×

АГ-Ракурс

Оправдание по канонам Генри Резника

Приморские адвокаты использовали аргументацию мэтра для своей защиты
Валерий Жуков
Валерий Жуков
Редактор раздела «АГ-Ракурс», ранее – главный редактор портала Legal.Report (2017–2019), заместитель главного редактора портала «Право.ru» (2009–2015). Лауреат премии Москвы в области журналистики

Оправдательным приговором завершилось уголовное преследование приморских адвокатов Якова Шейнина и Сергея Голованюка, которым инкриминировали вмешательство в деятельность суда из-за переговоров с потерпевшей стороной. Попытка следствия криминализировать контакты адвокатов с другими участниками уголовного процесса потерпела фиаско во многом благодаря использованию опыта защиты по схожему делу вице-президента ФПА Генри Резника.

Результаты прослушки

Адвокаты АП Приморского края Яков Шейнин и Сергей Голованюк были защитниками бывшего мэра Владивостока Игоря Пушкарёва, чье коррупционное дело рассматривалось Тверским районным судом г. Москвы. Интересы потерпевшего МУП «Дороги Владивостока» на процессе представлял московский адвокат Владимир Андрусенко, соглашение с которым предприятие решило расторгнуть после смены директора.

Адвокаты Шейнин и Голованюк дважды встречались с новым директором В., убеждая его не разрывать договор с Андрусенко и – как потом заключит следствие – сформировать с ним совместную позицию о том, что «Дорогам Владивостока» ущерб причинен не был. Вскоре после этого предприятие уведомило суд, что не будет в дальнейшем направлять своего представителя и решение по делу оставляет на усмотрение суда. А два месяца спустя, в феврале 2019 г., о встречах с адвокатами на судебном допросе рассказал директор МУП.

Как оказалось, беседы защитников с В. записывались сотрудниками ФСБ. Приморское управление спецслужбы направило письмо о результатах прослушки в региональный главк Минюста, а тот обратился в Адвокатскую палату Приморского края с представлением о привлечении адвокатов Шейнина и Голованюка к дисциплинарной ответственности. Тем временем в апреле 2019 г. бывший мэр был осужден на 15 лет, а по иску Генпрокуратуры с него взыскали 143 млн руб. в пользу «Дорог Владивостока».

Странные доказательства

Адвокатской палате полученные оперативные материалы показались малоубедительными. «Непонятно, чем они руководствовались, когда направляли результаты ОРД в управление Минюста, – недоумевал руководитель Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов при Совете АП ПК Алексей Ананьев. – Результаты ОРД могут служить только для определенных целей – в законе они указаны: для выявления, пресечения, раскрытия преступлений, антикоррупционных мероприятий. Но никак не для того, чтобы, как они поступили, выявлять нарушения адвокатами норм Кодекса профессиональной этики адвоката. Мало того, материалы, которые они направили в управление Минюста, – не копии документов, а просто распечатанные с компьютера тексты, заверенные печатью и неразборчивой подписью. Что абсолютно неправильно».

Летом 2019 г. по итогам рассмотрения дисциплинарного дела квалификационная комиссия палаты, в которую входят представители и судейского сообщества, и того же ГУ Минюста, единодушно заключила, что в действиях Шейнина и Голованюка отсутствует состав дисциплинарных проступков. Совет АП ПК согласился с этими выводами и также единогласно вынес решение о прекращении дисциплинарного производства.

Запоздалый визит в палату

Однако эта неудача не смутила правоохранителей. В марте 2020 г. краевое СУ СКР по поступившим из прокуратуры материалам УФСБ возбудило в отношении адвокатов Якова Шейнина и Сергея Голованюка уголовное дело по ч. 1 ст. 294 УК РФ (воспрепятствование осуществлению правосудия). «Все действия, описанные в постановлении о возбуждении уголовного дела, а речь о тех же самых действиях, а не каких-либо новых, – отмечал Алексей Ананьев, – ранее были предметом рассмотрения уполномоченными органами в установленном законом порядке. И все эти действия были признаны не нарушающими Кодекс профессиональной этики адвоката. Соответственно, если не было нарушения КПЭА, как можно ставить вопрос о том, что указанные действия были незаконными?..»

Через полторы недели, видимо, спохватившись, следствие провело в АП ПК выемку документов и изъяло материалы дисциплинарного производства в отношении Шейнина и Голованюка. К самой процедуре выемки у палаты претензий не было – сотрудники СУ СКР действовали в рамках закона и изъятые материалы потом были возвращены в адвокатскую палату. Но вот последовательность действий следователей выглядела по меньшей мере странно. «Насколько я знаю, в момент возбуждения дела у следствия не было материалов, находившихся в адвокатской палате, – говорит Алексей Ананьев. – Они уже после возбуждения дела, поняв свою ошибку, решили изъять названные документы в палате. Но уже вдогонку, так нельзя. Надо было, видимо, сперва эти материалы истребовать из палаты, а далее принимать решение, возбуждать дело или нет, с учетом упомянутых материалов».

В заключении, подготовленном Комиссией по защите профессиональных прав адвокатов при Совете АП ПК, отмечалось, что описанные в постановлении о возбуждении уголовного дела и поручении производства предварительного расследования действия адвокатов Якова Шейнина и Сергея Голованюка связаны с их профессиональной деятельностью в качестве адвокатов и ранее в установленном порядке были признаны законными и не нарушающими соответствующих положений КПЭА. «Решение о возбуждении уголовного дела – незаконно и не основано на полных материалах, – констатировал Алексей Ананьев. – Я не знаю, как органы следствия будут описывать и доказывать незаконность действий адвокатов при наличии заключения квалификационной комиссии и решения Совета палаты, которые не отменены».

Отвод всему судейскому сообществу региона

Правоохранители все же попытались улучшить судебные перспективы разваливающегося обвинения. Приморская крайпрокуратура обратилась в суд с ходатайством об изменении территориальной подсудности дела – слушания предлагалось перенести в Амурскую область. Она не граничит с Приморским краем, находится в другом часовом поясе, расстояние от Владивостока до Благовещенска составляет без малого 1,5 тыс. км, авиарейсы выполняются только три раза в неделю, а проезд по железнодорожной дороге занимает больше суток. Но у этого региона, как указывала в своих возражениях защита адвокатов, имелось важное для обвинителей достоинство – областную прокуратуру там долгое время возглавлял действующий прокурор Приморского края.

Необходимость переноса процесса гособвинение мотивировало, в частности, тем, что заместитель председателя Приморского краевого суда Наталья Чугункина является членом Квалифкомиссии АП ПК и участвовала в заседании, на котором было признано, что в действиях Якова Шейнина и Сергея Голованюка отсутствует состав дисциплинарного проступка. Кроме того, по мнению прокуратуры, оба обвиняемых адвоката обладают широким кругом знакомств среди должностных лиц правоохранительных и надзирающих органов Приморья. А бывший мэр Игорь Пушкарёв, в интересах которого действовали защитники, имеет устойчивые связи с сотрудниками правоохранительных органов и судейского корпуса Приморского края и может повлиять на позицию местной Фемиды.

Однако на судью Девятого кассационного суда общей юрисдикции эта аргументация не произвела должного впечатления, и в изменении подсудности было отказано. «Профессиональная и общественная деятельность обвиняемых сама по себе не свидетельствует о наличии оснований для отвода всему судейскому сообществу Приморского края, – отмечалось в постановлении кассации. – Тем более что эти доводы представления носят произвольный, предположительный характер, они не основаны на каких-либо объективных данных. Что касается другой информации, содержащейся в ходатайстве, то она непосредственного отношения к исполнению судьями Приморского края судейских обязанностей не имеет и не свидетельствует о наличии обстоятельств, дающих полагать, что они лично, прямо или косвенно заинтересованы в исходе данного уголовного дела».

В дальнейшем заместитель генпрокурора Виктор Гринь опротестовал постановление в Верховном Суде, и дело было передано на рассмотрение в Центральный районный суд г. Хабаровска. Этот город ранее предлагала и защита, указывая, что он находится в одном часовом поясе с Владивостоком на расстоянии 761 км, авиарейсы выполняются дважды в день, а поездка железнодорожным транспортом занимает ночь.

За истечением срока давности

В ходе расследования к первоначально вмененному адвокатам составу добавилось также обвинение по ч. 2 ст. 35 УК РФ (совершение преступления группой лиц по предварительному сговору).

Ко времени рассмотрения дела в суде срок давности по преступлению истек. Поэтому гособвинение предложило приговорить Шейнина к штрафу в 120 тыс. руб., а Голованюка – в 100 тыс. руб. и освободить их от наказания по нереабилитирующим основаниям. Однако адвокаты с этим не согласились, требуя полного оправдания.

По версии обвинения, главными и конечными целями преступных действий защитников были вмешательство в деятельность судьи Тверского суда г. Москвы Дмитрия Гордеева и воспрепятствование ему в отправлении правосудия по уголовному делу путем сообщения через директора МУП «Дороги Владивостока» В. и адвоката Андрусенко недостоверных сведений об обстоятельствах инкриминируемых деяний, формирования у судьи ложного убеждения о непричастности к ним подсудимых, несоответствии выводов следствия фактическим обстоятельствам дела, недостоверности собранных по делу доказательств для вынесения незаконного оправдательного приговора.

Встреча по правилам этикета

На выдвинутые обвинения защита адвокатов возражала, что под воспрепятствованием осуществлению правосудия закон понимает воздействие на судью, а в совершении таких действий они не обвинялись. «Наши встречи с директором МУП “Дороги Владивостока” были направлены на продолжение участия в уголовном деле представителя потерпевшего, которому предстояло выступить в судебных прениях, – говорил Яков Шейнин. – На стадии предварительного следствия иные представители этого потерпевшего выражали мнение об отсутствии ущерба, такой же позиции придерживался представитель потерпевшего в суде. Его мнение, основанное на оценке доказательств по делу, обвинение пытается представить как ложные показания и вмешательство в деятельность судьи, что свидетельствует о неправильном понимании и применении уголовного закона органом предварительного следствия».

Шейнин также заметил, что, хотя характер общения адвокатов с В. вообще не имеет значения для квалификации их действий по ч. 1 ст. 294 УК РФ, согласно заключению проведенной следствием психолого-лингвистической экспертизы беседа происходила в подчеркнуто вежливой форме, с соблюдением основных правил этикета. «В этом документе отмечено, что общение было открытым, доступным и свободным, – подчеркнул он. – Как следует из этого экспертного заключения, я не занимал в коммуникации доминирующего положения, т.е. не имел того самого права/власти принуждать, заставлять собеседника В. исполнять какие-либо действия».

По словам Якова Шейнина, схожие обстоятельства были в уголовном деле адвоката Александра Лебедева, оправданного приговором Тверского суда г. Москвы: «В его деле суд указал, что объектом преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 294 УК РФ, являются правоотношения по реализации конституционного принципа независимости суда. Доведение участником уголовного процесса до суда в судебном заседании своей правовой позиции по делу не может быть ни вмешательством в деятельность суда, ни дачей ложных показаний».

Как мэтр разгромил обвинение

О деле Александра Лебедева «АГ-Ракурс» подробно писал летом 2020 г. Вице-президент ФПА Генри Резник, который выступал защитником адвоката, не оставил камня на камне от обвинения, которое, как он полагал, могло создать очень опасный прецедент для корпорации. Лебедеву ставили в вину представление суду полученного от доверителя документа, который был получен задним числом. «В этой ситуации мог оказаться любой адвокат: по сути, меня обвинили в том, что я не проверил документы, представленные мне доверителем, а в обязанность адвоката это не входит», – говорил он.

«Обязательным признаком состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 294 Уголовного кодекса, – заявил в своей речи на процессе Генри Резник, – является наличие у субъекта специальной цели – воспрепятствование осуществлению правосудия, выражающегося в склонении судьи к принятию незаконного и несправедливого решения… Статья 294 УК РФ производна от двух законов – “О судебной системе” и “О статусе судей”. В них говорится о недопустимости незаконного, внепроцессуального воздействия на судей. И во всех научных и практических источниках содержится именно это толкование. Иное означало бы насилие над русским языком. Слово “вмешательство” имеет в нем два значения. Первое – вторжение в чьи-либо дела, отношения; второе – действия, пресекающие, останавливающие что-либо».

В деле Александра Лебедева, как полагает Генри Резник, «удалось защитить базовую основу нашей деятельности – доверительное отношение с подзащитным, а также право адвоката активно противостоять обвинению».

Тревожная тенденция

Генри Резник с самого начала консультировал приморских адвокатов, о чем с благодарностью рассказывает Яков Шейнин. Как отмечает мэтр, их уголовное дело находилось у него на контроле как у председателя Комиссии Совета ФПА по защите прав адвокатов. «Приморские адвокаты связывались со мной и советовались по этому уголовному делу. Рассматриваемый случай в очередной раз иллюстрирует тенденцию Следственного комитета России и органов прокуратуры расширить основания применения ст. 294 УК РФ и распространить ее на законные действия адвокатов-защитников», – считает он.

В обвинении приморских адвокатов Генри Резник усмотрел аналогию с уголовным делом не только Александра Лебедева, но и Дагира Хасавова. «По всей вероятности, в СКР нет четких представлений о применении вышеуказанной статьи в случаях с адвокатами. К примеру, уголовное дело Лебедева было передано в суд и закончилось оправданием, а по делу Хасавова ст. 294 УК РФ в итоге была удалена из обвинения на предварительном следствии. И в уголовном деле Хасавова, и в деле приморских адвокатов речь идет об одних и тех же действиях – контактах защитников с потерпевшими, но сам по себе такой контакт не может быть криминализирован. Дело в том, что сама встреча защитников с потерпевшими не воспрещается законодательством РФ, и такой обмен мнениями происходит по многим уголовным делам.

Кроме того, в ст. 294 УК РФ речь идет именно о лицах, ответственных за проведение процесса, – продолжает вице-президент ФПА. – То есть о судьях, прокурорах, следователях и дознавателях, постороннее воздействие на которых недопустимо. Какие-либо контакты адвокатов с другими участниками уголовного процесса (потерпевшими, экспертами, свидетелями) не могут расцениваться как посягательство на судейскую независимость».

Важное событие для всей корпорации

25 марта Центральный районный суд г. Хабаровска вынес оправдательный приговор Якову Шейнину и Сергею Голованюку, указав на отсутствие в их действиях состава преступления по ст. 294 УК РФ. Адвокат Голованюка Максим Колесников признался «АГ-Ракурсу», что в своей речи в процессе он использовал выдержки из выступления Генри Резника по делу Лебедева.

Комментируя приговор, президент АП Приморского края Борис Минцев подчеркнул, что он имеет большое значение для всей корпорации. «Если профессиональный защитник будет опасаться активно защищать доверителей, – отметил он, – то адвокатура не сможет выполнять свою конституционную функцию по оказанию квалифицированной юридической помощи гражданам».

Яндекс.Метрика