×

Железное алиби, или кто продал доказательство

Конституционный Суд РФ признал не соответствующими Конституции РФ взаимосвязанные положения подп. «в» п. 1 ч. 2 и ч. 4 ст. 82 УПК РФ о том, что вещественные доказательства в виде предметов, которые в силу громоздкости или иных причин не могут храниться при уголовном деле, передаются для реализации на основании постановления дознавателя, следователя или судьи.
Материал выпуска № 16 (33) 16-31 августа 2008 года.

ЖЕЛЕЗНОЕ АЛИБИ, ИЛИ КТО ПРОДАЛ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО

Конституционный Суд РФ признал не соответствующими Конституции РФ взаимосвязанные положения подп. «в» п. 1 ч. 2 и ч. 4 ст. 82 УПК РФ о том, что вещественные доказательства в виде предметов, которые в силу громоздкости или иных причин не могут храниться при уголовном деле, передаются для реализации на основании постановления дознавателя, следователя или судьи.
Такой вывод содержится в постановлении от 16 июля 2008 г. № 9-П, принятом в связи с жалобой предпринимателя Владимира Костылева, интересы которого представляла адвокат Наталья Опимакова.

ОпимаковаНа протяжении шести лет, прошедших со времени вступления в силу Уголовно-процессуального кодекса, в Конституционный Суд неоднократно поступали жалобы граждан на нарушение их конституционных прав положениями, предусматривающими возможность реализации вещественных доказательств на стадии предварительного расследования. Однако высший судебный орган считал, что эти нормы не противоречат Конституции.

По просьбе редакции «АГ» адвокат Адвокатской палаты г. Москвы, член Межрегиональной коллегии адвокатов Наталья ОПИМАКОВА рассказала о своем участии в деле и о том, какие обстоятельства, по ее мнению, повлияли на позицию Конституционного Суда.

– Наталья Анатольевна, что предшествовало обращению в Конституционный Суд?

– 29 сентября 2004 г. мой доверитель, предприниматель Владимир Васильевич Костылев, на основании агентского договора с фирмой ООО «Транкинформ» приобрел в собственность вертолет марки «BELL 407». Этот вертолет был приобретен ООО «Транкинформ» в интересах В.В. Костылева по агентскому договору у фирмы ООО «Инком», которая на основании международного контракта закупила несколько вертолетов у австрийской фирмы.

Таким образом, перевозку и таможенное оформление вертолетов осуществляла фирма ООО «Инком», для которой это была первая, пробная закупка. Вертолеты были перевезены в Россию в разобранном виде. Таможенные платежи пришлось вносить дважды, так как таможенные органы сочли, что договорная стоимость вертолетов ниже рыночной, и потребовали произвести доплату на основании оценки, произведенной приглашенным ими оценщиком. После того как ООО «Инком» внесла платежи, было произведено таможенное оформление в режиме выпуска для внутреннего употребления (это означает, что товар прошел таможенное оформление и может быть реализован на территории России).

У моего доверителя не было никаких сомнений в том, что он является добросовестным приобретателем. Вертолет собрали и опробовали, причем в ходе предварительных летных испытаний были выявлены неполадки, которые пришлось устранять. Затем В.В. Костылев застраховал вертолет (это обязательная процедура для летательных аппаратов) и заключил договор страхования гражданской ответственности владельцев воздушных судов.

20 сентября 2005 г. исполняющий обязанности прокурора Московско-Смоленской транспортной прокуратуры г. Москвы возбудил уголовное дело по факту контрабандного перемещения в 2004 г. через таможенную границу РФ двух вертолетов марки «ВELL 407». В рамках уголовного дела следователь линейного отдела внутренних дел на станции «Москва-Белорусская» 3 ноября 2005 г. вынес постановление, которым признал эти вертолеты, один из которых в 2004 г. был приобретен Костылевым, вещественными доказательствами. Впоследствии  было вынесено постановление о передаче вертолетов на ответственное хранение уполномоченным организациям Российского фонда федерального имущества. На основании этого постановления принадлежащий Костылеву вертолет был передан на хранение ООО «РоДан М».

Владимир Васильевич обжаловал постановления в Тверской районный суд г. Москвы, полагая, что имущество могло быть передано на ответственное хранение не третьему лицу, а собственнику. Суд частично удовлетворил его жалобу, указав, что передача вертолета марки «BELL 407» на ответственное хранение собственнику не причинит ущерба доказыванию по уголовному делу. Постановлением от 20 марта 2006 г. Тверской районный суд г. Москвы признал действия и решения следователя в части, касающейся передачи вертолета на ответственное хранение ООО «РоДан М», необоснованными и обязал его устранить допущенные нарушения.

Однако следователь Московско-Смоленской транспортной прокуратуры Теленкевич игнорировал мотивировку Тверского суда и 16 мая 2006 г. на основании подп. «в» п. 1 ч. 2 ст. 82 УПК РФ вынес постановление о передаче вертолета на реализацию в РФФИ. 9 июня 2006 г. принадлежащий Костылеву вертолет в порядке, установленном Правительством РФ, был продан фирме «Мастер-брокер», которая вывезла его в Германию для ремонта.

Постановление о передаче вертолета на реализацию было обжаловано в Пресненский районный суд г. Москвы, но судья согласился с выводом следователя о нецелесообразности дальнейшего хранения вертолета и постановлением от 12 декабря 2006 г. оставил жалобу без удовлетворения.

Хочу подчеркнуть, что, поскольку В.В. Костылев не являлся участником уголовного судопроизводства, обо всех решениях, касавшихся его имущества, он  узнавал с большим опозданием и не имел возможности остановить реализацию вертолета.

Владимир Васильевич обратился в суд Таганского района г. Москвы с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения на основании ст. 302 ГК РФ, согласно которой в случае, если имущество выбыло из владения собственника помимо его воли, оно может быть истребовано у добросовестного приобретателя и возвращено собственнику.

– А когда Вы подключились к делу?

– Когда гражданское дело находилось на предварительном слушании в Таганском районном суде. Мы понимали, что доказать незаконность постановления следователя о передаче вертолета на реализацию будет очень сложно, поскольку оно основано на нормах УПК РФ.

Я сочла необходимым обжаловать постановление Пресненского районного суда в порядке надзора (срок кассационного обжалования к тому времени уже истек), но в возбуждении надзорного производства нам было отказано. Таганский районный суд также вынес решение не в нашу пользу – отказал нам в истребовании вертолета.

Мой доверитель обращался и к Президенту РФ, и в Генеральную прокуратуру, и в другие государственные органы с заявлениями о том, что был лишен собственности, хотя не имел никакого отношения к уголовному делу. Ему отвечали, что действует норма закона, и объясняли порядок обжалования. Он понимал, что процесс может затянуться на долгие годы, поскольку различные суды по-разному толкуют положения ст. 82 УПК РФ. Тогда у него и возникла мысль обратиться с жалобой в Конституционный Суд, как в последнюю инстанцию, где вопрос мог быть решен положительно.

– Значит, идея обратиться в Конституционный Суд принадлежала Вашему доверителю?

– Да, и должна признаться, что вначале отнеслась к ней скептически, так как изучила практику обращений в Конституционный Суд о проверке конституционности положений ст. 82 УПК РФ. До недавнего времени Конституционный Суд не признавал нормы этой статьи противоречащими Конституции РФ. Суд исходил из того, что государство может ограничивать право собственности в целях защиты публичных интересов. Но в нашей ситуации государство – в лице органов предварительного расследования – полностью лишило собственника права собственности.

В связи с этим в жалобе, поданной в Конституционный Суд 19 октября 2007 г., мы привели следующий довод: подп. «в» п. 1 ч. 2 ст. 82 УПК РФ допускает лишение собственника принадлежащего ему имущества, признанного вещественным доказательством по уголовному делу, без судебного решения, что нарушает закрепленные в ч. 3 ст. 35 Конституции РФ гарантии права собственности.

Мы указали, что решение о передаче вещественных доказательств на реализацию, которое единолично принимает дознаватель или следователь, во многом субъективно, в то время как при судебном разбирательстве, когда реализуется принцип состязательности сторон, существует больше гарантий, что принятое решение будет объективным и справедливым. Ведь в случае, когда собственник не привлечен к уголовному делу, передача имущества ему на ответственное хранение никакого ущерба интересам дела нанести не может.

– Аналогичные основания приведены и в мотивировочной части постановления Конституционного Суда от 16 июля 2008 г. № 9-П.

– После того как была подана жалоба, мы обратились в Институт государства и права РАН с просьбой дать заключение о конституционности положений подп. «в» п. 1 ч. 2 ст. 82 УПК РФ. Трое специалистов ИГиП РАН пришли к выводу о том, что данная норма не соответствует Конституции РФ, и судья-докладчик Н.В. Селезнев в судебном заседании сослался на их заключения.

Кстати, мой совет коллегам: для того чтобы укрепить свою позицию, старайтесь заручиться поддержкой специалистов, привлекайте экспертов, так как суд всегда учитывает их мнение.

Кроме того, я думаю, на позицию Конституционного Суда во многом повлияла и общая ситуация с злоупотреблениями, прямой путь к которым открывают оспоренные нами нормы ст. 82 УПК РФ. В последнее время об этом очень часто сообщают различные средства массовой информации. Немало случаев фальсификации уголовных дел в отношении фирм, имеющих дорогостоящее имущество (автомобили, другую технику), с единственной целью – изъять имущество, как вещественное доказательство, а затем реализовать его. Все решения принимаются закрыто, поэтому законный собственник иной раз и не знает, что его собственность таковой уже не является. Реализуют имущество, как правило, по заниженной оценке, поэтому размер компенсации, которую получает собственник, намного меньше реальной стоимости вещей.

– Наталья Анатольевна, а какие мнения высказывали приглашенные в заседание Конституционного Суда представители государственных органов?

– Против признания оспариваемых положений УПК неконституционными высказались представители Федеральной службы РФ по контролю за оборотом наркотиков, Следственного комитета при прокуратуре РФ и МВД России. С возражениями выступил также представитель Государственной Думы.

Нашу позицию поддержали представители Президента РФ, Правительства РФ, Федеральной таможенной службы, Генеральной прокуратуры РФ и других государственных органов. Я думаю, что они приняли такое решение исходя из общей ситуации в стране и с учетом многочисленных обращений граждан, лишенных собственности в результате применения ст. 82 УПК РФ, в органы исполнительной власти.

– Согласно постановлению Конституционного Суда от 16 июля № 9-П решения, принятые в отношении Вашего доверителя на основании положений подп. «в» п. 1 ч. 2 и ч. 4 ст. 82 УПК РФ, подлежат пересмотру. В каком состоянии сейчас гражданское дело?

– Мы подали кассационную жалобу на решение Таганского районного суда, которым нам отказали в истребовании вертолета из чужого незаконного владения. Дело будет рассмотрено в кассационной инстанции Московского городского суда 2 сентября.

Вертолет по-прежнему находится в Германии. По нашему ходатайству Таганский районный суд наложил арест на его реализацию, поэтому германские власти запрещают вывозить вертолет из страны, хотя фирма «Мастер-брокер» продала его некоей фирме, зарегистрированной на Виргинских островах (как утверждает «Мастер-брокер», продажа была произведена еще до наложения ареста).

Пока предпринимаются шаги, чтобы наложить арест на реализацию вертолета в соответствии с нормами законодательства Германии, его могут перепродать еще раз. Но теперь, после того как Конституционный Суд вынес это постановление, нам легче будет бороться за его возвращение.

– Вы сказали, что вначале сомневались в благоприятном исходе дела. А как был настроен Ваш доверитель?

– Владимир Васильевич – человек решительный и принципиальный. Он уверен, что живет в правовом государстве, поэтому добиться справедливости можно в любом случае, если прилагать усилия и обращаться во все инстанции. Так что наш успех – во многом его заслуга.

Благодаря мудрости и высокому профессионализму судей Конституционного Суда РФ состоялось прецедентное решение, которое дает надежду на то, что Россия действительно становится правовым государством.

Хочу добавить, что в Государственную Думу ФС РФ внесен законопроект, направленный на совершенствование норм законодательства, которые регулируют процедуры, связанные с изъятием, хранением и реализацией вещественных доказательств по уголовным делам. Думаю, что когда как такой закон будет принят, он вместе с постановлением Конституционного Суда РФ от 16 июля № 9-П позволит устранить негативные факторы, препятствующие защите интересов частной собственности.

Беседовала Мария Петелина,
заместитель главного редактора «АГ».

"АГ" № 16, 2008