×

С общества взыскали более 5 млн руб. по незарегистрированному третейскому соглашению

ВС не удовлетворил жалобу компании, которая, будучи правопреемником, настаивала на незнании о соглашении из-за отсутствия его госрегистрации
Адвокат Юрий Меженков, представлявший интересы одного из участников спора, отметил, что после вынесения определения Верховным Судом третейские и государственные суды, а также участники судебных процессов не смогут ссылаться на пороки соглашений в виде отсутствия госрегистрации, если своими действиями стороны спора будут принимать изложенные в них условия. Эксперты «АГ» добавили, что определение ВС не отвечает на главный вопрос о том, является ли действительным незарегистрированное третейское соглашение, – дело было разрешено Судом путем применения принципа эстоппеля.

21 сентября Верховный Суд в своем определении согласился с нижестоящими судами, которые отказались отменить решение третейского суда вопреки доводам истца о том, что он не мог рассматривать спор, так как соглашение им не заключалось.  

В 2009 г. два общества заключили договор аренды, а в 2010-м – дополнительное соглашение к нему, которым были установлены обязательство арендодателя возместить стоимость произведенных неотделимых улучшений, третейская оговорка и отказ сторон от госрегистрации этого соглашения. Позже права и обязанности арендатора были частично переданы ИП Андрею Макееву. А право собственности на здание, в котором находились арендуемые предпринимателем помещения, перешло к ООО «Элит Девелопмент». 

В 2014 г. Андрей Макеев обратился с иском в третейский суд при ТПП Московской области, который принял решение о взыскании с «Элит Девелопмент» в пользу Макеева более 5 млн руб. на основании допсоглашения к договору аренды. Эта сумма включала возмещение за произведенные неотделимые улучшения арендованного имущества, неустойку за несвоевременную уплату долга и третейский сбор.

Общество обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением об отмене этого решения. В отдельном иске оно просило признать недействительным допсоглашение к договору аренды. В свою очередь Макеев подал заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда. 

Арбитражный суд отменил решение третейского суда и отказал в выдаче исполнительного листа. При этом он отказал и в признании допсоглашения недействительным. Это решение было оставлено без изменения судом апелляционной инстанции. Однако кассация направила дело на новое рассмотрение. 

О рассмотрении дела «АГ» рассказал председатель Коллегии адвокатов системы биоэкологической безопасности и здравоохранения РФ Юрий Меженков, представлявший интересы Андрея Макеева. По его словам, общество исходило из того, что если соглашение, которое в силу закона должно быть зарегистрировано, не прошло процедуру государственной регистрации, то оно и, следовательно, третейская оговорка являются незаключенными.

«Элит Девелопмент» указывало и на то, что незарегистрированные соглашения не могут быть противопоставлены третьим лицам, к которым общество относило себя и предпринимателя Макеева. Также общество ссылалось на то, что третейское соглашение распространяется только на лиц, его заключивших, и поскольку оно не считало себя правопреемником по незарегистрированному соглашению, полагало, что третейское соглашение на него не распространялось. Выстраивая данную логическую цепочку, «Элит Девелопмент» пыталось доказать отсутствие компетенции у третейского суда на рассмотрение настоящего спора. Кроме того, общество настаивало на том, что не было надлежащим образом извещено о времени, месте и процедуре третейского разбирательства.

Защита интересов Андрея Макеева, как рассказал Юрий Меженков, строилась на трех основных тезисах. Во-первых, «Элит Девелопмент», подписывая соглашение о смене сторон к договору аренды, приняло на себя все права и обязанности правопредшественника, в том числе установленные допсоглашением, то есть и третейскую оговорку.

Во-вторых, правопредшественники исходили из принципа свободы договора и определили, что соглашение, содержащее третейскую оговорку, не нуждается в госрегистрации. А поскольку третейское соглашение носит автономный характер и заключается в простой письменной форме, то оно распространяется как на лиц, его заключивших, так и на правопреемников, вне зависимости от того, будет ли признано допсоглашение незаключенным или недействительным на том основании, что оно не прошло процедуру регистрации.

Третий тезис базировался на доказательствах недобросовестного поведения «Элит Девелопмент». «Нам удалось доказать, что общество было уведомлено о времени, месте и процедуре третейского разбирательства и своими действиями, такими как отсутствие возражений по существу спора, ходатайство об отложении, ознакомление с материалами дела и т.д., по сути, подтвердило факт надлежащего уведомления и принятие третейского соглашения», – пояснил Юрий Меженков. 

Приняв во внимание указанные доводы, Арбитражный суд г. Москвы отказал обществу в отмене решения третейского суда и выдал Макееву исполнительный лист. Арбитражный суд Московского округа оставил это решение без изменения. Суды исходили из того, что «Элит Девелопмент» знало о начале третейского разбирательства, на что указывали совершенные им в рамках этой процедуры действия. Однако тогда общество не заявило об отсутствии у третейского суда компетенции рассматривать спор. 

