19 апреля 2023 г. в Управлении Росреестра Челябинской области прошло совещание, организованное региональным Управлением по контролю и надзору в сфере СРО Росреестра с участием представителей ГУ юстиции Челябинской области, органов ЗАГС, представителей областной нотариальной палаты, а также адвокатов, нотариусов и арбитражных управляющих.
Доклад, с которым я выступила на совещании, был посвящен взаимодействию адвокатов с арбитражными управляющими, а именно – возможности ответа на запрос арбитражного управляющего, направленный адвокату и (или) в адвокатское образование согласно абз. 6 п. 1 ст. 20.3 Закона о банкротстве.
Для ответа на данный вопрос необходимо прежде всего рассмотреть нормативную базу. Так, согласно абз. 6 п. 1 ст. 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве вправе запрашивать необходимые сведения о должнике; лицах, входящих в состав его органов управления; контролирующих лицах и принадлежащем им имуществе (в том числе имущественных правах); контрагентах; об обязательствах должника перед физическими и юридическими лицами, госорганами, органами управления государственными внебюджетными фондами РФ и местного самоуправления, включая сведения, составляющие служебную, коммерческую и банковскую тайну.
Согласно п. 10 ст. 213.9 Закона о банкротстве сведения, составляющие личную, коммерческую, служебную, банковскую, иную охраняемую законом тайну, предоставляются финансовому управляющему в соответствии с требованиями, установленными федеральными законами.
В соответствии со ст. 1 Закона об адвокатуре адвокатской деятельностью является квалифицированная юридическая помощь, оказываемая на профессиональной основе лицами, получившими статус адвоката в порядке, установленном данным законом, физическим и юридическим лицам (далее – доверители) в целях защиты их прав, свобод и интересов, а также обеспечения доступа к правосудию. Адвокатом является лицо, получившее в установленном законом порядке статус адвоката и право осуществлять адвокатскую деятельность. Адвокат является независимым профессиональным советником по правовым вопросам (ст. 2 Закона об адвокатуре).
Согласно ст. 25 Закона об адвокатуре адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем, которое представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом, об оказании юридической помощи доверителю или назначенному им лицу.
Любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи доверителю, являются адвокатской тайной (п. 1 ст. 8 Закона об адвокатуре).
Как указано в п. 1–3 ст. 6 КПЭА, доверия к адвокату не может быть без уверенности в сохранении профессиональной тайны. Профессиональная тайна адвоката (адвокатская тайна) обеспечивает иммунитет доверителя, гарантированный последнему Конституцией РФ. Соблюдение профессиональной тайны является безусловным приоритетом деятельности адвоката; срок ее хранения не ограничен во времени. Адвокат не может быть освобожден от обязанности хранить профессиональную тайну никем, кроме доверителя. Согласие последнего на прекращение действия адвокатской тайны должно быть выражено в письменной форме в присутствии адвоката в условиях, исключающих воздействие на доверителя со стороны адвоката и третьих лиц.
Правила сохранения профессиональной тайны распространяются на (п. 5 ст. 6 КПЭА):
- факт обращения к адвокату, включая имена (названия) доверителей;
- все доказательства и документы, собранные адвокатом в ходе подготовки к делу;
- сведения, полученные адвокатом от доверителей;
- информацию о доверителе, ставшую известной адвокату в процессе оказания юридической помощи;
- содержание правовых советов, данных непосредственно доверителю или предназначенных ему;
- всё адвокатское производство по делу;
- условия соглашения об оказании юридической помощи, включая денежные расчеты между адвокатом и доверителем;
- любые другие сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи.
В силу п. 3 ст. 18 Закона об адвокатуре истребование от адвокатов, а также от работников адвокатских образований, адвокатских палат сведений, связанных с оказанием юридической помощи по конкретным делам, не допускается.
Исходя из правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Определении от 8 ноября 2005 г. № 439-О и Постановлении от 29 июня 2004 г. № 13-П, безусловным приоритетом перед кодифицированным законодательством обладают законы, устанавливающие дополнительные гарантии прав и законных интересов отдельных категорий лиц (включая адвокатов), обусловленные в том числе их особым правовым статусом.
Таким образом, адвокатская тайна является специальным видом профессиональной тайны, охраняемой федеральным законом.
Буквальное толкование приведенных норм Закона о банкротстве, в том числе в системной связи с нормами законодательства об адвокатской деятельности и правовыми позициями КС, позволяет сделать вывод, что адвокат, выступающий при осуществлении профессиональной деятельности как специальный субъект, наделенный публично-правовым статусом, не относится к какой-либо из перечисленных в ст. 20.3 Закона о банкротстве категорий лиц, у которых арбитражный управляющий вправе запрашивать сведения, составляющие адвокатскую тайну, а сама адвокатская тайна не относится к какому-либо из видов тайн, названных в той же норме Закона о банкротстве. При этом следует учесть, что и перечень лиц, которым может быть адресован запрос арбитражного управляющего, и перечень видов тайн, сведения о которых он может запрашивать, являются исчерпывающими. Указанная позиция выражена в Разъяснении Совета АП г. Москвы от 4 ноября 2020 г., а также в Разъяснении Совета АП Челябинской области от 27 апреля 2023 г.
При таких обстоятельствах полагаю, что арбитражные управляющие, назначенные арбитражными судами в рамках процедур, предусмотренных Законом о банкротстве, не вправе требовать у адвокатов, оказывавших и (или) оказывающих юридическую помощь должникам, предоставления сведений и документов, составляющих адвокатскую тайну, в том числе соглашений об оказании юридической помощи, поскольку, как было указано, профессиональную тайну составляют сам факт обращения к адвокату и, как следствие, содержание оказанной правовой помощи, а также условия соглашения о ее оказании, включая денежные расчеты.
Относительно непосредственного взаимодействия адвоката и арбитражного управляющего, а также порядка действий адвоката при получении запроса отмечу следующее. В каждом конкретном случае адвокат, получая запрос о предоставлении сведений о должнике от арбитражного управляющего, должен изучить его и дать мотивированный ответ на основе указанных норм права, а также с учетом положений Методических рекомендаций по ведению адвокатского производства, утвержденных Советом ФПА РФ 28 сентября 2016 г., которыми предписывается вести его отдельно от материалов и документов, принадлежащих доверителю, что подразумевает принадлежность адвокатского производства и его материалов непосредственно адвокату.
В частности, адвокату следует обсудить с доверителем указанный запрос, объем и состав раскрываемых сведений и получить его волеизъявление, не вызывающее разумных сомнений и выраженное письменно. При отсутствии письменного согласия на раскрытие запрошенных сведений, составляющих адвокатскую тайну, адвокат составляет и направляет арбитражному управляющему обоснованный и мотивированный ответ с объяснением причин отказа в предоставлении запрашиваемых сведений, составляющих адвокатскую тайну. При этом адвокат вправе предоставить арбитражному управляющему лишь такие запрошенные им сведения, которые не составляют адвокатскую тайну, не входят в материалы адвокатского производства, принадлежащие непосредственно адвокату: например, тексты или выписки из судебных актов, постановленных с участием адвоката и должника.
В ситуации, когда доверитель согласен на предоставление арбитражному управляющему сведений либо когда направляющий запрос адвокату конкурсный управляющий в соответствии с п. 1 ст. 129 Закона о банкротстве выполняет полномочия руководителя должника – доверителя адвоката, при подготовке ответа адвокат также должен придерживаться правил ведения адвокатского производства и – при наличии оснований – адвокатом должна быть надлежащим образом исполнена обязанность по возвращению документов доверителя и (по требованию) обязанность по предоставлению отчета о проделанной работе (п. 6 ст. 10 КПЭА). То есть документы, переданные доверителем адвокату в процессе оказания юридической помощи, подлежат предоставлению (либо передаче) конкурсному управляющему, в отличие от иных материалов адвокатского производства.
В заключение подчеркну, что полномочия арбитражного управляющего не должны использоваться для получения процессуального преимущества перед адвокатом как равноправной стороной судебного процесса, о чем было также напомнено участникам совещания. Такие ситуации в настоящее время нередки, и зачастую возникают при рассмотрении арбитражным судом обособленных споров, предметом которых являются соглашения об оказании юридической помощи. В связи с этим в случаях, когда из содержания запроса арбитражного управляющего явно следует намерение последнего инициировать обособленный (гражданско-правовой) спор с адвокатом в связи с оказанием им юридической помощи должнику, а не необходимость получения документов, принадлежащих должнику, и (или) сведений, не охраняемых адвокатской тайной и не составляющих адвокатское производство, их непредоставление арбитражному управляющему по такому запросу может расцениваться как самозащита адвокатом его профессиональных прав.
