Мой доверитель в марте 2018 г. купил у банка вексель, который ему был предложен как альтернатива вклада. Оригинал ценной бумаги он не видел, так как одномоментно подписал с банком договор на хранение векселя. Поскольку банк солидный (ПАО «Азиатско-Тихоокеанский Банк»), подозрений у покупателя не возникло. Местом платежа по векселю было указано отделение банка, а в качестве плательщика – ООО «Финансово-торговая компания» (далее – ООО «ФТК»). При этом покупателю пояснили, что плательщик – дружественная банку компания, с которой проблем не будет.
Однако когда подошел срок оплаты по векселю, денег векселедержатель не получил. В банке ему отдали оригинал ценной бумаги и предложили обратиться напрямую в ООО «ФТК». Банк мотивировал это тем, что он лишь агент по продаже векселей и производит оплату, только если на счете ООО «ФТК» есть денежные средства, а в связи с отсутствием таковых выплата не может быть произведена.
После изучения документов, в том числе с помощью общедоступных интернет-ресурсов, я проверил плательщика по векселю. Оказалось, что ООО «ФТК» связано с владельцами банка, о чем, в частности, писали «Ведомости» со ссылкой на официальные комментарии представителей Центробанка РФ.
Однако самый интересный факт я обнаружил в картотеке арбитражных дел. Так, в июне 2018 г. – то есть всего лишь через три месяца после продажи векселя моему доверителю, – банк предъявил в Арбитражный суд г. Москвы иск о взыскании с ООО «ФТК» долга по кредиту в размере более 1,5 млрд руб. (дело № А40-129857/2018). А в июле того же года банк обратился с заявлением о банкротстве ООО «ФТК» (дело № А40-186166/2018).
Из этого стало понятно, что, во-первых, получить платеж по векселю от ООО «ФТК» фактически невозможно, а во-вторых, банк не мог не знать, что продал вексель неплатежеспособного лица.
Оставался только один вариант – оспаривать договор купли-продажи векселя и возвращать деньги доверителя, уплаченные за вексель.
От имени доверителя я предъявил иск о признании договора купли-продажи векселя недействительным, в качестве главного обоснования сославшись на ст. 10 ГК РФ, которую так не любят в судах общей юрисдикции (данная норма предлагает суду самостоятельно определить критерии добросовестного поведения в конкретном споре, что отклоняется от «картины правосудия» в общей юрисдикции).
Я указал, что банк действовал недобросовестно и злоупотребил правом, поскольку продал вексель заведомо неплатежеспособного лица. Банк знал это, но скрыл при заключении договора купли-продажи ценной бумаги. В подтверждение данного довода я сослался на судебные акты по тем делам, где банк взыскивал с ООО «ФТК» долг по кредиту и параллельно пытался его обанкротить.
Уже после того, как исковое заявление было подано, мне стало известно, что в апреле 2018 г. в банке проводилась проверка ЦБ РФ, которая выявила признаки «финансовой пирамиды» при продаже банком тех самых злополучных векселей – об этом писали РБК и «Российская газета» со ссылками на официальные комментарии Центробанка. Через суд я истребовал у банка акт проверки ЦБ РФ в части взаимоотношений с ООО «ФТК». Полученный документ подтвердил мои доводы. В нем содержались три важных вывода:
- в реализации векселей был заинтересован сам банк;
- в течение 2017 г. ООО «ФТК» терпело убытки, поэтому в продаже векселей отсутствовал экономический смысл;
- два дня спустя после продажи векселя моему доверителю банк признал выданный ООО «ФТК» кредит безнадежным к взысканию.
Последний факт явно указывал на то, что банк намеренно избавился от векселя, скрыв неплатежеспособность ООО «ФТК».
В ходе рассмотрения дела Советским районным судом г. Улан-Удэ выяснилось, что проблема приобрела характер бедствия в масштабах Сибири и Дальнего Востока: банк продал этих векселей на миллиарды рублей, пострадали в основном пенсионеры. Следом за мной в суды с аналогичными исками ринулись десятки человек. К некоторым делам подключилась местная прокуратура, однако ее действия не возымели существенного эффекта: предложить ничего нового прокуратура не смогла и просто повторяла в других делах уже озвученные доводы. В некоторых делах прокуратура вообще не смогла обосновать подачу иска от имени гражданина, и производство по делу прекращалось. Некоторые дела по иску прокурора оставляли без рассмотрения (см., например, дела в Советском районном суде г. Улан-Удэ № 2-242/2019, № 2-676/2019).
Несмотря на эти обстоятельства, суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска, указав, что в действиях банка отсутствует злоупотребление правом. При этом акту проверки Центробанка суд вообще не дал оценки (решение от 11 февраля 2019 г. по делу № 2-205/2019).
Не согласившись с решением, я обжаловал его в апелляцию.
В жалобе я акцентировал внимание апелляционной инстанции на двух основных моментах. Во-первых, суд не обосновал, почему действия банка нельзя считать злоупотреблением правом, – то есть, по логике суда, эти действия отвечают принципу добросовестности. Во-вторых, суд не дал оценку акту проверки ЦБ РФ.
Кроме того, до заседания выяснилось, что в Арбитражном суде г. Москвы рассматривалось дело № А40-219077/2018 по иску ООО «ФТК» к банку. Из обстоятельств этого дела следовало, что общество перечислило банку деньги для оплаты векселей всем покупателям. Банк, в свою очередь, необоснованно списал эти деньги в счет погашения долга ООО «ФТК» по кредиту. Суд удовлетворил иск и взыскал деньги с банка, однако к этому моменту в отношении общества уже была введена процедура банкротства, поэтому оно не могло производить выплаты по векселям.
Данный судебный акт я представил апелляционной инстанции, дополнительно указав, что при заключении договора банк скрыл факт неплатежеспособности векселедателя, а впоследствии забрал деньги, предназначенные покупателям векселей. Таким образом, он злоупотребил правом как до, так и после заключения сделки.
В итоге жалоба была удовлетворена, договор купли-продажи векселя признан недействительным, а деньги моему доверителю банк вернул (апелляционное определение Верховного Суда Республики Бурятия от 27 мая 2019 г. по делу № 33-1644).
В итоге при очевидной недобросовестности банка добиться справедливости удалось с большим трудом. Резюмируя, отмечу, что в подобных ситуациях целесообразно сначала проверить контрагента, с которым нужно оспорить сделку. Особенно помогут публикации в СМИ, обличающие недобросовестные действия будущего процессуального оппонента.
