Правительство РФ внесло в Госдуму законопроект № 1271570-8 о поддержке развития технологий искусственного интеллекта в РФ, направленный на регулирование отношений, возникающих в связи с разработкой, внедрением, использованием и применением больших фундаментальных моделей ИИ, в том числе с предоставлением возможности применения последних пользователям на территории РФ.
Как следует из проекта, законодатель может установить нюансы применения больших фундаментальных моделей ИИ для целей обороны страны и безопасности государства, осуществления ОРД, охраны общественного порядка и собственности, обеспечения общественной безопасности и безопасности дорожного движения, включая антитеррористическую защищенность, противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма, экстремистской деятельности и финансированию распространения оружия массового уничтожения, целей предотвращения чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера и пр.
Перечислены цели и основные понятия, используемые в проекте закона: в частности, даются дефиниции искусственного интеллекта, большой фундаментальной модели ИИ, набора данных и т.п. Под ИИ предложено понимать комплекс технологических решений, позволяющий имитировать когнитивные функции человека (включая самообучение и поиск решений без заранее заданного алгоритма) и получать при выполнении конкретных задач результаты, сопоставимые с результатами интеллектуальной деятельности человека или превосходящие их. Комплекс технологических решений включает в себя информационно-коммуникационную инфраструктуру, программное обеспечение (в том числе такое, в котором используются методы машинного обучения), процессы и сервисы по обработке данных и поиску решений.
Приводятся общие принципы регулирования отношений в сфере применения больших фундаментальных моделей ИИ. Законопроект также определяет полномочия главы государства, Правительства РФ, федеральных органов исполнительной власти, иных государственных органов, госкорпораций, ЦБ в сфере применения больших фундаментальных моделей ИИ: так, в частности, Президент РФ утверждает Национальную стратегию развития искусственного интеллекта и осуществляет иные полномочия в сфере применения технологий ИИ. Приведены требования к суверенным и национальным большим фундаментальным моделям ИИ.
Законопроект также вводит меры поддержки разработчиков суверенных или национальных больших фундаментальных моделей ИИ: они, в частности, смогут рассчитывать на участие в деятельности профильных отраслевых организаций, разработке механизмов этического регулирования и подготовке предложений по совершенствованию госполитики в сфере ИИ, страховать имущественные интересы, связанные с разработкой, внедрением, использованием и иным применением суверенных или национальных больших фундаментальных моделей искусственного интеллекта, а также ответственность за причинение вреда при их применении в соответствии с законодательством РФ.
В проекте перечислены и обязанности таких разработчиков: они обязаны принимать организационные и технические меры по обеспечению безопасности большой фундаментальной модели ИИ; определять правила эксплуатации такой модели, устанавливающие ограничения, условия ее использования, обновления и вывода из эксплуатации, а также вести техническую документацию с описанием ключевых параметров и ограничений в объеме, необходимом для оценки информационной безопасности применения указанной модели.
Законопроект устанавливает порядок маркировки информационного материала, созданного с применением больших фундаментальных моделей ИИ, и перечисляет требования к использованию РИД, созданных указанным способом. За нарушения законодательства участники отношений в сфере применения больших фундаментальных моделей искусственного интеллекта будут нести ответственность в соответствии с законодательством РФ. Законопроект содержит положения, определяющие порядок международного сотрудничества в сфере применения больших фундаментальных моделей ИИ. Планируется, что принятый закон вступит в силу с 1 сентября 2026 г., за исключением ряда положений, для которых установлен иной срок вступления в силу.
Основатель и CEO Privacy Advocates, соучредитель «Сообщества профессионалов в области инфоприватности» Алексей Мунтян заметил, что внесенный в Думу законопроект – это доработанная и смягченная редакция прежнего проекта Минцифры, из которой исключены запрет трансграничного ИИ, понятие «доверенных моделей» и обязанности операторов и пользователей. «По природе это рамочный, преимущественно стимулирующий акт. Он впервые закрепляет базовые определения, но действует только в отношении больших фундаментальных моделей от 1 млрд параметров, оставляя за скобками узкоспециализированные решения и компьютерное зрение. Центральная конструкция – категории суверенных и национальных моделей с требованиями к российскому юрлицу-разработчику, локализации данных в ЦОД на территории РФ и подтверждению соответствия законодательству и традиционным ценностям, а также полномочие правительства устанавливать случаи обязательного применения исключительно таких моделей. Для уже действующих ИИ-систем предусмотрен переходный период до 1 сентября 2032 г. При этом значительную часть содержательных требований закон делегирует подзаконным актам, поэтому оценивать его в отрыве от них преждевременно», – отметил он.
Эксперт выделил три наиболее значимых аспекта. «Во-первых, ст. 10 проекта предусмотрено, что использование объектов авторских и смежных прав для обучения перестанет быть нарушением, но только применительно к суверенным и национальным моделям и лишь при правомерно полученном экземпляре либо открытом доступе к произведению без технических ограничений. При этом вопрос о компенсациях правообладателям оставлен открытым. Во-вторых, согласно ст. 11 маркировка ИИ-контента из обязательной стала добровольной, а обязанности разработчиков (ст. 8) и ответственность сформулированы мягко и отсылочно, так что немедленной жесткой нагрузки на рынок закон не создает. В-третьих, и это, пожалуй, самый недооцененный аспект – предусмотренный доступ к наборам данных из государственных информационных систем для обучения моделей не соотнесен в тексте с требованиями Закона о персональных данных и режимом информационных систем персональных данных, что оставляет открытым вопрос о законности обработки персональных данных в обучающих выборках», – заключил Алексей Мунтян.
Младший юрист практики интеллектуальной собственности юрфирмы Comply Семен Афонькин полагает, что этот законопроект продолжает череду попыток урегулировать искусственный интеллект. «Этой весной широко обсуждался проект закона об основах государственного регулирования сфер применения технологий искусственного интеллекта в РФ», в котором была попытка охватить регулированием всю отрасль. В актуальном законопроекте регулирование направлено на большие фундаментальные модели, а иные системы ИИ он практически не затрагивает; акцент смещен на поддержку и технологический суверенитет. При этом законопроект вносит не так много собственных норм, оставляя значительное пространство для регулирования уполномоченными органами. Существенное внимание уделяется технологическому суверенитету. Рассматриваемый законопроект вводит категории суверенных и национальных больших фундаментальных моделей. Именно их разработчикам могут предоставляться меры государственной поддержки, а также доступ в сферы, которые Правительство РФ сможет открыть исключительно для суверенных или национальных моделей», – отметил он.
Один из самых критичных вопросов регулирования, по мнению эксперта, состоит в том, можно ли обучать модели ИИ на чужих произведениях. «С одной стороны, нужно содействовать прогрессу, с другой – некорректно ограничивать права правообладателей. Законопроект вводит льготу для суверенных и национальных больших фундаментальных моделей: их разработчикам будет разрешено обучать модель на чужих объектах авторских и смежных прав. Схожее изъятие содержалось и в предыдущем проекте, но было шире, охватывало не только авторские права, но и патенты. При этом ограничить обучение техническими средствами правообладатель может в отношении открыто опубликованных объектов, а возможность запретить использование правомерно полученного экземпляра неочевидна. Механизм отказа правообладателя от обучения следует явно предусмотреть и для случаев использования правомерно полученных экземпляров», – подытожил Семен Афонькин.
Советник ФПА РФ – руководитель цифровой трансформации адвокатуры России Елена Авакян отметила, что, в отличие от первоначальной редакции Минцифры, предусматривавшей регулирование ИИ в целом, финальная версия сфокусирована на больших фундаментальных моделях – генеративных нейросетях, лежащих в основе многих ИИ-сервисов. Специализированные модели, технологии компьютерного зрения и отдельные ИИ-сервисы под действие документа не подпадают.
По мнению эксперта, этот законопроект – первый шаг к формированию национальной регуляторной среды. «Его ключевая особенность – приоритет происхождения технологии над рисками ее применения, что отличает его от риск-ориентированного подхода ЕС и дерегуляторной модели США. Позитивно то, что из документа исключены наиболее жесткие требования – об обучении только на российских данных и о разработке исключительно гражданами РФ. Однако требования к «суверенным» моделям сохраняют барьеры для компаний с иностранным участием, что особенно одиозно [в части требований] к наличию у граждан РФ, учредителей таких компаний, паспорта иностранного государства. Для бизнеса – это риски роста затрат и потери гибкости. Для граждан – потенциальное ограничение доступа к глобальным ИИ-решениям. Для государства – неопределенность в распределении полномочий и оценочные критерии «духовно-нравственных ценностей». Остаются вопросы: как на практике будет применяться процедура подтверждения «духовно-нравственного соответствия»? Кто и как будет оценивать? Какой объем разъяснительных подзаконных актов потребуется? Ответы на них определят, станет ли закон стимулом для развития отечественного ИИ или бюрократическим барьером», – заметила советник ФПА РФ.
Она добавила, что ч. 2 ст. 10 законопроекта вводит существенное изъятие из сферы действия исключительного права. «Она устанавливает, что не является нарушением авторских и смежных прав обращение к информации, содержащейся в охраняемых объектах, в целях их компьютерной обработки, а также краткосрочное воспроизведение в памяти ЭВМ исключительно для обучения суверенной или национальной БФМ ИИ – при условии, что разработчик использует правомерно полученный экземпляр произведения либо объект был доведен до всеобщего сведения и доступен для анализа без ограничений техническими средствами. Фактически это легализация текстового и дата-майнинга для обучения отечественных моделей, что сближает подход с европейским регулированием (Директива (ЕС) 2019/790 о TDM). Однако, в отличие от ЕС, где такое изъятие действует универсально, в российском законопроекте оно ограничено только суверенными и национальными моделями, создавая неравные условия для разработчиков иных моделей. Это положение вызывает серьезные вопросы с точки зрения системности гражданского законодательства. Совет при Президенте по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства уже отклонил предыдущую редакцию законопроекта, указав на попытку создать параллельное регулирование отношений, которые являются предметом ГК и уже в нем урегулированы», – считает Елена Авакян.
Советник ФПА также привела ключевые аргументы Совета: «Подрыв основ авторского права: новеллы, противоречащие ГК, в частности подрывающие основы авторского права, признаны недопустимыми. Отсутствие самостоятельного предмета регулирования: если изъять из проекта некорректно включенные нормы частного права, от него останется лишь “пустая законодательная оболочка”. Недопустимость размытых формулировок: эксперты подчеркнули, что “размытые формулировки” открывают пространство для злоупотреблений. Председатель Совета Павел Крашенинников отметил: “Гражданский кодекс – это фундамент, и пытаться строить на нем отдельные, противоречащие ему конструкции для каждой новой технологии – это путь к правовому хаосу”».
По мнению Елены Авакян, правовая неопределенность заключается в том, что ст. 10 вторгается в сферу исключительных прав, установленных ч. 4 ГК РФ, без внесения соответствующих изменений в сам Кодекс. «Это создает коллизию: закон специальный будет противоречить закону общему, что нарушает принцип системности законодательства. Кроме того, оценочная категория “традиционные российские духовно-нравственные ценности” становится условием доступа к этому изъятию, что делегирует подзаконному акту не только процедуру, но и критерии, влияющие на имущественные права правообладателей. Статья 10, при всей ее прогрессивности с точки зрения развития отечественных ИИ-моделей, вступает в прямое противоречие с системой гражданского законодательства. Ее легитимность и практическая реализуемость остаются под вопросом без одновременного внесения изменений в ч. 4 ГК РФ. Как справедливо отметил Совет по кодификации: “Закон должен регулировать и давать ясность, а не повод для злоупотреблений”. Хочется верить, что в таком виде закон принят не будет, но если это все же произойдет, то адвокатскому сообществу предстоит внимательно следить за разработкой подзаконных актов и формированием правоприменительной практики. Наша ключевая задача – добиться, чтобы регулирование строилось на принципах определенности, соразмерности и предсказуемости, а не на оценочных категориях», – подытожила советник ФПА РФ.
