×

«Правовое противостояние» пациента и врача: что поможет преодолению?

Почему в практику работы медучреждений нужно внедрять элементы медиации
Иванова Татьяна
Иванова Татьяна
Адвокат Палаты адвокатов Самарской области, к.ю.н.

За последние несколько лет идея внедрения процедур медиации в отдельных сферах стала трендом. Так, Уполномоченный по правам ребенка в РФ Анна Кузнецова выступает за обязательное введение семейной медиации, Минпросвещения России не раз высказывалось в поддержку школьной медиации.

Не является исключением и система здравоохранения. В соответствии с Федеральным проектом «Развитие системы оказания первичной медико-санитарной помощи» Национального проекта «Здравоохранение» (далее – Федеральный проект) страховыми медицинскими организациями в 2019–2024 гг. будет осуществляться досудебное урегулирование претензий застрахованных лиц к медучреждениям по результатам оказания им медицинской помощи.

Читайте также
Способы разрешения «медицинских конфликтов»
В каких случаях целесообразна медиация, а в каких предпочтительнее решение суда
06 июля 2021 Мнения

В 2019 г. Минздрав России представил на общественное обсуждение проект федерального закона о внесении поправок в законы об основах охраны здоровья граждан и об обязательном медицинском страховании. Данный законопроект нацелен на развитие в практике здравоохранения процедуры досудебного урегулирования споров между пациентами и медицинскими организациями.

На сегодняшний день центры медиации созданы во многих регионах страны. В ряде субъектов РФ – на базе областных министерств здравоохранения, в других – при некоммерческих организациях.

Необходимость внедрения процедуры досудебного урегулирования споров в здравоохранении очевидна: количество гражданских исков к медучреждениям со стороны пациентов, а также уголовных дел в отношении врачей неуклонно растет. По статистике СКР, в 2019 г. по 6,5 тыс. обращений было возбуждено 2168 уголовных дел, но в суды направлено гораздо меньше – 273. В первом квартале 2020 г. в суды передано для рассмотрения по существу 52 уголовных дела.

Таким образом, можно заключить, что в отношении врачей возбуждается довольно много уголовных дел, но абсолютное большинство из них прекращаются, не дойдя до суда. Это свидетельствует, с одной стороны, о наличии большого количества конфликтов, а с другой – об отсутствии иных механизмов их урегулирования, нежели обращение с заявлением в правоохранительные органы. При этом, как показывает практика, возбуждение уголовного дела в большинстве случаев никакого результата пациенту не приносит: «медицинские» дела длятся годами, все это время пациент ходит в следственные органы на допросы, на что-то надеется. Врач же, в свою очередь, эти годы живет в состоянии стресса, обусловленного уголовным преследованием. В результате, если уголовное дело прекращается, пациент не получает ни компенсации на поправку утраченного здоровья, ни извинений со стороны медучреждения или врача, ни морального удовлетворения от свершившегося правосудия.

Безусловно, в такой ситуации внедрение досудебных процедур примирения в системе здравоохранения представляется необходимым.

Тем не менее на практике медиация в системе здравоохранения применяется крайне редко. Большая часть научно-практических публикаций по этой теме посвящена теме полезности данной процедуры – по сути, популяризации медиации. Реальных кейсов крайне мало.

Мой субъективный опыт работы в здравоохранении позволяет утверждать, что причины сложности внедрения медиации в систему здравоохранения – в сознании самих медицинских работников. Лишь малая часть врачей, заведующих отделениями, организаторов здравоохранения в принципе готовы разговаривать с недовольным пациентом. Вступление в диалог зачастую воспринимается ими как капитуляция и признание вины.

Другая особенность: медработники зачастую пребывают в убеждении, что «кругом враги». В процессе общения с врачами и руководителями медучреждений в рамках круглых столов, форумов и др. доводится слышать о большом числе врачей, привлекаемых к уголовной ответственности. Когда им приводят указанные здесь статистические данные, согласно которым много уголовных дел возбуждаются, но из них в суд направляются не более 10%, медработники часто недоумевают. Основной их посыл: «на нас все нападают – начальство, проверяющие, пациенты, следователи, вокруг потребительский экстремизм, пациенты хотят только денег» – словом, «кругом враги». А как можно договариваться с врагами?

