автомобиля неустановленными лицами, подлежит возмещению лицом, совершившим угон, если в судебном заседании будет доказано, что это лицо своими преступными действиями создало условия для причинения такого имущественного вреда. «Спорным на практике был вопрос гражданской ответственности угонщика транспортного средства. Предлагаемым постановлением закрывается этот вопрос: лицо, угнавшее автомобиль, будет нести ответственность за последующую гибель этого автомобиля», – прокомментировал Александр Немов.

Если же имущественный вред причинен лицу, имущество которого застраховано, то при наличии у суда сведений о полученном страховом возмещении взысканию подлежит ущерб, превышающий размер страховой выплаты. По таким делам привлечения к участию в судебном разбирательстве представителя страховщика не требуется (п. 8 проекта). «Думаю, что это приведет к спорным ситуациям, так как зачастую страховые компании необоснованно занижают выплаты по возмещению вреда. Предлагаемый в проекте порядок может повлечь частичное освобождение страховых компаний от ответственности», – считает Александр Немов.

По мнению Алексея Сердюка, Верховный Суд предлагает широко трактовать вред, непосредственно причиненный преступлением, и не ограничивает его ущербом, влияющим на квалификацию деяния. «Например, в рамках гражданского иска может быть заявлен не только прямой действительный ущерб от хищения, но также вред, вызванный способом совершения преступления – уничтожением или повреждением чужого имущества (выбитое стекло в окне при краже со взломом). В то же время необходимо помнить, что цель удовлетворения гражданского иска – восстановление прав лица, которому был причинен вред в результате преступления, а значит, если лицо получило из иного источника возмещение, нельзя требовать повторного возмещения от гражданского ответчика в рамках уголовного судопроизводства. Как следует из п. 8 проекта, при наличии страхового возмещения, полностью покрывшего ущерб, причиненный преступлением, требовать с обвиняемого (гражданского ответчика) ничего не остается», – отметил адвокат.

Читайте также
Минюст предлагает изменить УПК во исполнение постановления КС о признании неконституционными норм ГК
Предполагается, что при прекращении уголовного дела частного обвинения из-за отсутствия состава преступления в связи с декриминализацией расходы потерпевшего на представителя будут возмещаться за счет федерального бюджета в разумных пределах
22 Июня 2020 Новости

Отмечается, что с учетом ч. 3 ст. 42 УПК расходы, понесенные потерпевшим в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая траты на представителя, не относятся к предмету гражданского иска. Вопрос об их возмещении разрешается на основании ст. 131 УПК РФ (п. 10 проекта).

Алексей Сердюк посчитал это разъяснение очевидным, но в то же время очень важным из-за наличия большого количества ошибок в правоприменительной практике. «Расходы на представителя являются процессуальными издержками и не могут быть включены в предмет гражданского иска. Однако мне известны решения, в которых требования о компенсации расходов на представителя, заявленные в рамках гражданского иска, были удовлетворены (например, приговор Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 19 ноября 2019 г. по делу № 1-404/2019). Думаю, что разъяснения ВС в этой части позволят в дальнейшем не допускать смешения установленных УПК РФ процедур защиты прав и законных интересов лиц, которым был причинен вред в результате преступления», – указал эксперт.

Управляющий партнер АБ «ЗКС» Денис Саушкин отметил, что в п. 11 проекта ВС отвечает на актуальный вопрос о возможности взыскания убытков в уголовном процессе сверх реального ущерба. Согласно данному разъяснению по смыслу ч. 1 ст. 44 УПК требования имущественного характера, связанные с преступлением, но вытекающие из правоотношений по последующему восстановлению нарушенных прав потерпевшего или направленные на возмещение ему упущенной выгоды, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства. В качестве примеров разработчики приводят споры о признании гражданско-правового договора недействительным и о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами.

В п. 12 разработчики напомнили, что средства, затраченные медицинской организацией на оказание медицинской помощи потерпевшему, возмещаются ей страховой медицинской организацией, а регрессный иск о возмещении этих расходов к причинителю вреда в соответствии со ст. 31 Закона об обязательном медицинском страховании предъявляется в порядке гражданского судопроизводства и в уголовном деле рассмотрению не подлежит. «Однако практике известны случаи, когда подобные требования удовлетворялись в рамках гражданского иска наряду с самостоятельными требованиями потерпевшего. Именно так поступил Ногинский городской суд Московской области в приговоре от 23 декабря 2019 г. по делу № 1-448/2019», – заметил Алексей Сердюк. Добавим, что данный пункт, как сказано в проекте, может не попасть в итоговую версию постановления.

Обращено внимание на то, что гражданский иск о компенсации морального вреда может быть предъявлен по уголовному делу, когда такой вред причинен потерпевшему преступным посягательством на его личные неимущественные права либо на принадлежащие ему нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом. Кроме того, гражданин вправе заявить такое требование, когда в результате преступления в отношении чужого имущества вред был причинен и личным неимущественным правам либо принадлежащим потерпевшему нематериальным благам (п. 13 проекта).

Читайте также
Взыскание компенсации морального вреда допустимо в пользу не только пострадавшего, но и его родных
Верховный Суд подтвердил правомерность взыскания компенсации морального вреда в 3 млн руб. в пользу девочки, ставшей инвалидом в результате наезда тепловоза, а также отдельной компенсации в пользу ее родственников
02 Августа 2019 Новости

При этом, если потерпевшими по делу о преступлении, последствием которого явилась смерть человека, признаны несколько лиц, то каждое из них вправе предъявить самостоятельный гражданский иск о возмещении морального вреда (п. 14 проекта). «Возможность предъявления гражданского иска по уголовным делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть человека, ставится судом в зависимость от наличия статуса потерпевшего, что противоречит определению гражданского истца, содержащемуся в ст. 44 УПК РФ, и неоправданно сужает круг гражданских истцов по данной категории дел», – убежден Валерий Саркисов.

Денис Саушкин полагает, что, как следует из позиции ВС, изложенной в проекте постановления, в совокупности с толкованием ст. 44 УПК, гражданский иск в уголовном процессе и гражданско-процессуальное исковое заявление обладают разной процессуальной природой, несмотря на деликтный характер требований потерпевших от преступления и возникновения требования из причинения вреда. «Иными словами, в рамках уголовного процесса к составлению и обоснованию гражданского иска не предъявляются и не могут быть предъявлены те же самые требования, что и к форме, содержанию, а также мотивировке искового заявления в гражданском процессе. Гражданский иск в уголовном процессе не должен содержать наименование суда, в который он подается, наименование ответчика, доказательства, подтверждающие изложенные истцом обстоятельства и тому подобное, поскольку все вышеперечисленные сведения невозможно требовать от потерпевшего», – пояснил адвокат.

Адвокат АП Республики Башкортостан Николай Герасимов подчеркнул, что, несмотря на ряд решений Верховного Суда по конкретным делам и практику ЕСПЧ, компенсации морального вреда в российских судах зачастую необоснованно малы: «Вполне реальна ситуация, когда потерпевшему по делу о причинении легкого вреда здоровью присуждается в качестве компенсации морального вреда 5-15 тыс. руб. До настоящего времени можно встретить в судебной практике случаи, когда родственникам погибшего присуждают компенсацию морального вреда в размере менее 500 тыс. руб.». При этом судебная практика по вопросу о размере такой компенсации в различных регионах весьма неоднозначная и по делам со сходными фактическими обстоятельствами суммы могут отличаться в несколько раз, добавил адвокат.

«В феврале 2019 г. министр юстиции предложил подумать над введением специальных тарифов для определения размера компенсации морального вреда. Однако процесс разработки и принятия таких тарифов долгий, сложный и требует учета огромного количества факторов. До их принятия, полагаю, этот вопрос хотя бы в части мог бы быть разрешен именно Пленумом Верховного Суда. По крайней мере, с учетом анализа сложившейся судебной практики в целях единообразного применения законодательства можно было бы установить минимальные размеры компенсации, подлежащие присуждению судом в зависимости от конкретного преступления, смягчающих и отягчающих обстоятельств, состояния и позиции потерпевшего и обвиняемого и иных подобных обстоятельств», – заключил Николай Герасимов.