«Элит Девелопмент» не согласилось с выводами судов и обратилось с кассационной жалобой в ВС РФ. В жалобе указывалось на то, что договор аренды и допсоглашение к нему, содержащее третейскую оговорку, должны быть зарегистрированы. Отсутствие госрегистрации соглашения, по мнению общества, означает отсутствие публичности в спорных правоотношениях и влечет за собой незнание правопреемника о таком соглашении, а следовательно, о согласовании третейской формы разрешения спора. 

Рассмотрев жалобу, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ в Определении № 305-ЭС18-6787 указала, что обществу на стадии третейского разбирательства было известно о предъявлении допсоглашения третейскому суду. Отсутствие заявления о том, что суд не обладал компетенцией, и дальнейшее бездействие общества в процедуре являются недобросовестным процессуальным поведением и влекут утрату права на возражение в государственном суде. Придя к таким выводам, ВС РФ оставил решения нижестоящих судов без изменения, а жалобу общества – без удовлетворения. 

Юрий Меженков отметил, что определение Суда основывается на двух основополагающих принципах гражданского права: свободе договора, автономии воли участников предпринимательской деятельности и обязательном добросовестном поведении сторон. «Данным актом ВС РФ указывает нижестоящим судам, что при рассмотрении дел по существу не стоит обходить своим вниманием такие понятия, как свобода договора, автономия воли, добросовестность поведения, диспозитивные начала гражданских и процессуальных отношений, а следует активно их использовать при вынесении решений», – считает он.

По мнению адвоката, определение может оказать некоторое влияние на правоприменительную практику: «Третейские и государственные суды, а также участники судебных процессов не смогут ссылаться на пороки соглашений в виде отсутствия госрегистрации, если своими действиями стороны спора будут принимать изложенные в них условия. Этим же определением Суд установил, что недобросовестное поведение лишает строну права на защиту в государственном суде».

Он добавил, что, как указал ВС РФ, третейские суды не связаны какими-либо ограничениями при вынесении решений, кроме заключенного третейского соглашения. Причем не имеет значения, кем оно заключено, важно лишь поведение сторон, принимают они третейскую подсудность или отвергают по существу до начала спора. «Следовательно, и государственные суды будут вынуждены более внимательно относиться к поведению сторон участников третейского разбирательства при обжаловании третейских решений на предмет их законности», – заключил Юрий Меженков.

Комментируя определение Верховного Суда, старший юрист международной юридической фирмы Norton Rose Fulbright Андрей Панов назвал его интересным, поскольку, в отличие от ряда судебных актов коллегии последнего времени, оно основано на проарбитражном подходе. «При этом коллегия уклонилась от ответа на главный вопрос: является ли действительным незарегистрированное третейское соглашение? Дело было разрешено на другом основании: коллегия посчитала, что лицо, которое было уведомлено о третейском разбирательстве, но не заявило возражения об отсутствии у третейского суда компетенции, не может в последующем ссылаться на это, оспаривая не устроившее его решение. Этот принцип действует, даже когда сторона не участвовала в процессе в третейском суде. Такая позиция является правильной с точки зрения законодательства. Более того, этот подход уже использовался арбитражными судами», – рассказал Андрей Панов. 

Старший юрист корпоративной и арбитражной практики АБ «Качкин и Партнеры» Александра Улезко согласилась с коллегой, отметив, что определение не дает ответов на большую часть вопросов, затронутых в деле. «К сожалению, это общая тенденция для судебных актов ВС РФ, который не формулирует правовые позиции, а разрешает конкретные дела, и впоследствии такие акты трудно использовать в ходе рассмотрения аналогичных споров», – пояснила она. 

Как указала Александра Улезко, высшая судебная инстанция сослалась на то, что сторона утратила право на возражение против компетенции третейского суда в государственном суде, поскольку не заявила такие возражения при рассмотрении спора третейским судом. «Эта позиция не новая в правоприменительной практике, но в данном случае она не дает прямого ответа на вопросы о том, был ли правопреемник связан третейской оговоркой, о которой он не знал, и что было бы, если б возражения против компетенции третейского суда были заявлены», – отметила юрист.

Она акцентировала внимание на указании ВС РФ о том, что пороки отношений, возникающие из действий правопредшественников, не могут служить основанием для недобросовестного поведения, и в таких случаях сторона вправе предъявить к правопредшественникам требования о компенсации ущерба, причиненного их действиями. «Вероятно, речь идет о том, что новый собственник, с которого взыскана стоимость неотделимых улучшений, все-таки связан третейской оговоркой, но вправе предъявить требования о компенсации ущерба к правопредшественнику, который не известил его о заключении допсоглашения с арендатором», – предположила юрист.

Рассказать: