×

ВС защитил врача от негативных отзывов в Сети

Суд отметил, что врач не может реагировать на критику реальных пациентов из-за врачебной тайны, а анонимные негативные сообщения нельзя проверить на предмет их объективности
Адвокаты позитивно оценили определение ВС РФ. Одна из них полагает, что оно окажет существенное влияние на совершенно неконтролируемый “рынок отзывов” о врачах, живущий за счет монетизации чужих персональных данных. Другая отметила, что выводы Суда имеют значение при установлении равновесия между защитой частной жизни и свободой слова, а также определении критериев, по которым возможно вмешательство СМИ в частную жизнь гражданина.

Верховный Суд опубликовал Определение № 14-КГ19-15 по спору о прекращении обработки персональных данных врача и удалении с интернет-сайта ее профиля, который был создан разработчиком ресурса против воли медика.

Суды отказались удовлетворять иск врача к интернет-ресурсу

В мае 2018 г. Г. обнаружила свои персональные данные в виде профиля врача областного консультативно-диагностического центра на публичном сайте, на котором анонимные пользователи оставляли негативные отзывы о ее работе. Она потребовала от администратора сайта удалить сведения о ней, а после отказа обратилась в суд с иском к ООО «МедРейтинг», создавшему ресурс, о прекращении обработки ее персональных данных и удалении ее профиля. Истец просила взыскать с ответчика 150 тыс. руб. в качестве компенсации морального вреда в связи с неудовлетворением претензии в досудебном порядке. По мнению врача, обработка ответчиком ее персональных данных, создание помимо ее воли персонального профиля, под которым каждый желающий анонимно может размещать свои субъективные суждения о ней и о ее профессиональной деятельности, нарушают ее право на неприкосновенность частной жизни.

В ходе разбирательства суды установили, что на спорном сайте, который зарегистрирован как электронное СМИ, имеется многотысячный список практикующих в России врачей. В отношении каждого создан профиль с указанием его ФИО, должности и места работы, а также предоставлена возможность оставления отзывов о его врачебной деятельности. Персональные данные попадают на ресурс с общедоступных сайтов лечебных учреждений, так как те публикуют их во исполнение требований Закона об основах охраны здоровья граждан. Условием для размещения отзывов является предоставление пользователями сайта данных о посещении врача. В свою очередь, у медучреждений и врачей есть право на опровержение размещенной информации.

В суде Г. утверждала, что ответчик, предоставив возможность неограниченному кругу интернет-пользователей анонимно оставлять комментарии, привлек к ней излишнее внимание, а также спровоцировал сбор негативной информации, которая распространялась в необработанном виде и без какой-либо предварительной проверки. По мнению истца, сайт является по существу справочником, каталогом врачей, из которого она вправе требовать удаления сведений о себе на основании ч. 2 ст. 8 Закона о персональных данных.

В возражениях ООО «МедРесурс» отметило, что отзывы пользователей модерировались, редактировались и размещались при условии подтверждения факта оказания медпомощи талоном на прием к врачу или медицинскими документами. Общество добавило, что по обращению истца проводилась дополнительная проверка, а ее требование удалить информацию обусловлено желанием скрыть свои ошибки и недостатки в профессиональной деятельности.

Суд отказал в удовлетворении иска исходя из того, что использованные ответчиком персональные данные истца не относятся к сведениям, которые СМИ не вправе разглашать в распространяемых сообщениях и материалах. При этом был учтен подп. 8 ч. 1 ст. 6 Закона о персональных данных, которым допускается их обработка, необходимая для осуществления профессиональной деятельности журналиста или законной деятельности СМИ, если при этом не нарушаются права и законные интересы субъекта персональных данных. Первая инстанция также заключила, что в рассматриваемом случае информация об истце размещена на сайте не с целью причинить ей вред, а с целью доведения до общественности объективной информации о медицинских услугах.

Апелляция поддержала это решение, дополнительно указав, что факт распространения ответчиком сведений о частной жизни Г. не установлен, а его действия не нарушили ее прав, так как для обработки общедоступных персональных данных не требуется согласия их субъекта. Вторая инстанция добавила, что требование истца о прекращении обработки ее персональных данных не может повлиять на их дальнейшую обработку в целях осуществления профессиональной деятельности журналиста и законной деятельности СМИ.

В кассационной жалобе в Верховный Суд врач просила отменить вынесенные по ее делу судебные акты как незаконные.

Верховный Суд встал на защиту персональных данных врача

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ отметила, что рассматриваемый спор, по сути, затрагивает права истца на неприкосновенность ее частной жизни и права СМИ свободно искать, получать и распространять информацию с использованием персональных данных. При этом само содержание распространенной ответчиком информации (в частности, ее достоверность) предметом спора не являлось.