Процессуальный порядок рассмотрения

Читайте также
Александр Коновалов: Минимальный размер морального вреда, возможно, стоит установить
Отвечая на вопросы сенаторов в ходе заседания Совета Федерации, министр юстиции РФ заявил, что существующая практика установления размера компенсаций морального вреда вызывает недоумение
14 Февраля 2019 Новости

Пункт 15 обязывает суды предложить гражданскому истцу внести необходимые уточнения в заявление о возмещении вреда в том случае, если недостатки документа не позволяют определить существо предъявленных требований, их фактические основания, объем и размер. При отсутствии в уголовном деле гражданского иска суд в ходе предварительного слушания либо в подготовительной части судебного заседания должен разъясняет потерпевшему право на обращение с иском независимо от того, разъяснялось ли такое право органами предварительного расследования.

«В проекте фактически закреплено положение, согласно которому любой потерпевший может стать гражданским истцом после предъявления им требования о возмещении причиненного вреда. Судам предлагается по всем делам при наличии потерпевшего разъяснять на предварительном слушании или подготовительной стадии право на предъявление гражданского иска», – заметил Валерий Саркисов.

По мнению Николая Герасимова, вопрос о том, каким образом реализовать право на заявление гражданского иска лицу, вред которому был причинен непосредственно преступлением, но которое в силу тех или иных причин не было признано гражданским истцом в ходе досудебного производства по делу и решило заявить свои требования уже на стадии судебного разбирательства, все-таки остается. «Как правило, в таких случаях суды отказывают в признании такого лица гражданским истцом, мотивируя это запретом на увеличение объема обвинения, вследствие чего ему приходится обращаться с иском в суд в общем порядке», – сказал он.

В п. 17 отмечается, что в случае вынесения обвинительного вердикта при производстве в суде с участием присяжных гражданский иск может быть предъявлен до момента окончания исследования обстоятельств, отнесенных согласно ч. 3 ст. 347 УПК к обсуждению последствий вердикта.

Согласно п. 19 проекта всем участникам судебного разбирательства, интересы которых затрагиваются гражданским иском, предоставляется возможность выразить свою позицию по требованиям гражданского истца и представить в случае необходимости относящиеся к иску дополнительные материалы. Суд также должен выслушать мнение государственного обвинителя по поводу иска. Именно на нем, как указано в следующем пункте, лежит бремя доказывания по гражданскому иску в части характера и размера причиненного преступлением имущественного вреда. Иной имущественный вред, причиненный непосредственно преступлением, но выходящий за рамки предъявленного подсудимому обвинения, доказывает гражданский истец. Ему же придется обосновывать размер компенсации морального вреда.

В п. 22 указано, что особенности рассмотрения уголовных дел в особом порядке (гл. 40 и 40.1 УПК) не исключают исследования в судебном заседании и обсуждения в прениях сторон вопросов, касающихся предъявленного по делу гражданского иска. «Суд при постановлении обвинительного приговора вправе принять решение об удовлетворении гражданского иска, если его требования вытекают из обвинения, с которым согласился обвиняемый, и не имеется препятствий для разрешения его судом по существу», – говорится в проекте постановления. Денис Саушкин и Александр Немов положительно оценили это разъяснение.

Разрешение гражданского иска в судебных актах

Согласно п. 23 проекта разъяснений ВС, разрешая вопросы о том, подлежит ли удовлетворению гражданский иск и, если подлежит, то в чью пользу и в каком размере, суд в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора указывает мотивы своего решения, расчеты присужденных сумм и примененные нормы закона. При этом признание гражданским ответчиком иска не является безусловным основанием для его удовлетворения. Наличие имущественного и морального вреда, причиненного преступлением, характер этого вреда и размер подлежащих удовлетворению требований суд устанавливает на основе совокупности всех исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, подчеркивается в документе.

Если имущественный вред причинен подсудимым совместно с другим лицом, в отношении которого дело выделено в отдельное производство либо которое освобождено от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям, суд возлагает обязанность по возмещению вреда в полном объеме на подсудимого. При вынесении в дальнейшем обвинительного приговора в отношении второго лица в рамках отдельного производства суд вправе возложить на него обязанность возместить вред солидарно с ранее осужденным (п. 24 проекта). В том же пункте отмечается, что имущественный вред, причиненный совместными действиями нескольких подсудимых, взыскивается с них солидарно, но по ходатайству потерпевшего и в его интересах суд вправе определить долевой порядок взыскания.

Александр Немов поддержал позицию, отраженную в п. 24: «Это коррелирует с принципом полного возмещения вреда потерпевшему. Полагаю, что действующее гражданское законодательство позволяет осужденным, выплатившим возмещение вреда потерпевшему, обратиться с регрессным иском о пропорциональном возмещении с лица, в отношении которого уголовное дело было прекращено по нереабилитирующим основаниям, либо которое было привлечено впоследствии к ответственности по выделенным материалам».

В п. 25 сказано, что противоправность и аморальность поведения потерпевшего, ставшая поводом для преступления, может быть учтена при определении размера компенсации морального вреда такого потерпевшего.

Авторы проекта разъяснений подчеркивают, что суд в рамках уголовного процесса должен «принять исчерпывающие меры» для разрешения гражданского иска по существу. Отмечается, что при постановлении обвинительного приговора необходимо стремиться к тому, чтобы не допустить необоснованной передачи вопроса о размере возмещения для рассмотрения в гражданском судопроизводстве (п. 26 проекта). Указано, что не является основанием передачи иска для рассмотрения в гражданском процессе необходимость производства дополнительных расчетов, если они связаны с уточнением размера имущественного вреда, который подлежит доказыванию по уголовному делу и влияет на квалификацию содеянного и объем обвинения, а также назначение подсудимому наказания и на решение других вопросов, возникающих при постановлении приговора, даже если такие расчеты требуют отложения судебного разбирательства.

Николай Герасимов п. 26 поддержал: «Суды необоснованно часто передают такие вопросы на рассмотрение в гражданском процессе, в результате чего лицу, заявившему гражданский иск, для получения исполнительного листа и принудительного взыскания необходимо проходить еще путь гражданского судопроизводства, который с учетом времени на судебное разбирательство, апелляционное обжалование, вступление решения суда в законную силу также занимает несколько месяцев. В итоге складывается ситуация, при которой гражданский истец получает подтвержденное судебным актом право на компенсацию причиненного вреда через огромный промежуток времени с момента причинения этого вреда».

По мнению Валерия Саркисова, проект имеет важное значение, так как нацелен на привлечение особого внимания судов к гражданскому иску при рассмотрении уголовных дел и на слом сложившейся судебной практики, согласно которой при наличии у суда в ходе рассмотрения уголовного дела малейших сомнений по поводу заявленных в иске требований участникам процесса предлагается разрешить спор в гражданском судопроизводстве. «Судам предлагается принимать исчерпывающие меры для рассмотрения заявленного по уголовному делу гражданского иска с использованием всех предусмотренных действующим законодательством возможностей», – заметил он.

Николай Герасимов отметил значимость п. 27, устанавливающего, что в случае передачи судом вопроса о размере возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства суд самостоятельно должен направлять копии необходимых документов, включая обвинительный приговор, исковое заявление, решения о признании гражданским истцом и ответчиком и иные документы в соответствующий суд по правилам подсудности, установленным в ГПК. «Тем самым с истца снята обязанность повторного сбора и формирования необходимого пакета документов. Полагаю, эти разъяснения направлены на создание дополнительных гарантий и своего рода “привилегий” в части компенсации вреда для лиц, пострадавших от преступления, что, безусловно, согласуется с назначением уголовного судопроизводства», – указал адвокат.

Согласно п. 28 при признании обоснованным гражданского иска по уголовному делу, по которому на имущество обвиняемого для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска был наложен арест, в резолютивной части обвинительного приговора следует указать не только на удовлетворение иска, но и на продление действия ареста на имущество осужденного или лиц, несущих по закону материальную ответственность за его действия, на срок, необходимый для исполнения решения суда в части гражданского иска.

В следующем пункте сказано, что при постановлении оправдательного приговора, а также при прекращении уголовного дела в связи с отсутствием события преступления или с непричастностью лица к совершению преступления суд отказывает в удовлетворении гражданского иска (ч. 2 ст. 306 УПК). При оправдательном приговоре и при прекращении уголовного дела по иным основаниям, в том числе нереабилитирующим, суд оставляет гражданский иск без рассмотрения, указав в решении, что за истцом сохраняется право на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства. Если же причиненный преступлением ущерб возмещен и других исковых требований не имеется, то производство по иску может быть прекращено.

Производство по вопросам гражданского иска в судах «проверочных инстанций»

В п. 30 отмечается, что апелляция вправе изменить приговор в части гражданского иска и увеличить размер возмещения материального ущерба, если это не влияет на квалификацию действий осужденного и объем обвинения, а также компенсации морального вреда исключительно по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего, частного обвинителя, гражданского истца и только в пределах изначально заявленной ко взысканию суммы.

Александр Немов посчитал необоснованным запрет на изменение размера компенсации при отсутствии указанных представлений и жалоб. «Это не сходится с правом суда апелляционной инстанции не ограничиваться доводами апелляционных жалоб (ч. 1 ст. 389.19 УПК). К примеру, размер компенсации морального вреда определяется с учетом требований разумности и справедливости», – пояснил свою позицию адвокат.

Если апелляционная инстанция установит нарушения, которые самостоятельно устранить не может, приговор в части гражданского иска подлежит отмене с передачей иска на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. При этом уголовное дело возвращается в суд, постановивший приговор, для выделения необходимых материалов по гражданскому иску и рассмотрения гражданского иска по существу, если иск подсуден данному суду, либо передачи этих материалов в соответствующий суд, которому данный гражданский иск подсуден (п. 31 проекта).

В соответствии с п. 32 документа при отмене приговора в апелляции с передачей дела на новое разбирательство в отношении лица, связанного с другими осужденными солидарной ответственностью, вся сумма возмещения имущественного вреда возлагается на осужденных, в отношении которых приговор оставлен без изменения. Если при новом рассмотрении дела будет вынесен обвинительный приговор, то на осужденного может быть возложена обязанность по возмещению имущественного вреда в солидарном порядке с лицами, ранее осужденными за данное преступление.

Поскольку решением по гражданскому иску не определяется и не изменяется уголовно-правовой статус лиц, в отношении которых оно принято, суд кассационной инстанции по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего, частного обвинителя ли гражданского истца вправе при наличии оснований принять решение об отмене приговора в части гражданского иска для увеличения размера возмещения материального ущерба и компенсации морального вреда с направлением его в этой части для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства и по истечении одного года со дня вступления его в законную силу (п. 33 проекта).

Пункт 34 ориентирует суды апелляционной и кассационной инстанций реагировать на каждый случай необоснованного отказа потерпевшему и гражданскому истцу в правосудии по гражданскому иску и при наличии оснований выносить частные определения (постановления) в адрес нижестоящих инстанций, в том числе при установлении факта необоснованной передачи вопроса о размере возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

«В проекте неоднократно указывается на то, что уголовный процесс должен носит максимально исчерпывающий характер и не допускать необоснованных оставлений исковых заявлений без рассмотрения и передач на рассмотрение в отдельных производствах в рамках гражданского судопроизводства. Меня удивило указание на обязанность судов при выявлении необходимости передачи дела на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства, самостоятельно направлять из материалов исковое заявление, выписки из протоколов заседаний, отзывы ответчиков, приговор и прочее в суд, которому подсуден данный спор в рамках гражданского судопроизводства. Ни разу не видел ранее на практике подобных действий суда», – отметил Александр Немов.

Адвокат также назвал положительным общий посыл о необходимости применения судами, рассматривающими гражданский иск в рамках уголовного дела, норм Гражданского кодекса, что, по его словам, «уголовные» суды делать не любят.

Рассказать: