×

ВС пояснил критерии последнего известного адреса стороны международного спора

Суд заключил, что если российская компания не известила иностранного контрагента о смене адреса, то документы, направляемые иностранным третейским судом по последнему известному адресу стороны, считаются полученными ею
Эксперты «АГ» положительно оценили выводы Верховного Суда. По мнению одного из них, чтобы решения третейских судов – как российских, так и иностранных – признавались и приводились к исполнению, государству необходимо создавать условия для уважения компетенции арбитражей. Другой эксперт отметил, что ВС РФ правомерно признал то, что извещение международным арбитражем юрлица по указанному в договоре адресу является надлежащим, если сторона не уведомила своего контрагента о его изменении.

27 ноября Верховный Суд РФ вынес Определение № 305-ЭС19-13455 по делу о признании и исполнении решения международного арбитража о взыскании задолженности с российской организации в пользу ее китайского контрагента по договору поставки.

В январе 2008 г. китайская международная торговая компания с ограниченной ответственностью «Чжунлянь» (продавец) и ООО «АРМ-АВТО» (покупатель) заключили два договора поставки строительной техники. Согласно их условиям все споры между ними разрешались путем дружественных переговоров, при неэффективности которых споры передавались на арбитражное рассмотрение Китайской международной экономической и торговой комиссии в Пекине, решение которой является окончательным и не подлежит обжалованию.

В декабре 2017 г. международный арбитраж взыскал с российского общества в пользу китайской компании свыше 2 млн долларов США основного долга по одному из договоров, а также проценты по просроченным платежам. Кроме того, на ответчика была возложена обязанность по возмещению судебных издержек истца на сумму более 434 тыс. китайских юаней.

Поскольку «АРМ-АВТО» не исполнило решение арбитражной комиссии добровольно, китайская компания обратилась в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании акта третейского суда и о приведении его в исполнение. Однако все три инстанции отказали в удовлетворении требований заявителя, сославшись на недоказанность факта надлежащего извещения российского общества о времени и месте рассмотрения дела в иностранном арбитраже. Российские суды отметили, что все почтовые извещения в рамках такого дела направлялись по конкретному московскому адресу, который не соответствовал данным организации в ЕГРЮЛ, а также указанным в договорах адресам. Кроме того, суды указали, что в почтовых извещениях не была заполнена графа «подпись получателя».

Китайская компания обратилась с кассационной жалобой в Верховный Суд РФ, который выявил существенные нарушения норм материального и процессуального права в рассматриваемом деле № А40-217058/2018.

Высшая судебная инстанция отметила, что в заключенных договорах был указан именно тот адрес российского общества, по которому международный арбитраж посылал все почтовые извещения по делу, а в отношении сторон применяется Закон о международном коммерческом арбитраже. Его нормы предусматривают ряд гарантий обеспечения участия сторон в арбитражном разбирательстве.

Так, если стороны не договорились об ином, любое письменное сообщение считается полученным, если оно доставлено адресату лично или на его коммерческое предприятие, по его постоянному месту жительства или почтовому адресу. Если таковые не могут быть установлены путем разумного наведения справок, письменное сообщение считается полученным при направлении его по последнему известному местонахождению коммерческого предприятия. Его можно направить заказным письмом или любым иным образом, предусматривающим регистрацию попытки доставки этого сообщения. При этом такое сообщение считается полученным в день доставки.

Верховный Суд подчеркнул, что арбитражная комиссия направляла «АРМ-АВТО» документы службой доставки EMS по известному арбитражу и истцу адресу, который был указан ответчиком в договоре. При этом документы были получены двумя гражданами, о чем было указано в почтовых извещениях. Полномочия этих лиц на получение почтовой корреспонденции общества следовали из обстановки. Следовательно, адрес, по которому была доставлена корреспонденция в рамках международного арбитража, соответствует критерию последнего известного адреса стороны, содержащемуся в п. 1 ст. 3 Закона о международном коммерческом арбитраже. Таким образом, арбитражная комиссия, направляя документы по данному адресу, действовала законно.

Читайте также
ВС подготовил обзор судебной практики по делам, связанным с третейским разбирательством
По мнению экспертов «АГ», лишь немногие разъяснения документа полезны на практике, так как в основном документ содержит прописные истины и воспроизводит нормы законодательства
10 Января 2019 Новости

Со ссылкой на п. 17 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с выполнением функций содействия и контроля в отношении третейских судов и международных коммерческих арбитражей (утв. Президиумом ВС РФ 26 декабря 2018 г.) Верховный Суд напомнил, что сторона арбитражного соглашения, действуя разумно и осмотрительно, не может не осознавать, что в соответствующих случаях возможно начало процедуры арбитражного (третейского) разбирательства.