Со ссылкой на положения Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ряд постановлений ЕСПЧ и положения российского законодательства Верховный Суд указал на неверный вывод апелляции о том, что ответчиком не распространялись сведения о частной жизни Г. «Право на защиту частной жизни, включающее защиту персональных данных, и право на свободу поиска, передачи и распространения информации, включая свободу средств массовой информации, могут являться конкурирующими правами. Реализация права на свободу слова и распространение информации, включая журналистскую деятельность, должна учитывать право на защиту частной жизни. Объем, а также способ сбора и распространения информации о частной жизни, включая объем персональных данных, должны соответствовать общественной потребности в данной информации, а также правомерной цели ее сбора и распространения. При установлении равновесия между защитой частной жизни и свободой слова должна быть определена значимость вклада обнародования тех или иных сведений в дискуссию по вопросам, представляющим интерес для общества, поскольку п. 2 ст. 10 Конвенции практически не допускает ограничений политических высказываний и дискуссий по вопросам, представляющим общественный интерес», – отмечено в определении.

ВС перечислил критерии, по которым возможно вмешательство СМИ в частную жизнь гражданина, для установления баланса между конкурирующими правами. Среди них: определение, каков вклад этой информации в обсуждение общественно значимых вопросов; степень известности человека, интересы которого были затронуты; предмет информационного сообщения; предыдущее поведение лица, интересы которого были затронуты; содержание, форма и последствия опубликованных сведений. Кроме того, должны учитываться способ получения информации и ее достоверность.

Со ссылкой на п. 25 Постановления Пленума ВС РФ от 15 июня 2010 г. № 16 Суд отметил, что к общественным интересам следует относить не любой проявляемый аудиторией интерес, а, например, потребность общества в обнаружении и раскрытии угрозы демократическому правовому государству и гражданскому обществу, общественной безопасности, окружающей среде. Поскольку жизнь и здоровье человека относятся к общепризнанным конституционным ценностям, обсуждение вопросов о состоянии здравоохранения и качестве медицинской помощи, безусловно, имеет большое общественное значение.

Высшая судебная инстанция добавила, что государственные обязанности по проверке качества медпомощи и доступности информации в сфере здравоохранения (в том числе обязанность медучреждений публиковать данные о врачах, их образовании и уровне квалификации) сами по себе не исключают потребность общества в обсуждении этих вопросов в СМИ, включая сбор отзывов пациентов о качестве оказанной им медпомощи и опубликование этих сведений. Между тем объем информации о конкретных врачах, включая их персональные данные, а также способ получения и распространения этой информации должны быть соотнесены с правом каждого врача на защиту частной жизни.

Как пояснил ВС РФ, спорный сайт не относится к справочникам или каталогам, а является СМИ, поэтому содержащиеся на нем сведения являются продуктом журналистской деятельности. Он счел, что нижестоящие суды не дали оценку тому, представляет ли обсуждение деятельности Г. как врача конкретного медицинского учреждения общественный интерес, является ли она публичной фигурой, к каковым относятся лица, занимающие государственную или муниципальную должность, играющие существенную роль в общественной жизни в сфере политики, экономики, искусства, спорта или любой иной области. Иными словами, при рассмотрении дела следовало принимать во внимание общественную значимость дискуссии относительно деятельности Г.

Читайте также
КС подтвердил, что СМИ вправе публиковать информацию о публичной персоне без ее согласия
При этом Суд отметил, что герой публикации всегда вправе потребовать исключения ссылки на спорную статью в Интернете из результатов поиска
13 Марта 2019 Новости

Верховный Суд отметил, что ссылка апелляционной инстанции на положения Закона об основах охраны здоровья граждан в РФ лишь предписывает в обязательном порядке публиковать на сайте лечебного учреждения список работающих в нем врачей. Следовательно, она преследует цель по оценке качества условий оказания услуг указанным медучреждением, в то время как конструкция профиля Г., размещенного на спорном интернет-ресурсе, предполагает персональную оценку деятельности только истца.

«Кроме того, при разрешении спора о соблюдении баланса интересов между защитой частной жизни и свободой слова суду следовало установить, имелись ли у истицы эффективные средства для удаления на созданном ответчиком ее профиле комментариев ее деятельности как врача, принимая во внимание, что частично комментарии являлись анонимными, в связи с чем представляется затруднительным определить объективность высказанного мнения, а на те комментарии, которые подписаны реальными лицами и в которых содержится критика профессиональной деятельности Г., она не может надлежащим образом отреагировать, будучи ограничена врачебной тайной», – отметил ВС, отменив акты нижестоящих инстанций и отправив дело на новое рассмотрение в апелляцию.

Эксперты «АГ» прокомментировали выводы Суда

Комментируя определение, адвокат, управляющий партнeр АБ «Онегин» Ольга Зиновьева отметила, что само по себе аккумулирование сайтами-агрегаторами отзывов пользователей товаров, работ и услуг является крайне полезным инструментом, влияющим на выбор потребителя.

«Все мы в той или иной степени ориентируемся на отзывы предыдущих пользователей об отелях, бытовых товарах, учитываем мнение других родителей о школах при выборе учебного заведения для своего ребенка. Казалось бы, по какой причине такой же механизм не может быть применен для сбора отзывов и рейтингования врачей? Дело в особом правовом регулировании медицинской деятельности, которое обязывает врача сохранять врачебную тайну (в отличие от школы, продавца утюгов или отельера), что полностью блокирует для него всякую эффективную возможность реагировать на несправедливый или ложный отзыв: как только врач делает попытку коммуникации с такими сайтами-агрегаторами, он вынужден нарушить ст. 13 Закона об основах охраны здоровья граждан в РФ, определяющую, что сам факт обращения гражданина за медицинской помощью подлежит сохранению в тайне. При этом врачебная тайна отнесена законодателем к важнейшим принципам охраны здоровья», – пояснила она.

По словам эксперта, сайты-агрегаторы отзывов прекрасно осведомлены об этой коллизии и совершенно безнаказанно ею пользуются. «Они декларируют модерацию и проверку отзывов, в действительности выполняя только функцию проверки реальности обращения, и то только после жалобы врача на недостоверность отзыва (врач жалуется агрегатору, тот запрашивает у пациента, оставившего отзыв, доказательства посещения врача, на этом модерация заканчивается). Иными словами, сайт отождествляет проверку действительности визита с достоверностью отзыва на качество оказанной медицинской помощи. При этом я очень сомневаюсь, что агрегатор, чья деятельность была подвергнута критике Верховным Судом РФ, действительно проверяет эти обстоятельства: непохоже, что на такую проверку у него есть необходимые ресурсы», – отметила адвокат.

Ольга Зиновьева добавила, что сбор сведений о враче как субъекте персональных данных без его ведома и согласия также противоречит праву на охрану частной жизни. «Согласно Определению КС РФ № 248-О от 9 июня 2005 г. право на неприкосновенность частной жизни означает в том числе предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о себе», – пояснила она.

Адвокат выразила уверенность в том, что определение ВС окажет существенное влияние на совершенно неконтролируемый “рынок отзывов” о врачах, живущий за счет монетизации чужих персональных данных: «Оно должно упорядочить практику публикации любых (в том числе положительных) отзывов без согласия субъектов персональных данных, которые не имеют легальной возможности защитить свое доброе имя в правовом поле».

По мнению эксперта, Верховный Суд сделал больше, чем от него ожидалось. «Предоставив нижестоящим судам “канву” рассмотрения всех таких споров в дальнейшем, указав вопросы, ответы на которые в конкретных процессах дадут возможность найти баланс между частным и общественным интересом, ВС РФ увидел также и ограниченность средств борьбы врача против недостоверных отзывов – он подтвердил, что возможность врача эффективно опровергать негативный отзыв ограничена врачебной тайной, которая делает невозможным раскрытие любой информации», – отметила Ольга Зиновьева.

Адвокат добавила, что можно рассчитывать на изменение правового ландшафта в обозримом будущем: сайты-агрегаторы либо учтут позицию ВС и разработают эффективный механизм проверки отзыва на предмет его достоверности, либо столкнутся с массовыми заявками на удаление отзывов, судебными процессами и блокировкой конкретных страниц или всего ресурса со стороны органов государственного контроля за массовое использование чужих персональных данных.

Адвокат МКА «СЕД ЛЕКС», старший партнер «Альтависта» Валерия Аршинова согласилась, что при небольшой судебной практике по данной категории дел определение Верховного Суда имеет значение в будущей деятельности судов при установлении равновесия между защитой частной жизни и свободой слова, а также определении критериев, по которым возможно вмешательство СМИ в частную жизнь гражданина.

«В настоящее время существует большое количество ресурсов, подобных указанному в деле, которые, например, размещают сведения об адвокатах и отзывы о них. Получается, что, предоставляя информацию для общего пользования в силу требований закона, субъект персональных данных не защищен. Однако даже в данном случае гражданин не может быть лишен права на защиту частной жизни и защиту своих персональных данных. СМИ не должны злоупотреблять своими правами и обрабатывать персональные данные без согласия владельца, поскольку они формируют общественное мнение при распространении информации и не являются оператором обработки персональных данных», – полагает она.

Эксперт особо выделила вывод ВС о том, что нижестоящими судами не дано оценки тому, представляет ли обсуждение деятельности врача общественный интерес, является ли она публичной фигурой. «Например, в делах о защите чести, достоинства, деловой репутации суды при рассмотрении дел по искам лиц, являющихся политическими деятелями, а также занимающих те или иные должности в органах государственной власти или местного самоуправления, учитывают положения ст. III и IV Декларации о свободе политической дискуссии в средствах массовой информации, согласно которым политические деятели, стремящиеся заручиться общественным мнением, соглашаются стать объектом общественной политической дискуссии и критики в средствах массовой информации. Государственные должностные лица могут быть подвергнуты критике в средствах массовой информации в отношении того, как они исполняют свои обязанности, поскольку это необходимо для обеспечения гласного и ответственного исполнения ими своих полномочий. Врачи же или юристы не всегда согласны стать объектами критики и дискуссии, хоть и являются в силу своей профессии в некотором смысле публичными людьми, поэтому при публикациях о них, конечно же, необходимо учитывать право на неприкосновенность частной жизни», – заключила Валерия Аршинова.

Рассказать: