×

Суд согласился с решением Совета палаты в отношении адвоката, который пытался пронести телефон в ИВС

Ранее действия адвоката были признаны дисциплинарным проступком, но дисциплинарное производство было прекращено за малозначительностью
Фото: «Адвокатская газета»
Как отметил в комментарии «АГ» адвокат Олег Крупочкин, обратившийся в суд, он настаивает на том, что он не совершал нарушения, поскольку оно подразумевает пронос телефона за пределы КПП, чего сделано не было. Президент АП Ярославской области Татьяна Смирнова в свою очередь считает выводы суда законными.

Кировский районный суд г. Ярославля изготовил мотивированное решение от 29 сентября, которым оставил без удовлетворения иск адвоката АП Ярославской области Олега Крупочкина к палате. Ранее Совет палаты признал, что адвокат нарушил требования п. 2 ст. 3, ст. 7 Закона об адвокатуре и ст. 8 и 10 КПЭА. Проступок был признан малозначительным, и дисциплинарное производство было прекращено.

Попытка пройти в ИВС с телефоном

Как ранее писала «АГ», в производстве старшего следователя отдела № 4 СЧ СУ УМВД России по Ярославской области Юлии Гурьевой находится уголовное дело по обвинению Г. в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159 УК, и трех эпизодов по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 159 УК. 23 октября 2020 г. Кировский районный суд г. Ярославля избрал в отношении Г. меру пресечения в виде заключения под стражу.

Далее следователь уведомила его защитника Олега Крупочкина о том, что 4 декабря 2020 г. планирует ознакомить обвиняемого с заключениями фоноскопических экспертиз в помещении ИВС УМВД России по Ярославской области. Когда адвокат прибыл в ИВС, полицейский попросил его сдать телефон, однако Олег Крупочкин ответил, что тот необходим для осуществления защиты, в том числе потому, что он обеспечен видео- и фотокамерой, диктофоном и другими необходимыми функциями. При этом сим-карта в нем отсутствовала.

Читайте также
Верховный Cуд поддержал адвоката
ВС РФ удовлетворил административный иск адвоката Валерия Шухардина к Минюсту об оспаривании положений Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений
10 Ноября 2017 Новости

Олег Крупочкин сослался на Постановление КС от 25 октября 2001 г. № 14-П, которым положения Закона о содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, предусматривающие, что правила посещения адвокатом подзащитных могут быть урегулированы внутренними правилами, были признаны не соответствующими Конституции. Отметил он и то, что Решением ВС от 10 ноября 2017 г. № АКПИ17-867 признан недействительным п. 77 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений в части, допускающей распространение положений о запрещении адвокатам проносить и использовать при свиданиях с осужденными фотоаппараты, видео-, аудиотехнику, электронные накопители информации, средства мобильной связи и коммуникации либо комплектующие к ним, обеспечивающие работу адвокатов.

Полицейский пригласил дежурного, который также отказал защитнику в проходе с телефоном. На довод Олега Крупочкина о том, что Постановление КС № 14-П/2001 обязательно во всех аналогичных ситуациях, тем более что внутренние правила ИВС основаны на положении Закона о содержании под стражей, признанном не соответствующим Конституции, дежурный сказал, что выполняет Правила, утвержденные Приказом МВД от 22 ноября 2005 г. № 950.

Адвокат составил заявление, в котором попросил разрешить участвовать в следственных и иных процессуальных действиях без сдачи мобильного телефона. К этому моменту следователь покинула ИВС. Когда защитник все-таки прошел к доверителю, тот подтвердил надлежащее выполнение им обязанностей в соответствии с условиями соглашения, а также поручил выполнять эти действия и впредь с тем, чтобы не нарушалось его право на защиту. В последующем Олега Крупочкина дважды не пустили в ИВС с телефоном.

Дисциплинарное производство

18 декабря 2020 г. УМВД России по Ярославской области направило в областное Управление Минюста письмо, в котором было указано, что защитник дождался убытия следователя, потом сдал телефон и прошел к доверителю, чем умышленно сорвал следственное действие. Кроме того, он нарушил положения п. 1 ст. 8, п. 2 ст. 13 и п. 1 ст. 14 КПЭА.

В письме указывалось, что в СУ УМВД России по Ярославской области неоднократно поступали обращения Олега Крупочкина по обвинению должностных лиц в личной заинтересованности в исходе дела, которые, по мнению ведомства, содержали недостоверные сведения. Адвокат был предупрежден о недопустимости злоупотребления правом на обращение. УМВД России по Ярославской области попросило рассмотреть обращение на заседании Квалификационной комиссии АП Ярославской области.

Читайте также
Минюст изменил правила внутреннего распорядка исправительных учреждений и воспитательных колоний
В документ включены положения, запрещающие пронос адвокатами телефонов и разрешающие допускать к заключенным нотариусов и иных лиц для составления жалобы в ЕСПЧ
24 Сентября 2021 Новости

В последующем Управление Минюста по Ярославской области направило представление в адвокатскую палату. Помимо прочего ведомство указало, что адвокату было отказано в соответствии с п. 135 Правил внутреннего распорядка ИВС подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД России от 22 ноября 2005 г. № 950, п. 118 Наставления по служебной деятельности ИВС подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых, утвержденного Приказом МВД России от 7 марта 2006 г. № 140дсп. Указанные Правила и Наставление приняты во исполнение ст. 18 Закона о содержании под стражей, согласно которой защитнику запрещается проносить на территорию места содержания под стражей технические средства связи, а также технические средства (устройства), позволяющие осуществлять киносъемку, аудио- и видеозапись. На территорию места содержания под стражей защитник вправе проносить копировально-множительную технику и фотоаппаратуру только для снятия копий с материалов уголовного дела, компьютеры и пользоваться такими копировально-множительной техникой и фотоаппаратурой, компьютерами только в отсутствие подозреваемого, обвиняемого в отдельном помещении, определенном администрацией места содержания под стражей.

В объяснениях Олег Крупочкин вновь сослался на Постановление КС № 14-П/2001, а также отметил, что подал заявления на имя начальника ИВС, жалобы в областную прокуратуру и административный иск в Верховный Суд. В заявлениях на имя начальника ИВС адвокат попросил незамедлительно устранить допущенные нарушения. При этом он заметил, что принятие следователем и руководителем следственного органа мер по устранению правонарушений со стороны полицейских ИВС могло бы привести и к проведению следственных действий, и к отсутствию необходимости обжаловать ведомственные правовые акты и действия сотрудников изолятора.

Читайте также
Верховный Суд направил адвоката в Конституционный Суд
Отказывая в передаче надзорной жалобы, судья ВС указала, что, оспаривая нормы, по существу адвокат выражает несогласие с положениями закона, проверка которых относится к исключительной компетенции КС
19 Августа 2021 Новости

Олег Крупочкин указал, что следователь не стала проводить следственные действия в отсутствие адвоката, а значит, права подзащитного нарушены не были. Он обратил внимание, что сведения о свидании адвоката с доверителем составляют адвокатскую тайну, в связи с чем сбор и предоставление таких сведений являются превышением должностных полномочий, т.е. содержат признаки должностного преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК.

Защитник отметил, что доводы письма о том, что в СУ УМВД России по Ярославской области неоднократно поступали обращения по обвинению должностных лиц в личной заинтересованности, не подкреплены конкретными данными об обращениях или приложением таких обращений.

Олег Крупочкин попросил АП Ярославской области дать автору письма ответ об отсутствии поводов для возбуждения дисциплинарного производства.

Между тем Квалифкомиссия АП Ярославской области заключила, что отказом сдать телефон и пройти на следственные действия адвокат нарушил требования ст. 7 Закона об адвокатуре и ст. 8 КПЭА. Совет палаты поддержал заключение Квалифкомиссии и дополнительно указал, что Олег Крупочкин нарушил п. 2 ст. 3 Закона об адвокатуре и ст. 10 КПЭА. Вместе с тем проступок был признан малозначительным, и дисциплинарное производство прекращено на основании п. 7 ч. 1 ст. 25 КПЭА.

Оспаривание решения в суде

Не согласившись с выводами Совета палаты, Олег Крупочкин обратился в Кировский районный суд г. Ярославля. Он указал, что решение Совета нарушает конституционное право Г. защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом, в том числе с его помощью как адвоката. Адвокат отметил, что не пронес смартфон на территорию ИВС, так как полицейские попросили его сдать, соответственно, запрет проносить технические средства не был нарушен.

Олег Крупочкин указал, что не отказывался от защиты Г. Он посчитал, что запрет адвокату проносить технические средства связи при участии в следственных действиях в СИЗО, ИВС нарушает положения ст. 19, 48 Конституции, а также положения п. 2 ст. 3 Закона об адвокатуре. По его мнению, отказ от защиты не может заключаться лишь в том, что адвокат не принял участие в следственном действии, поскольку в силу п. 5 ч. 1 ст. 53 УПК защитник вправе участвовать в следственных действиях, в том числе проводимых с участием подозреваемого, обвиняемого. Отказ от защиты как одностороннее действие адвоката, противоречащее двухстороннему соглашению, может быть поводом для дисциплинарного преследования адвоката только по жалобе доверителя.

Олег Крупочкин отметил, что не срывал следственные действия, поскольку срыв как действие, запрещенное под угрозой уголовного наказания, может быть установлен только вступившим в законную силу обвинительным приговором суда. В связи с этим он просил признать решение Совета АП Ярославской области незаконным и подлежащим отмене с прекращением дисциплинарного производства.

Рассмотрев материалы дела, суд указал, что исходя из буквального смысла ст. 8 КПЭА, а также в силу закрепленного в п. 2 ст. 3 Закона об адвокатуре принципа законности адвокат при осуществлении своей деятельности должен знать и соблюдать требования законодательства РФ, в том числе регламентирующие порядок посещения изоляторов временного содержания.

Также суд заметил, что адвокату было отказано в соответствии с п. 135 Правил и п. 118 Наставления. Оба документа приняты во исполнение ст. 18 Закона о содержании под стражей, согласно которой защитнику запрещается проносить на территорию места содержания под стражей технические средства связи, а также технические средства (устройства), позволяющие осуществлять киносъемку, аудио- и видеозапись. На территорию места содержания под стражей защитник вправе проносить копировально- множительную технику и фотоаппаратуру, компьютеры только для снятия копий с материалов уголовного дела и пользоваться такими копировально-множительной техникой и фотоаппаратурой, компьютерами только в отсутствие подозреваемого, обвиняемого в отдельном помещении, определенном администрацией места содержания под стражей. Отказываясь сдать телефон, Олег Крупочкин, посчитал суд, допустил нарушение ст. 18 Закона о содержании под стражей.

Суд указал, что Г. не отказывался от защитника и не просил орган следствия произвести процессуальные действия в его отсутствие. Уклонение от участия в следственных и других процессуальных действиях с участием доверителя является формой недобросовестного выполнения адвокатом-защитником своих профессиональных обязанностей и свидетельствует о невыполнении требований ст. 7 Закона об адвокатуре, ст. 8 КПЭА. Суд согласился с органами адвокатского сообщества в том, что данные деяния имели место и что они образуют состав дисциплинарного проступка. Он оставил требования без удовлетворения.

Адвокат настаивает, что нарушения не было

В комментарии «АГ» Олег Крупочкин заметил, что ст. 2 Закона об адвокатуре прямо предусматривает способы защиты прав и свобод адвокатом, которые избрал доверитель. Например, составить и подать на имя начальника ИВС заявление. «То, что следователь ушла, – вопрос не ко мне. Законом не предусмотрено, что деятельность следователя важнее деятельности адвоката. Напротив, право на получение помощи со стороны адвоката предусмотрено Конституцией и не подлежит ограничению ни законами, ни иными решениями и действиями (или бездействием)», – подчеркнул он.

Защитник, указал Олег Крупочкин, – это участник уголовного судопроизводства с момента предъявления ордера и удостоверения адвоката. В силу п. 5 и 11 ч. 1 ст.53 УПК он вправе участвовать в следственных действиях, в том числе проводимых с участием подзащитного или по его ходатайству, а также вправе использовать иные способы защиты. «То есть участие или неучастие защитника в следственном действии – это избранный им способ защиты. Поэтому он не является отказавшимся от защиты, если не принял участие в следственном действии, тем более если участию воспрепятствовал закон, ограничивший право на получение юридической помощи, или действия полицейских ИВС, а также бездействие следователя», – указал адвокат.

Олег Крупочкин отметил, что по смыслу ст. 19.12 КоАП запрет имеет целью не допустить передачу телефона. А таковая возможна только после прохождения КПП. «Мною не был нарушен запрет на пронос в ИВС мобильного телефона, поскольку полицейские на КПП попросили его сдать», – подчеркнул адвокат. Он также добавил, что уже готовит апелляционную жалобу.

В комментарии «АГ» президент АП Ярославской области Татьяна Смирнова назвала решение суда законным, воздержавшись от более подробных комментариев.

Рассказать:
Яндекс.Метрика