В то же время существует и положительная практика, когда руководство медучреждения удавалось убедить вступить с пациентом в переговорный процесс.

Приведу типичный пример. В больнице скончался тяжелый пациент. Его 20-летний сын намеревался взыскать с больницы деньги. Врачи говорить с ним не желали. С их стороны я слышала типичную в такой ситуации риторику: «Мы столько сделали для его отца, он должен быть нам благодарен, а он еще жалуется!» При этом под влиянием гнева и обиды врачи зачастую упускают из виду тот факт, что они все-таки выполняли свою работу, а чувство благодарности, следуя их логике, должно переполнять человека, потерявшего близкого. При этом понять то, что врачи выполняли свою работу качественно и профессионально, сын умершего пациента не мог вследствие отсутствия образования и понимания всех факторов, повлиявших на состояние отца и его смерть. Ему никто подробно не объяснил, что произошло.

Нам удалось убедить руководство медучреждения поговорить с сыном умершего пациента. Состоялась встреча, о которой нельзя сказать, что она прошла идеально корректно и гладко. Тем не менее молодому человеку показали медицинскую документацию и объяснили, отчего умер отец. Этого, а также разъяснения всех сложностей судебной процедуры взыскания компенсации оказалось достаточно, чтобы он отказался от намерения подавать иск к больнице.

По роду работы я взаимодействую как с врачами, так и с пациентами, и от каждого пациента, который ко мне обращается, слышу одни и те же слова: «Когда мы пришли в больницу разобраться в ситуации, с нами так ужасно разговаривали!» Чаще всего большая часть рассказа обратившегося посвящена именно этому, а не дефектам оказания медицинской помощи, и даже те пациенты, которых сложно назвать «потребительскими экстремистами», после такой беседы зачастую начинают искать «медицинского» адвоката.

Значение нацеленного на примирение переговорного процесса и переговорных навыков у работников медучреждений чрезвычайно велико. Внедрение в практику работы больниц если не полноценной медиации, то хотя бы ее элементов, а также обучение медработников переговорным навыкам – необходимое условие преодоления «правового противостояния» пациента и врача.

Рассказать:
Другие мнения
Коробов Олег
Коробов Олег
Адвокат АП Волгоградской области, управляющий партнер Волгоградской КА «Мейер и партнеры», к.ю.н., арбитр МКАС при ТПП РФ, доцент кафедры юриспруденции Волжского филиала ВолГУ
Право кредиторов на компенсацию за объекты, изъятые из оборота
Арбитражный процесс
Кассация поддержала доводы адвокатов о надлежащем способе защиты прав кредитора
29 февраля 2024
Дьякова Елена
Дьякова Елена
Адвокат АП Московской области, Коллегия адвокатов «Династия», кандидат юридических наук
Является ли смерть заемщика страховым случаем?
Страховое право
ВС указал, что доказать наличие оснований для невыплаты страхового возмещения должен страховщик
29 февраля 2024
Шмелев Евгений
Шмелев Евгений
Адвокат АП г. Москвы, КА г. Москвы «Адвокаты на Дубровке»
Требование инспектора ДПС о прохождении медосвидетельствования на состояние опьянения должно быть законным
Производство по делам об административных правонарушениях
Примеры из адвокатской практики
28 февраля 2024
Ершов Игорь
Ершов Игорь
Руководитель арбитражной практики АБ г. Москвы «Халимон и партнеры»
Один общий срок или ряд отдельных?
Арбитражный процесс
Проблемы применения срока давности при подаче нескольких исков в рамках одних и тех же правоотношений
27 февраля 2024
Антонов Алексей
Антонов Алексей
Адвокат АП Краснодарского края
Кража с банковского счета с использованием банковских карт
Уголовное право и процесс
Неприемлемо широкое толкование квалифицирующего признака, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ
27 февраля 2024
Маценко Максим
Маценко Максим
Адвокат АП Г. Москвы, руководитель уголовной практики Vinder Law Office
Кража, а не мошенничество
Уголовное право и процесс
Квалификация хищения незначительных сумм безналичных денежных средств
27 февраля 2024
Яндекс.Метрика