×

КС может разъяснить вопрос определения вины юридического лица

Заявитель жалобы оспаривает нормы КоАП, Закона о транспортной безопасности и Требований по обеспечению транспортной безопасности, которые, по его мнению, ущемляют конституционные права лица, привлекаемого к административной ответственности
Фото: «Адвокатская газета»
В судебном заседании все представители госорганов высказались о соответствии оспариваемых норм Конституции, но отметили возможность дачи Конституционным Судом разъяснений о вине юрлица.

13 февраля Конституционный Суд РФ рассмотрел дело о проверке конституционности ряда положений КоАП РФ, Требований по обеспечению транспортной безопасности (утв. Постановлением Правительства РФ от 14 сентября 2016 г. № 924), а также ст. 12.2 Закона о транспортной безопасности.

Повод для обращения в КС РФ

В марте 2018 г. в ходе внеплановой проверки АО «Пассажирский Порт Санкт-Петербург “Морской фасад”» контролирующий орган выявил множество нарушений требований транспортной безопасности. В частности, он обнаружил отсутствие в порту технических средств обеспечения безопасности, факт ведения досмотра неаттестованными лицами, а также нарушения в работе охранных телевизионных систем и пропускного режима.

В отношении общества было возбуждено дело об административном правонарушении по ч. 3 ст. 11.15.1 КоАП РФ (Нарушение требований в области транспортной безопасности). Впоследствии суд оштрафовал АО на 200 тыс. руб., исходя из того, что организация, будучи субъектом транспортной инфраструктуры, умышленно нарушила законные требования. Следовательно, правонарушитель не мог не осознавать характер своего бездействия, поскольку ранее общество уже привлекалось к административной ответственности за несоблюдение таких требований.

Позиция заявителя

В своей жалобе в Конституционный Суд «Пассажирский Порт Санкт-Петербург “Морской фасад”» указал, что оспариваемые нормы КоАП РФ носят неопределенный характер. В частности, установленные ст. 11.15.1 Кодекса формы вины не могут применяться к юридическому лицу, поскольку они рассчитаны исключительно для физических лиц. Соответственно, такое обстоятельство не позволяет решить вопрос о вине юрлица в совершении такого административного правонарушения. В свою очередь, п. 5 ч. 1 ст. 29.10 КоАП РФ (Постановление по делу об административном правонарушении) предоставляет суду возможность не ссылаться в своем решении на норму закона в обоснование правомерности доказательств по делу и тем самым ущемляет конституционные права привлекаемого к административной ответственности лица.

Заявитель также считает, что ст. 12.2 Закона о транспортной безопасности, а также отдельные положения Требований по обеспечению транспортной безопасности (подп. 36, 37, 39, 45 п. 5 и подп. 1, 2, 8 п. 7) не отвечают критериям определенности правового регулирования, а спорные положения вышеуказанных требований были приняты Правительством РФ с превышением полномочий, предоставленных федеральным законом.

В судебном заседании в Конституционном Суде представитель организации-заявителя адвокат АП г. Санкт-Петербурга Олег Шуклин поддержал доводы жалобы. В частности, он отметил, что юридические лица нельзя признать виновными в умышленном совершении административного правонарушения. По его мнению, ранее суд общей юрисдикции оставил без внимания системную взаимосвязь всех положений ст. 11.15.1 КоАП РФ о том, что само по себе совершение повторного правонарушения юрлицом не свидетельствует об умышленности таких деяний. Такой подход, пояснил адвокат, получил широкое распространение в российской правоприменительной практике по вышеуказанному аспекту.

После выступления Олега Шуклина судьи КС РФ Гадис Гаджиев, Сергей Маврин и Сергей Казанцев задали ему уточняющие вопросы по поводу формы вины юрлица. Адвокат, в частности, ответил, что закон не разграничивает как умышленную форму вины, так и по неосторожности для юрлиц, однако в оспариваемой статье приведены эти две противоречащие составляющие, которые влекут соответствующий конфликт норм права.

В свою очередь, судья Сергей Князев задал вопрос представителю заявителя по поводу наличия конституционного дефекта в ст. 29.10 КоАП РФ, которая, по его мнению, носит защитный и гарантийный характер. Олег Шуклин ответил, что указанная норма позволяет суду в мотивированном решении по делу не указывать нормы и статьи закона при оценке доказательств, поэтому она ущербна.

Представители госорганов высказались за конституционность оспариваемых норм

Полномочный представитель Госдумы Мария Беспалова со ссылкой на ряд правовых позиций КС РФ отметила, что виновность юрлица является следствием виновных действий его должностных лиц или работников. В случае коллизии норм права, регулирующих данные правоотношения, применяются положения закона, который был принят позднее, при этом приоритетом обладает специализированный закон. Форма объективной стороны совершенного юрлицом правонарушения устанавливается в виде умысла или неосторожности должностного лица или работника соответствующей организации.

Мария Беспалова добавила, что не допускается привлечение к административной ответственности по одной и той же норме как юрлица, так и его должностного лица, по вине которого было совершено правонарушение. Об умышленном совершении юридическим лицом административного правонарушения, по ее мнению, может свидетельствовать его предыдущее привлечение к такой ответственности. В силу отсутствия достаточной регламентации в Кодексе в целях разграничения ответственности за допущенные юрлицом повторные правонарушения, противоречивой правоприменительной практики полномочный представитель Госдумы отметила необходимость разъяснений Конституционного Суда по указанному вопросу. При этом она заключила, что оспариваемые заявителем нормы закона соответствуют Конституции.

Полномочный представитель Совета Федерации, первый заместитель председателя Комитета СФ по конституционному законодательству и государственному строительству Владимир Полетаев отметил, что Закон о транспортной безопасности устанавливает требования безопасности к различным объектам инфраструктуры. Такой закон вводит общие регулятивные нормы, которые в своей совокупности представляют собой системное регулирование в указанной сфере, а КоАП РФ не предусматривает самостоятельное правовое регулирование общественных отношений.

Владимир Полетаев пояснил, что понятие вины юридического лица вышеуказанный Кодекс не содержит и не требует установления ее форм. Со ссылкой на судебную практику он отметил, что сама по себе форма вины не применима к юрлицу, так как указанные субъекты права лишены психики. Таким образом, понятие вины юридического лица сводится к несоблюдению законных требований и непринятию им исчерпывающих мер по их соблюдению. Следовательно, в ряде случаев от контролирующих органов требуется установить, имелась ли у организации возможность соблюдать требования закона и предприняла ли последняя меры по их выполнению.

По его мнению, определение вины юрлица не является обязательным компонентом для привлечения его к административной ответственности. В связи с этим полномочный представитель Совфеда высказался за соответствие спорных норм Конституции РФ, но не исключил возможность дачи КС соответствующих разъяснений по поводу механизма ответственности юрлица, когда санкции Особенной части КоАП являются дифференцированными в зависимости от формы вины.

В своем выступлении полномочный представитель Президента РФ Александр Коновалов отметил, что ключевой довод жалобы заявителя касается выяснения вопроса о том, что ст. 2.2 КоАП РФ не подлежит применению в отношении юридических лиц. Он пояснил, что юрлица, по сути, создаются для изъявления воли их учредителей и участников, тем не менее такие лица отвечают не за чужую вину, а за свою собственную, так как вина организации заключается в действиях или бездействии лиц, действующих от ее имени (например, должностных лиц). Таким образом, Александр Коновалов высказался за конституционность оспариваемых норм, но отметил, что их корректировка может быть произведена путем конституционно-правового толкования.

Полпред Генпрокуратуры РФ Татьяна Васильева отметила, что российское правительство не вышло за пределы полномочий при разработке соответствующих требований по обеспечению транспортной безопасности. Она также пояснила, что вина юрлица в совершении административного правонарушения может выражаться различными способами: в полном игнорировании требований закона, уклонении от соблюдения правовых предписаний, несоблюдении необходимых мер. При этом учет степени вины юридического лица в правоприменительной практике не лишен смысла.

Татьяна Васильева добавила, что виновность юридического лица является следствием виновности его должностных лиц или работников. При этом за совершение одного и того же правонарушения для юрлица предусматриваются более высокие санкции, чем для физических лиц. Основной вопрос жалобы, по ее мнению, касается квалификации деяния юрлица в качестве административного правонарушения, когда в Особенной части КоАП РФ выделяются формы вины, которые, в свою очередь, влияют на размер наказания и срок давности привлечения к административной ответственности. Полномочный представитель Генпрокуратуры также привела анализ правоприменительной и судебной практики о привлечении юрлиц к административной ответственности. В связи с этим Татьяна Васильева отказалась считать неконституционными оспариваемые нормы права и отметила, что заявитель был обоснованно привлечен к административной ответственности. Тем не менее она полагает, что КС РФ может выступить с инициативой внести соответствующие изменения в нормы КоАП РФ.

В свою очередь, полномочный представитель министра юстиции РФ Мария Мельникова также поддержала доводы в защиту оспариваемых норм. Она также сообщила, что полученные в результате указанного заседания Суда разъяснения будут учтены при подготовке нового КоАП.

Рассказать: