×

Суд продлил срок содержания под стражей 75-летнему ученому, обвиняемому в госизмене

По мнению защиты, суд принял сторону следствия без какого-либо глубокого анализа медицинских документов, имеющихся в материалах дела
Фото: Иван Павлов
Ранее руководитель «Команды 29», адвокат Иван Павлов сообщал, что следователь предлагал Виктору Кудрявцеву заключить досудебное соглашение: взамен на признательные показания и оговор коллеги ему было предложено изменение меры пресечения на домашний арест, однако его подзащитный отказался.

18 декабря Лефортовский районный суд г. Москвы рассмотрел ходатайство следователя ФСБ о продлении срока содержания под стражей ведущего научного сотрудника Центрального института машиностроения Виктора Кудрявцева, которому инкриминируется государственная измена (ст. 275 УК).

Об этом на своей странице в Facebook сообщил один из защитников ученого, руководитель «Команды 29» адвокат Иван Павлов. В комментарии «АГ» он подчеркнул, что судебное заседание проходило в закрытом режиме в связи с наличием грифа секретности на многих материалах дела. Кроме того, с адвоката взята подписка о неразглашении государственной тайны (ст. 283 УК).

Читайте также
Содержание ученого в СИЗО – пытка с целью принудить к сделке со следствием
Гриф секретности усложняет доказывание невиновности Виктора Кудрявцева
29 Ноября 2018 Мнения

Как ранее рассказывал «АГ» Иван Павлов, в 2012–2013 гг. ЦНИИМаш вместе с другими российскими НИИ, а также иностранными исследовательскими институтами, в том числе бельгийским Фон Кармановским институтом гидродинамики, принимал участие в международном научном проекте. Соглашение о реализации проекта утверждалось в России на правительственном уровне, а сам проект был открытым и носил сугубо теоретический характер. Кудрявцев координировал проект со стороны ЦНИИМаша и отвечал за переписку от имени института с другими участниками проекта.

В июле 2018 г. в рамках проводимой ФСБ проверки Виктор Кудрявцев был задержан по подозрению в государственной измене. По версии следствия, в 2013 г. ученый по электронной почте направил в Фон Кармановский институт два письма с отчетами по проекту, в которых якобы содержались совершенно секретные сведения. В постановлении о привлечении Кудрявцева в качестве обвиняемого Фон Кармановский институт был представлен уже не как партнер в одобренном Правительством России в 2012 г. международном научном проекте, а как структура НАТО, воспринимаемая ФСБ как враждебная по отношению к России шпионская организация.

Иван Павлов отмечал, что в силу наличия грифа секретности на многих материалах дела защита стеснена в средствах, которыми можно оперировать, доказывая невиновность подзащитного. Но выдвинутое обвинение он назвал не только ошибочным, но и абсурдным.

Адвокат рассказал, что следователь отказывается предъявить защите инкриминируемые письма с отчетами, что нарушает право Виктора Кудрявцева знать и понимать выдвинутое обвинение. Также он отметил, что все отправляемые ученым отчеты проходили предварительное обсуждение в «режимных» комиссиях при ЦНИИМаше, в которых готовились заключения о возможности опубликования содержащейся в них информации. Кроме того, у Виктора Кудрявцева уже более двадцати лет не было допуска к совершенно секретным сведениям.

Однако Лефортовский суд удовлетворил ходатайство следователя Следственного управления ФСБ об избрании Кудрявцеву меры пресечения в виде заключения под стражу.

Адвокат подчеркивал, что для 75-летнего человека, страдающего диабетом, гипертонией, с проблемами эндокринной системы и последствиями перенесенного инфаркта избрание меры пресечения в виде содержания под стражей равносильно смертному приговору. При этом следователем при обыске квартиры были изъяты все медицинские документы Кудрявцева, что лишило защиту возможности документально подтвердить проблемы со здоровьем при избрании меры пресечения.

Иван Павлов также указал, что никаких объективных данных, свидетельствующих о необходимости избрания столь строгой меры пресечения, следствием в суд представлено не было. «Просто исходя из официальной статистики Лефортовский районный суд никогда не отказывал в ходатайствах об избрании меры пресечения, если эти ходатайства направлены из Следственного управления ФСБ», – добавил он.

В сентябре по ходатайству защиты было проведено медицинское освидетельствование Кудрявцева. «Хотя комиссия врачей не нашла у него входящих в правительственный перечень заболеваний, препятствующих содержанию под стражей, тем не менее выявила ряд тяжелых заболеваний, которые без должного врачебного контроля напрямую угрожают жизни», – отметил адвокат, добавив, что экспертная комиссия рекомендовала Кудрявцеву находиться под постоянным наблюдением сосудистого хирурга и нефролога, а также ежедневно ходить по 3–5 км на свежем воздухе. «Ни одной из этих возможностей в лефортовском СИЗО нет», – подчеркнул он, сообщив, что все эти обстоятельства были отмечены в акте, который подписали семь членов Общественной наблюдательной комиссии г. Москвы.

18 декабря в суде защита ходатайствовала о приобщении этого акта к материалам дела, однако получила отказ. Также суд отказался приобщить заключение нефролога, которая посетила Виктора Кудрявцева в СИЗО в ноябре. «Мы представили суду заключение, в котором врач указала очень высокий уровень риска осложнений – вплоть до смерти – заболеваний, имеющихся у Кудрявцева. Но этот документ тоже отказались приобщать к материалам дела», – добавил защитник.

Иван Павлов рассказал, что по итогам заседания суд принял решение о продлении срока содержания Виктора Кудрявцева под стражей еще на три месяца. «Суд принял сторону следствия без какого-либо глубокого анализа медицинских документов, имеющихся в материалах дела, – отметил он. – Был указан стандартный набор, что, оставаясь на свободе, мой доверитель может скрыться от органов предварительного следствия или суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям или потерпевшим по уголовному делу, принять меры по сокрытию или уничтожению доказательств либо иным путем воспрепятствовать производству по делу и т.д. То есть раз есть ноги – может скрыться, есть голова – значит, продолжит заниматься преступной деятельностью, есть руки – сможет испортить доказательства или иным образом воспрепятствовать ходу расследования».

По словам адвоката, суд занял «страусиную позицию», отказавшись не то что оценивать, но даже приобщать к материалам дела документы, которые собрала сторона защиты. Он подчеркнул, что оценивает постановление суда как «бессовестное решение», о чем сообщил суду. «Люди, которые настаивают на продолжении содержания под стражей больного старика, не имеют совести, а совесть – вполне юридическая категория, которая указана в ст. 17 УПК. Именно совестью должны руководствоваться при совершении всех действий и следователь, и прокурор, и судья», – резюмировал Иван Павлов, в заключение добавив, что защита готовится обжаловать постановление суда.

Отметим, содержание пожилого ученого в СИЗО вызвало резонанс в российских и международных правозащитных структурах. Петиция за освобождение Кудрявцева, которую подписали более 120 тыс. человек, была передана руководству ФСБ и в Администрацию президента. На странице Ивана Павлова в Facebook размещен официальный ответ руководителя следственного органа. В нем указано, что обращение в Администрацию президента от 14 ноября было рассмотрено, причастность Кудрявцева в совершении инкриминируемого ему преступления полностью подтверждается материалами уголовного дела, в связи с чем оснований для отмены или изменения избранной ему меры пресечения не имеется.

Ранее адвокат отмечал, что следователь предлагал Кудрявцеву заключить досудебное соглашение: взамен на признательные показания и оговор коллеги ему было предложено изменение меры пресечения на домашний арест, однако Кудрявцев отказался. «Назвать то, что сейчас происходит с Виктором Кудрявцевым, можно только одним словом – и слово это – “пытка”. Люди, которые сейчас удерживают его в изоляторе, должны быть готовы взять на себя ответственность не только за пытки, но и за возможную смерть в изоляторе человека, чья вина не доказана и не признана никаким судом, чье обвинение – абсурдно», – подчеркивал он.

Рассказать: