×

Адвокат добивался переквалификации дела на необходимую оборону, но добился оправдания

Белгородский областной суд оставил в силе оправдательный приговор, вынесенный по результатам повторного рассмотрения районным судом с участием присяжных уголовного дела о причинении тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть
Фото: «Адвокатская газета»
По словам адвоката оправданного Алексея Уколова, председательствующий отказался поставить перед присяжными вопрос о том, доказано ли, что драка, в результате которой погиб потерпевший, произошла при тех обстоятельствах, о которых говорил подсудимый. По мнению защитника, из-за отсутствия этого вопроса и, как следствие, невозможности подтвердить соответствие изложенной подсудимым версии о необходимой обороне фактическим обстоятельствам дела присяжным ничего не оставалось, кроме как оправдать его.

29 января Белгородский областной суд подтвердил законность, обоснованность и справедливость оправдательного приговора Свердловского районного суда г. Белгорода, вынесенного на основании вердикта присяжных в отношении обвиняемого в причинении тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего (ч. 4 ст. 111 УК РФ). Это уже второй оправдательный приговор по этому делу, первый был отменен по процессуальным основаниям. 

Подсудимого защищал адвокат АП Белгородской области Алексей Уколов, который рассказал «АГ» об обстоятельствах дела и проблемах, с которыми пришлось столкнуться при его повторном рассмотрении. 

Позиция обвинения

По версии стороны обвинения, вечером 28 мая 2018 г. Владислав Уваров и Л. поругались «на почве употребления алкогольных напитков». Мужчины подрались, при этом Уваров несколько раз ударил Л. по голове, в результате чего тот умер. Следствие посчитало, что Владислав Уваров умышленно причинил тяжкий вред здоровью Л., повлекший по неосторожности смерть последнего.

По словам защитника, государственный обвинитель во вступительном слове и в прениях, объясняя присяжным картину произошедшего, сообщила, что подсудимый «забил» потерпевшего до смерти. При этом действия самого Л. старший помощник прокурора г. Белгорода никак не объясняла, хотя его смерть наступила из-за драки, в которой Владислав Уваров также пострадал. 

Сторона защиты говорила о других обстоятельствах дела

Подсудимый изложил иную версию произошедшего. По словам Владислава Уварова, он и четверо его знакомых отдыхали у реки, когда к ним присоединился «слегка выпивший» Л. Подсудимый говорил о том, что Л. негативно высказывался о нем, допускал обидные шутки, сам же Уваров пытался избежать конфликта. Потерпевший предложил побороться на руках, а затем посоревноваться в прыжках. В первом поединке Л. победил, во втором случае Владислав Уваров посчитал, что выиграл он. Это не понравилось потерпевшему, поэтому он, по словам подсудимого, бросился в драку. 

Как сообщил Алексей Уколов «АГ», позиция защиты основывалась на том, что Владислав Уваров лишь защищался от действий Л., который без особой причины развязал драку. Владислав Уваров говорил о том, что Л. ударил его по лицу, схватил за корпус и попытался бросить на землю. Однако вместо этого Л. сам упал на спину, из-за чего Уваров также непроизвольно упал на него всем весом и случайно попал локтем и предплечьем в голову Л. Потерпевший перевернул Уварова на спину, несколько раз ударил и стал давить на шею рукой. Подсудимый, пытаясь защититься, дважды ударил Л. в голову. Свидетель С. помог Владиславу Уварову освободиться. Но Л. схватил соперника за ноги и снова бросил на землю. В процессе борьбы Уваров оказался лежащим на животе, потерпевший несколько раз ударил его по спине. С. опять разнял дерущихся, а Л. еще раз попытался схватить подсудимого за ноги. Уваров отступил и толкнул нападавшего по ходу его движения, тот упал лицом вниз.

Алексей Уколов обратил внимание присяжных на результаты судебно-медицинской экспертизы в отношении его доверителя. В ходе исследования было установлено, что Владислав Уваров получил не менее 10 травм, в том числе от ударов, которые, по словам эксперта, могли быть причинены в то время, в которое произошла драка. При этом, подчеркнул защитник, три свидетеля подтвердили, что днем 28 мая 2018 г. телесных повреждений у Владислава Уварова еще не было. Обвинение не стало выяснять, когда и при каких обстоятельствах мужчина получил множественные ссадины и кровоподтеки. 

«Кроме того, учитывая, что один из очевидцев конфликта дважды пресекал его своими активными действиями (это было доказано), я ставил под сомнение утверждение прокурора о том, что смертельные телесные повреждения у потерпевшего образовались лишь от взаимодействия с обвиняемым», – прокомментировал «АГ» позицию защиты Алексей Уколов. 

Адвокат дважды убедил присяжных в невиновности доверителя

Присяжные посчитали слова адвоката убедительными и вынесли оправдательный вердикт, на основании которого 31 июля 2019 г. Свердловский районный суд г. Белгорода оправдал подсудимого. Однако в ходе апелляционного рассмотрения дела областной суд обнаружил допущенные нижестоящей инстанцией существенные нарушения уголовно-процессуального закона. Вторая инстанция указала, что районный суд отказал в оглашении показаний одного свидетеля и допустил неполное оглашение показаний второго. Кроме того, в своем вердикте присяжные не ответили на четыре вопроса из пяти, а по первому не указали ни результаты голосования, ни факт единодушного принятия решения, что недопустимо. Дело вернулось на повторное рассмотрение в первую инстанцию.

Во второй раз коллегия присяжных заседателей снова оправдала Владислава Уварова, в связи с чем 5 декабря 2019 г. Свердловский районный суд вынес второй оправдательный приговор. 

Обжалование приговора потерпевшей по делу

Гособвинение не стало обжаловать приговор, однако в Белгородский областной суд обратилась А., признанная потерпевшей по делу. Женщина ссылалась на то, что в избрании старшины участвовали запасные присяжные, которые удалялись в совещательную комнату вместе с коллегией присяжных. Однако, заметил суд, из протокола судебного заседания следует, что в совещательную комнату для выбора старшины удалялся состав коллегии из шести человек, а запасные присяжные остались в зале заседания.

Суд также не принял довод о незаконности одновременного допроса двух экспертов по их заключению, данному при проведении комиссионной судебно-медицинской экспертизы. Статья 282 УПК РФ не содержит запрет на одновременный допрос экспертов по их заключениям, данным в составе комиссии, подчеркнула апелляция. 

Потерпевшая настаивала, что первая инстанция нарушила требования ст. 335 УПК РФ и допустила доведение процедуры получения доказательств до присяжных. Областной суд не согласился с этим, подчеркнув, что председательствующий снял вопрос защитника свидетелю С. относительно его показаний, данных на следствии, и сделал замечание подсудимому, который указал на обстоятельства дачи им показаний на следствии. Во втором случае судья также обратил внимание присяжных на необходимость не учитывать этот факт при вынесении вердикта. 

«Защитник Уварова в своих выступлениях в соответствии с его процессуальным положением, анализируя исследованные в судебном заседании доказательства и давая им свою оценку, оспаривал их достоверность, выдвигал свои версии, убеждая присяжных в недоказанности вины подсудимого в совершении инкриминируемого ему деяния, равно как и сторона обвинения высказала свою позицию относительно доказанности его виновности, что не противоречит требованиям закона и не может быть отнесено к незаконному воздействию на присяжных заседателей», – подчеркнула апелляционная инстанция. При этом, вопреки доводам потерпевшей, защитник не ставил под сомнение допустимость представленных доказательств, добавил суд. 

По мнению апелляции, выступления подсудимого и его защитника не содержали негативных оценок, касающихся расследования дела, искажения исследованных доказательств, суждений и оценки обстоятельств, находящихся за пределами компетенции присяжных заседателей, а потому не могут рассматриваться как способные вызвать предубеждение у присяжных заседателей в отношении Уварова или Л. 

По мнению заявительницы, адвокат подсудимого сформировал у присяжных предубеждение, что к причинению повреждений потерпевшему могут быть причастны свидетели, присутствовавшие во время драки. Однако в протоколе судебного заседания данных, свидетельствующих о том, что адвокат касался вопросов возможной причастности к совершению преступления других лиц, не имеется, подчеркнул суд. 

Кроме того, как указано в апелляционном определении, доведение адвокатом до сведения присяжных заседателей содержания уголовного закона нельзя расценить как незаконное воздействие на них. 

Белгородский областной суд посчитал, что удаление председательствующего в совещательную комнату для изучения вердикта не ставит под сомнение достоверность ответов присяжных. Ознакомившись с подписанным вердиктом, председательствующий указал на его неясность, присяжные заседатели вновь удалились в совещательную комнату для устранения недостатков вердикта. 

Руководствуясь этим, 29 января 2020 г. апелляционная инстанция оставила в силе приговор Свердловского районного суда г. Белгорода от 5 декабря 2019 г.

Защитник рассказал о сложностях, которые пришлось преодолеть

Алексей Уколов отметил важность показаний свидетелей, которые сообщили, что именно потерпевший искал повод для драки и в итоге напал на Владислава Уварова, а подсудимый пытался уклониться от конфликта и лишь защищался от ударов. «Упирая на это, я и объяснял присяжным несостоятельность версии следствия. Гособвинитель ничего не сказала по поводу происхождения у обвиняемого телесных повреждений, тогда как он сам очень хорошо объяснял обстоятельства происхождения телесных повреждений и у него самого, и у потерпевшего, – рассказал адвокат. – Полагаю, что именно таким образом удалось разрушить позицию обвинения. Картина событий, созданная защитой на основе представленных доказательств, объясняла ситуацию, а картина, созданная обвинением, – нет».

Алексей Уколов также сообщил, что первое и повторное рассмотрение дела в районном суде существенно отличались. Так, обвиняемый с самого начала говорил о том, что в процессе борьбы они с потерпевшим упали, в результате чего Л. получил непроизвольный удар в область головы. При первом рассмотрении судебно-медицинские эксперты на допросе в суде подтвердили, что некоторые из телесных повреждений головы потерпевшего могли быть следствием падения. «И это несмотря на то, что в выводах своих заключений они падение не подтверждали, но в суде, отвечая на мои вопросы, все же признали его возможность», – заметил адвокат. Эти показания экспертов были зафиксированы в письменном протоколе судебного заседания и на аудиозаписи процесса. Однако при втором рассмотрении дела те же эксперты отрицали возможность получения Л. смертельных травм в результате падения.

«Моя попытка огласить ранее данные ими показания на основании ст. 281 УПК и дать прослушать присяжным аудиозапись из-за существенных противоречий не увенчалась успехом. Председательствующий отклонил соответствующее ходатайство, не усмотрев существенных противоречий, тогда как эти обстоятельства были крайне важны для защиты», – рассказал защитник. Однако, по словам Алексея Уколова, он понимал, что такое развитие событий возможно, и готовился к этому. 

«Изучив литературу по судебной медицине о черепно-мозговых травмах, я обнаружил, что эксперты исключали заявленное обвиняемым падение потерпевшего необоснованно. Подробный допрос экспертов по этому вопросу привел к тому, что они запутались и стали противоречить сами себе, что было очевидно для присяжных», – поделился защитник. В прениях осталось лишь процитировать экспертов так, чтобы наиболее ярко подчеркнуть серьезные противоречия в их ответах, показать присяжным несостоятельность экспертных выводов, добавил адвокат.

Еще одна проблема, с которой пришлось столкнуться, – поведение председательствующего. По словам Алексея Уколова, в первый раз судья действовал в рамках закона, одинаково относился как к стороне обвинения, так и к стороне защите. «Атмосферу в этом процессе я бы назвал спокойной и благожелательной», – сказал Алексей Уколов. 

Совсем иначе вел себя другой судья при повторном рассмотрении дела: «Он отклонил почти все ходатайства защиты, не позволил представить ряд доказательств, необоснованно запретил защите оглашать в некоторой части протокол осмотра места происшествия, а также экспертные заключения. Имели место и необоснованные прерывания речи защитника. Замечания, опять же, по большей части, в мой адрес, как я считаю, также необоснованные».

Самые серьезные нарушения, по его словам, произошли после прений, на стадии формирования вопросного листа. Алексей Уколов пояснил, что его речь в прениях была построена в расчете на то, что в вопросный лист попадет альтернативный вопрос о доказанности обстоятельств конфликта в той версии, о которой говорил подсудимый. Однако председательствующий отклонил соответствующее ходатайство и отказался внести данный вопрос в вопросный лист.

«Защита оказалась в очень опасной ситуации. Сам по себе факт причинения потерпевшему черепно-мозговой травмы в результате взаимодействия потерпевшего с подсудимым мы не отрицали. Спор был лишь об обстоятельствах причинения, и альтернативный вопрос, который подчеркнул бы разницу в этих обстоятельствах и позволил бы присяжным не ошибиться, выбрать наиболее доказанный вариант, вдруг не попал в вопросный лист. Возник риск, что присяжные не разберутся в деталях и положительно ответят на все поставленные перед ними основные вопросы о доказанности обвинения», – рассказал Алексей Уколов. Адвокат решил использовать единственную оставшуюся у него процессуальную возможность выступить.

«В возражениях на напутственное слово председательствующего я заявил, что судья поступил неправомерно, так как, разъяснив присяжным норму уголовного закона о необходимой обороне, не поставил перед ними альтернативный вопрос о доказанности фактических обстоятельств в версии защиты, и что тот самый вопрос, о котором защита так много говорила в прениях, незаконно не попал в вопросный лист. Председательствующий мои возражения отклонил и сообщил присяжным, что не стоит учитывать заявление защитника, но присяжные меня услышали», – сообщил Алексей Уколов.

Читайте также
Адвокатам рассказали об особенностях судопроизводства с участием присяжных в районном суде
С лекцией о тонкостях адвокатской деятельности в суде присяжных выступил советник ФПА, адвокат АП г. Москвы, доцент кафедры уголовно-процессуального права МГЮА Сергей Насонов.
23 Октября 2019 Новости

Защитник указал, что на одном из вебинаров ФПА РФ советник Федеральной палаты адвокатов, адвокат АП г. Москвы, доцент кафедры уголовно-процессуального права МГЮА Сергей Насонов отметил такое интересное явление в суде присяжных, как нуллификация закона (оправдание присяжными человека, который, исходя из доказательств, скорее всего, виновен – прим. ред.).

«И хотя в данном случае имело место не это, произошло нечто очень похожее. Полагаю, что присяжные посчитали обвинение недоказанным, но не увидели в вопросном листе альтернативного вопроса, положительный ответ на который был бы для них логичным и понятным. Видимо, они услышали мои возражения на напутственное слово председательствующего, не смогли осудить Уварова и вышли из этой ситуации просто: признали доказанным событие преступления, но ответили отрицательно на второй вопрос о причастности подсудимого к нему», – прокомментировал второй оправдательный вердикт Алексей Уколов. По его словам, на сегодняшний день нет никакой информации об обжаловании оправдательного приговора и апелляционного определения стороной обвинения. 

В завершение адвокат отметил, что при защите в суде присяжных полезно воспользоваться информацией, которой делится Сергей Насонов на вебинарах ФПА и своем сайте. «Рекомендую при любой возможности читать и слушать Сергея Насонова по теме суда присяжных. Он освещает конкретные практические вопросы, с которыми сталкивается защитник в нынешних реалиях, а также способы их решения», – заключил Алексей Уколов.

Рассказать:
Дискуссии
Дела, рассмотренные судом присяжных
Дела, рассмотренные судом присяжных
Уголовное право и процесс
30 Октября 2020