×

Насколько допустимы недопустимые доказательства?

Шансы защиты добиться признания ущербных доказательств недопустимыми сведены к минимуму
Материал выпуска № 9 (98) 1-15 мая 2011 года.

НАСКОЛЬКО ДОПУСТИМЫ НЕДОПУСТИМЫЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА?

Шансы защиты добиться признания ущербных доказательств недопустимыми сведены к минимуму

АсяновНорма ч. 1 ст. 17 УПК РФ, предусматривающая свободу оценки доказательств, устанавливает, что судья, присяжные заседатели, а также прокурор, следователь, дознаватель оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, руководствуясь при этом законом и совестью. Это позволяет нивелировать процессуальные недостатки имеющихся доказательств, что, в свою очередь, приводит к вынесению незаконных решений.

Осуществление адвокатом полноценной квалифицированной защиты по уголовному делу включает в себя не только представление органам предварительного следствия и суду доказательств в пользу подзащитного, но и анализ всех доказательств, собранных в рамках уголовного дела, на предмет процессуальной допустимости. Вопрос о допустимости доказательств непосредственно связан с принципом охраны прав и свобод личности в уголовном процессе.

Перечень доказательств, являющихся недопустимыми, законодателем указан в ст. 75 УПК РФ. Данная статья состоит всего лишь из трех пунктов, правда третий пункт звучит многообещающе: «...иные доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса». Но отсутствие конкретики в данном случае обманчиво кажется перспективным для бесконечного увеличения списка недопустимых доказательств. Органы предварительного следствия и суда, пользуясь данным обстоятельством, наоборот склонны сокращать данный перечень до минимума.

Описание нарушений, допущенных при собирании, проверке и оценке доказательств и приводящих к признанию доказательств недопустимыми, содержат ч. 3 ст. 7 и ст. 381 УПК РФ.

Но вместе с тем законодатель ограничивает перечень случаев, когда доказательство может быть признано недопустимым: лишь существенное нарушение требований уголовно-процессуального закона при назначении, производстве и процессуальном оформлении хода и результатов следственных действий влечет за собой недопустимость их использования при доказывании обстоятельств совершенного преступления.

Под существенным нарушением уголовно-процессуального закона следует понимать нарушение, выражающееся в отступлении государственных органов и должностных лиц, ведущих производство по уголовному делу, а также участников процесса от предписаний уголовно-процессуальных норм, которое путем лишения или стеснения гарантированных законом прав участников процесса либо иным способом помешало всесторонне расследовать или рассмотреть дело и повлекло постановление незаконного и необоснованного уголовно-процессуального решения.

Соответственно, несущественные нарушения уголовно-процессуального закона – это такие нарушения субъектами уголовного процесса предписаний уголовно-процессуальных норм, которые не влекут и не могут повлечь существенные для уголовного дела последствия: односторонность и неполноту исследования обстоятельств дела и вынесение незаконного и необоснованного уголовно-процессуального решения.

Известно, что почти каждое уголовное дело индивидуально. Иногда кажущаяся незначительной деталь, мелочь может оказаться важным обстоятельством, коренным образом меняющим оценку добытых доказательств, восприятие всего уголовного дела в целом. В этом случае особенно важно, чтобы лицо, орган, которым поручена эта непростая и очень ответственная функция, были объективны и беспристрастны.

Давать оценку доказательствам с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и, соответственно тому, определять, какие нарушения уголовно-процессуального закона являются существенными, а какие несущественными, – прерогатива дознавателя, следователя, прокурора, суда, как это предусмотрено ст. 88 УПК РФ.

Но стоит ли ждать объективной оценки доказательства от дознавателя или следователя, если это доказательство ими же и добыто и приобщено к материалам дела? В этой связи ходатайство адвоката или подозреваемого, обвиняемого в признании какого-либо доказательства недопустимым и исключении его из числа доказательств по уголовному делу, изначально обречено на отказ.

Ст. 234, 235 УПК РФ предоставляют сторонам право заявлять ходатайство об исключении из перечня доказательств, предъявляемых в судебном разбирательстве, любого доказательства и на предварительных слушаниях. Однако на практике эта норма практически не работает. После заявления указанного ходатайства стороной защиты государственный обвинитель обычно заявляет, что давать какую-либо оценку о допустимости доказательства еще рано, так как оно не изучено судом, и предлагает отложить рассмотрение этого вопроса на стадию судебного следствия. Судам, дабы не обременять себя дополнительной работой, проще соглашаться с мнением государственного обвинителя, что они и делают.

И вновь возникает проблема, когда суд, в силу каких-либо обстоятельств, рассматривает дело с недостаточной тщательностью, что бывает, когда суд, изучив материалы поступившего уголовного дела, решает, что вина подсудимого очевидна и доказательства его виновности не требуют скрупулезного изучения и анализа. Все это, помноженное на парадоксальный по смыслу: порядок рассмотрения заявления об отводе судье, предусмотренный ч. 4 ст. 64 УПК РФ, когда судья сам разрешает вопрос о заявленном ему отводе, по делам, которые судья рассматривает единолично, а таких дел абсолютное большинство, сводит шансы добиться признания ущербных, с точки зрения уголовно-процессуального законодательства, доказательств недопустимыми, к минимуму.

В уголовно-процессуальном законодательстве есть очень важная норма, предусматривающая свободу оценки доказательств, закрепленная в ч. 1 ст. 17 УПК РФ: «Судья, присяжные заседатели, а также прокурор, следователь, дознаватель оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью».

Совесть, «внутреннее убеждение» – понятия расплывчатые, не конкретные, и это позволяет нивелировать процессуальные недостатки имеющихся доказательств, что, в свою очередь, обязательно приводит к вынесению незаконных решений, основанных на субъективном мнении лица, осуществляющего предварительное следствие, надзор за следствием, поддерживающего государственное обвинение, рассматривающего дело в судебной инстанции.

В таких условиях задача адвоката заключается в том, чтобы свести на нет возможность вольной трактовки допустимости доказательств.

1. Первоочередное внимание нужно уделить вопросам соблюдения гарантированных Конституцией РФ прав человека и гражданина при собирании доказательств. Довод о том, что нарушены нормы основного закона государства, является очень эффективным.

2. Необходимо также проанализировать вопрос на предмет законности источников, из которых добыты доказательства. Законодатель категорично указывает, что если не установлен источник полученных доказательств либо есть сомнения в законности данного источника, то такие доказательства не являются допустимыми.

3. Проверить, получены ли доказательства уполномоченным на то должностным органом или лицом. Например, входит ли следователь или оперативный работник в состав следственной группы. По сложным, объемным и продолжительным уголовным делам на стадии предварительного следствия состав следственной группы иногда меняется, а постановление о включении в состав следственной группы нового сотрудника выносят с опозданием.

В моей практике были случаи, когда следователь обращался в суд с ходатайством об аресте имущества обвиняемого в целях обеспечения гражданского иска. А в материалах дела лежит постановление руководителя следственного органа о передаче данного уголовного дела другому следователю для дальнейшего осуществления предварительного следствия, датируемое несколькими днями ранее.

Убедиться, что при собирании доказательств использовались только указанные в законе процессуальные действия. Наглядным примером служат многочисленные телевизионные детективные сериалы, где горе-детективы подбрасывают «жучки» – аудио- и видеозаписывающие устройства – в квартиры подозреваемых ими лиц, вопреки Конституции РФ и уголовно-процессуальному законодательству.

Проверить соблюдение надлежащего порядка проведения и оформления процессуальных действий.

Главный довод защиты в вопросе допустимости доказательств, исходя из содержания норм ч. 2 ст. 50 Конституции РФ и ст. 75 УПК РФ буквально означает, что любое нарушение федерального закона влечет за собой недопустимость доказательства, полученного в ходе соответствующего процессуального действия.

Важность признания доказательства недопустимым трудно переоценить. И здесь речь идет не о том, чтобы помочь подзащитному любой ценой избежать уголовной ответственности, наказания за совершенное деяние, а о том, чтобы на каждом этапе – и на следствии, и в суде – неукоснительно соблюдался закон, и тогда окончательный вердикт по уголовному делу будет законным и обоснованным.

Публикуется по изданию:
Вестник Адвокатской палаты Республики Башкортостан. 2011.  № 1 (25)
(текст приведен в сокращении).

Pустэм АСЯНОВ,
адвокат коллегии адвокатов «Правовая защита»,
г. Уфа