«Указывая в договоре, содержащем арбитражное соглашение, и в коммерческой документации по его исполнению свои адреса места нахождения, сторона договора должна осознавать, что именно по этим адресам в случае начала арбитражной (третейской) процедуры будет направляться корреспонденция международным коммерческим арбитражем. Учитывая это, сторона договора для реализации своих прав должна предпринять необходимые и достаточные меры для получения предназначенной ей корреспонденции по указанным ею адресам. В противном случае все риски, связанные с неполучением или несвоевременным получением корреспонденции, возлагаются на ее получателя, – отметил ВС РФ в своем определении. – Если сторона арбитражного соглашения после его заключения изменила свой адрес, однако не сообщила об указанных обстоятельствах другой стороне арбитражного соглашения, а после начала арбитража – и третейскому суду, она несет риски, связанные с неполучением или несвоевременным получением уведомлений, а уведомление, направленное ей по адресу, указанному при заключении арбитражного соглашения, считается надлежащим».

Верховный Суд выявил, что сведения о новом адресе российского общества были внесены в ЕГРЮЛ 26 августа 2014 г. Он указал на отсутствие в рассматриваемом деле доказательств извещения китайской стороны о смене адреса. «На дату принятия решения арбитражной комиссией (14 декабря 2017 г.) сведения об ином адресе общества отсутствовали как у истца, так и у арбитражной комиссии», – заключил Суд. Таким образом, он заключил, что российское общество не извещало китайскую компанию о смене адреса, а документы, направляемые арбитражной комиссией по известному адресу общества, были получены последним, как следует из почтовых извещений.

В связи с этим Верховный Суд не только отменил судебные акты нижестоящих инстанций, но и распорядился признать, а также привести в исполнение решение международного арбитража, для этих целей АС г. Москвы выдаст соответствующий исполнительный лист.

Комментируя определение ВС, управляющий партнер АБ «Бартолиус» Юлий Тай поддержал выраженную в нем правовую позицию Суда. «Если мы хотим, чтобы решения третейских судов – как российских, так и иностранных – признавались и приводились к исполнению, то государству необходимо создавать условия для уважения компетенции арбитражей. Одним из проявлений этого является отказ государственных судов от соблазна пересмотреть по существу решения третейских (арбитражных) учреждений», – отметил он.

По его словам, другим важным обстоятельством является умеренно формальный подход к вопросу об извещенности сторон разбирательства, особенно с учетом того, что российское процессуальное законодательство для государственных судов предусматривает фикцию извещения (то есть не наличие реального факта извещения, а всего лишь соблюдение правил извещения). «Требовать от арбитражей большего усердия, чем предпринимают государственные суды, алогично. Кроме того, ВС РФ в своем определении указал на правила извещения Нью-Йоркской конвенции ООН 1958 г., российско-китайского договора о правовой помощи по гражданским и уголовным делам 1992 г. и Закона о международном коммерческом арбитраже. Кроме того, Суд отметил и тот факт, что в материалах дела есть доказательства надлежащего порядка уведомления российского общества об арбитраже по последнему известному адресу, указанному в договоре, который являлся предметом спора и содержал третейскую оговорку», – пояснил Юлий Тай.

Советник международной юридической фирмы Norton Rose Fulbright Андрей Панов положительно оценил выводы Верховного Суда РФ. По его словам, именно довод о неизвещении об арбитражном разбирательстве наиболее часто используется против признания и приведения в исполнение иностранного арбитражного решения. «Это связано с тем, что иностранные арбитры и арбитражные учреждения не подходят к извещению сторон с чрезмерной внимательностью и щепетильностью. То есть извещения, разумеется, направляются, но никому не приходит в голову, что коммерческие стороны могут заявлять о получении его ненадлежащим лицом или будут менять адреса, никого об этом не извещая. Указанное обстоятельство долгое время позволяло российским организациям злоупотреблять своими правами и избегать исполнения вынесенных против них решений», – отметил он.

Эксперт добавил, что Верховный Суд (а ранее ВАС РФ) неоднократно указывал на то, что риск неизвещения лежит на стороне, которая не сообщила об изменении указанного в договоре адреса. «Тем не менее нижестоящие суды далеко не всегда следуют таким разъяснениям вышестоящих судов. В рассматриваемом деле нижестоящие суды исходили из необходимости извещения по адресу, указанному в ЕГРЮЛ на момент ведения дела. ВС РФ признал, что извещение по указанному в договоре адресу является надлежащим, если одна сторона не уведомила другую о его изменении. Это, безусловно, правильный подход. Однако воспримут ли его нижестоящие суды – вот в чем вопрос», – резюмировал Андрей Панов.

Рассказать: