×

Как-то раз обратился к адвокату молодой человек с часто встречающейся проблемой: после свадьбы теща любезно предоставила молодым для проживания собственную трехкомнатную квартиру с «небольшим» изъяном: квартира была в новостройке. Имелись бетонные стены, пол, потолок – и больше ничего. Молодой зять, недолго думая, с энтузиазмом принялся за продолжавшийся два года ремонт и вложил в «мамину» квартиру собственных денег около 2 млн руб. Когда ремонт завершился, неожиданно закончились любовь и брак, и молодого человека попросили на выход, сменив при этом дверные замки и дав неделю на сбор личных вещей. Через некоторое время бывший зять осознал, что два года вкладывал все свои деньги в ремонт квартиры постороннего ему человека.

Налицо увеличение активов тещи за счет зятя, т.е. неосновательное обогащение тещи. А раз так, начал адвокат спасать деньги зятя с независимой оценки произведенных в квартире неотделимых улучшений. Буквально за несколько дней до смены замков и окончательного изгнания зятя независимый эксперт-оценщик побывал в квартире, пересчитал произведенные улучшения и составил отчет об оценке стоимости улучшений.

Однако судебная практика прошлых лет надежд на положительный исход дела не давала. Предстояло убедить суд, что произведенный истцом ремонт не был фактической оплатой аренды за проживание в квартире, осуществлялся не безвозмездно, ввиду горячей любви зятя к теще, а для проживания собственной семьи зятя. В квартире на момент предъявления иска полностью сделан ремонт, имеющий конкретную цену. Теща была в курсе проводимого в ее квартире ремонта, его масштаба и одобряла все произведенные в квартире изменения, зять вкладывал в ремонт именно собственные денежные средства.

Отказывая в исках о взыскании стоимости произведенного ремонта как неосновательного обогащения собственника квартиры, суды первой и апелляционной инстанций придерживались следующей правовой позиции: любые действия в чужом интересе должны осуществляться не по усмотрению совершающего их лица, а лишь в целях исполнения обязательства. Суды указывали, что необходимо нахождение ремонтировавшего квартиру истца в каких-либо договорных отношениях с собственником квартиры, в силу которых на истца возлагалась бы обязанность проводить ремонт данной квартиры и приобретать для этого необходимые материалы и предметы, а также иное спорное имущество и передавать его в собственность владельцу квартиры. Если вложение ремонтировавшим квартиру истцом денежных средств не было основано на наличии возмездного договора, то оно (вложение денег) и не порождало для собственника квартиры никаких обязательств вследствие неосновательного обогащения.

В судах для доказательства понесенных расходов на строительные материалы истцы (лица, желающие вернуть деньги за ремонт) представляли товарные чеки. Однако суды считали, что из них усматриваются лишь наименование, количество подлежащего продаже товара и его стоимость, но нельзя сделать однозначный вывод, что указанное имущество приобреталось именно истцом. Несмотря на то что в товарных чеках обозначена фамилия истца, суды полагали, что данные документы подтверждают факт покупки и стоимость приобретенных для ремонта материалов. То обстоятельство, что в некоторых из них указана фамилия истца, не свидетельствует о том, что товар был приобретен только на собственные денежные средства истца, в том числе путем получения кредита.

По мнению судов, принимая во внимание факт длительного совместного проживания ремонтировавшего квартиру истца с собственником квартиры в качестве одной семьи, истец не мог не знать и не понимать, что все произведенные им действия по ремонту квартиры, а также по приобретению иного спорного имущества не могут рассматриваться как совершенные в результате заблуждения и направленные только на обеспечение личных интересов самого истца.

Однако не так давно судебная практика начала меняться. Старт изменениям положило Определение Верховного Суда РФ от 19 сентября 2017 г. по резонансному делу № 83-КГ17-18 о взыскании неосновательного обогащения по договору социального найма. Первым новым для нас выводом суда является то, что ВС РФ, отменяя решения нижестоящих судов, принял за основу заключение эксперта о стоимости улучшений в квартире в денежном выражении, а не чеки за произведенные работы, как было принято ранее. Высшая судебная инстанция указала, что в переданной для проживания квартире отсутствовали сантехника, газовое оборудование, межкомнатные двери, стены не были оклеены обоями, потолки не имели отделки, полы представляли собой цементную стяжку, т.е. требовались определенные работы для приведения данного жилого помещения в надлежащее состояние, позволяющее пользоваться квартирой для проживания. О необходимости данных работ ответчик был осведомлен и не возражал против проведения их истцом за свой счет.

ВС РФ принял за основу утверждение ремонтировавшего квартиру истца о том, что его действия по приведению квартиры в надлежащее состояние носили вынужденный характер и были обусловлены неисполнением ответчиком обязанности по предоставлению для проживания жилого помещения, отвечающего установленным санитарным и техническим правилам и нормам. Собственник квартиры передал непригодное для проживания жилое помещение, а значит, не мог не понимать, что истец будет вынужден за свой счет проводить отделочные и строительно-ремонтные работы в предоставленной ему квартире, следовательно, допускал возможность улучшения данного жилого помещения до уровня, при котором оно будет отвечать установленным санитарным и техническим правилам и нормам. Суд указал, что лицо, которое безосновательно приобрело имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное имущество, а в случае невозможности возврата такого имущества в натуре должно возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения.

С учетом позиции высшей судебной инстанции значимыми для дела являются: установление соответствия состояния переданной квартиры требованиям законодательства, объем проведенных впоследствии истцом строительно-ремонтных работ в квартире, стоимость неотделимых улучшений, необходимых для приведения квартиры в состояние, соответствующее жилым помещениям, предоставляемым по договору социального найма. От выяснения указанных обстоятельств зависит правильное разрешение вопроса об отказе или удовлетворении заявленных требований о возврате неосновательного обогащения – стоимости ремонта.

Рекомендую лицам, решающим для себя вопрос: ремонтировать чужую, предоставленную «пожить», квартиру или нет, учитывать все приведенные доводы и обстоятельства.

Рассказать:
Другие мнения
Данилов Кирилл
Данилов Кирилл
Адвокат АП Московской области, партнер юридической компании «КЪЮ Групп»
Долевая ответственность за ДТП: разъяснения ВС
Гражданское право и процесс
Суды не пояснили, почему взыскали компенсацию морального вреда в пользу только одного лица
19 Сентября 2019
Тарасова Наталья
Тарасова Наталья
Адвокат МКА «ГРАД»
Не каждый участок, который нельзя приобрести в собственность, ограничен в обороте
Земельное право
ВС разъяснил условия льготной арендной платы за землю
17 Сентября 2019
Зайцев Роман
Партнер Dentons, к.ю.н.
В порядке дискуссии
Гражданское право и процесс
О роли института свидетельских показаний в цивилистическом процессе
16 Сентября 2019
Молчанов Валерий
Д.ю.н., профессор кафедры гражданского процесса юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова
Под различным углом зрения
Гражданское право и процесс
О свидетельских показаниях в гражданском судопроизводстве
16 Сентября 2019
Подшивалов Тихон
Подшивалов Тихон
Член Научно-консультативного совета АП Челябинской области, к.ю.н.
Правосудие вдали от народа
Гражданское право и процесс
О причинах недоверия к институту допроса свидетелей
16 Сентября 2019
Тай Юлий
Тай Юлий
Управляющий партнер АБ «Бартолиус», к.ю.н.
Порочный круг
Гражданское право и процесс
О применении института допроса свидетелей
16 Сентября 2019