×

О чем молчат официальные доклады Комитету ООН

Россия вновь заявила об исчерпывающих возможностях УК для привлечения к ответственности за пытки
Казаков Дмитрий
Казаков Дмитрий
Юрист МРОО «Комитет против пыток»

Комитет ООН против пыток на заседании 25–26 июля рассмотрел шестой периодический доклад Российской Федерации по выполнению Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания.

Такой отчет Россия представляет каждые четыре года с 1987 г., когда ратифицировала Конвенцию ООН против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания.

Вместе с официальным отчетом государства в Комитет поступают альтернативные доклады правозащитных и иных негосударственных организаций. Перед заслушиванием отчета государства Комитет проводит официальные консультации с представителями некоммерческих организаций для получения дополнительной информации о ситуации с пытками в стране. Как правило, эта информация отличается от изложенной в официальном отчете.

После представления делегацией страны периодического доклада члены Комитета задают дополнительные вопросы, и на следующий день делегаты представляют Комитету свои ответы. По результатам рассмотрения официального доклада эксперты Комитета публикуют рекомендации властям страны, о планах по выполнению которых государству предлагается сообщить Комитету в течение предстоящего отчетного периода. Рекомендации не являются обязательными – их выбор и исполнение полностью зависят от воли государства.

Читайте также
Комитет против пыток ООН опубликовал Заключительные замечания на очередной доклад со стороны России
В документе обозначены основные проблемы по применению Конвенции: насилие в местах лишения свободы, ограничение доступа к правовой защите, преследование правозащитников и политических активистов; даны рекомендации по их разрешению
14 Августа 2018 Новости

В заключительных замечаниях от 10 августа 2018 г. Комитет в очередной раз выразил сожаление в связи с невыполнением Россией рекомендации о закреплении в Уголовном кодексе РФ понятия «пытка» в полном соответствии с международным законодательством. Россия традиционно привела в периодическом докладе статистику приговоров по ст. 117 («Истязание»), 286 («Превышение должностных полномочий») и 302 («Принуждение к даче показаний») УК РФ.

Отмечу, что приговоры по ст. 302 единичны из-за весьма ограниченной сферы применения этой статьи: по субъекту, объективной стороне, кругу вероятных потерпевших.

Статья 117 неприменима к представителям власти, которые являются обязательным субъектом пытки. О неприменимости данной нормы на заседании Комитета прямо заявил представитель Генпрокуратуры РФ Валерий Максименко. С какой целью в таком случае в периодическом докладе в очередной раз приводится статистика приговоров по ст. 117 УК РФ, известно лишь его авторам.

Статья 286 предусматривает уголовную ответственность не только за применение пыток и иных видов жестокого, унижающего обращения – спектр ее применения гораздо шире. Однако из приведенных в официальном отчете РФ статистических данных неясно, какую долю среди приговоров за превышение должностных полномочий составляют собственно «пыточные» дела. Статистику приговоров по ведомствам, представители которых привлечены к ответственности, делегация также не смогла представить Комитету, пояснив, что таковая не ведется.

По сути, официальной статистики привлечения к ответственности за применение пыток в России не существует. Соответственно, полноценно оценить масштабы явления, сравнить количество приговоров с количеством поступающих сообщений также затруднительно. Об этом на заседании 25 июля прямо и довольно жестко заявил председатель Комитета Йенс Модвиг. Именно по данной причине Комитет настаивает на закреплении ответственности за пытки в отдельной статье УК РФ. Однако Россия в очередной раз заявила, что действующая редакция Кодекса предоставляет исчерпывающие возможности для привлечения виновных в пытках к ответственности.

В 2012 г. при представлении пятого периодического доклада в качестве позитивных изменений российские представители называли создание общественных наблюдательных комиссий, а также специальных подразделений Следственного комитета по расследованию преступлений, совершенных сотрудниками правоохранительных органов.

Так, глава делегации – зам. министра юстиции РФ Георгий Матюшкин – заявил, что «для исключения случаев безнаказанности пыток задержанных сотрудниками правоохранительных органов в 2012 г. в структуре СК было создано специальное подразделение по расследованию фактов незаконного применения силы сотрудниками правоохранительных органов».

В заключительных замечаниях по итогам рассмотрения доклада 2012 г. России было рекомендовано обеспечить указанное подразделение «достаточными финансовыми и кадровыми ресурсами, с тем чтобы дать ему возможность расследовать все поступающие обращения». Данная рекомендация была основана на информации, предоставленной российскими правозащитными организациями в альтернативном докладе. Дело в том, что предложение создать внутри СК подразделение, специализирующееся исключительно на расследовании преступлений, совершенных сотрудниками правоохранительных органов, руководителю СК направила в 2012 г. Коалиция правозащитных организаций.

Изначальная концепция, предложенная правозащитниками, предполагала создание в каждом регионе России полноценных спецподразделений СК, укомплектованных сотрудниками, имеющими наибольший опыт успешного расследования должностных преступлений и прошедшими специальную подготовку, с возможностью следователей самостоятельно определять орган, обеспечивающий оперативное сопровождение. При этом предлагались меры по обеспечению своевременного поступления информации о предполагаемых должностных преступлениях правоохранителей в спецподразделение СК по разработке и внедрению методических указаний о расследовании должностных преступлений, связанных с применением насилия, и др.

Инициатива правозащитников была поддержана, и 18 апреля 2012 г. председатель СК РФ Александр Бастрыкин подписал приказ о создании специального подразделения по расследованию преступлений, совершенных сотрудниками правоохранительных органов. Однако реализованный вариант сильно отличался от первоначальной концепции. В соответствии с приказом на всю страну было выделено 60 следователей, которые должны не только расследовать возбужденные уголовные дела, но и проводить проверки по всем поступающим сообщениям. Было очевидно, что предложенные структура и численность спецподразделения делают невозможным своевременное и качественное расследование сообщений о пытках и жестоком обращении.

Создание спецподразделения в таком виде не могло изменить практику расследования жалоб о пытках – об этом говорилось в альтернативных докладах российских неправительственных организаций как 2012 г., так и в 2018 г.

На нынешнем заседании Комитет уделил особое внимание функционированию спецотделов СК. Глава официальной делегации – зам. министра юстиции РФ Михаил Гальперин – заявил, что имеющихся сил и средств спецподразделений СК по расследованию преступлений сотрудников правоохранительных органов для решения проблемы пыток достаточно, а увеличение штата и финансирования не планируется. Между тем в заключительных замечаниях Комитет рекомендовал России предоставить спецподразделениям СК необходимые кадровые и финансовые ресурсы, позволяющие эффективно действовать во всех субъектах Федерации. Будет ли Россия выполнять данную рекомендацию, неизвестно, но предсказуемо.

Крайне высоко в ноябре 2012 г. Георгий Матюшкин оценивал созданную в России в 2008 г. систему общественного контроля в местах принудительного содержания – общественные наблюдательные комиссии. Он отмечал, что данное новшество «позволило создать в России национальный превентивный механизм предотвращения возможных нарушений прав граждан» в местах принудительного содержания.

В докладе, представленном Россией в 2018 г., сообщается об отсутствии препятствий в осуществлении полномочий ОНК, о количестве посещений мест принудительного содержания, об улучшении взаимодействия с Федеральной службой исполнения наказаний. На заседании Комитета Михаил Гальперин сообщил о недавно принятом Федеральном законе от 19 июля 2018 г. № 203-ФЗ (далее – Закон № 203-ФЗ) «О внесении изменений в статью 18-1 Федерального закона “О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений” и Федеральный закон “Об общественном контроле за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и о содействии лицам, находящимся в местах принудительного содержания”» (далее – Закон об общественном контроле), который расширяет сферу общественного контроля (в перечень мест принудительного содержания включены судебно-психиатрические экспертные и медицинские организации, оказывающие психиатрическую помощь) и уточняет полномочия членов ОНК (в частности, в законе теперь прямо предусмотрена возможность использовать измерительные приборы для контроля микроклимата, а также кино-, фото- и видеотехнику для фиксации нарушений прав лиц, находящихся в местах принудительного содержания). Включение данных норм в Закон об общественном контроле должно способствовать расширению прав ОНК по констатации нарушений.

О чем не упомянули официальный доклад и члены делегации, так это о случаях воспрепятствования членам ОНК в реализации их полномочий, в том числе о недостаточной законодательной регламентации деятельности последних. Умолчали и о недостатках формирования ОНК, которые приводят к «разбавлению» комиссий большим количеством неактивных и не заинтересованных в ее работе членов. Не было сказано и о том, что закон, расширяющий сферу общественного контроля, одновременно запрещает организациям, включенным в реестр некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента, предлагать свои кандидатуры в состав ОНК. Зато обо всем этом сообщалось в альтернативных докладах и на консультациях правозащитников с членами Комитета.

В заключительных замечаниях Комитет рекомендовал России обеспечить эффективное и независимое функционирование ОНК и рассмотреть вопрос о предоставлении неправительственным организациям возможности регулярно контролировать все места содержания под стражей наряду с ОНК. Учитывая необязательный характер выполнения рекомендаций Комитета, расширение круга субъектов общественного контроля представляется маловероятным, и, как показывает опыт, даже при выполнении рекомендаций конечный результат может радикально отличаться от желаемого.

Рассказать:
Другие мнения
Первунин Максим
Первунин Максим
Адвокат АП г. Москвы, партнер КА г. Москвы «АКП Бэст Адвайс»
Пытки должны уйти в прошлое
Уголовное право и процесс
Повторяющиеся ситуации в разных регионах РФ указывают на необходимость продолжения работы по защите прав человека
30 Сентября 2022
Хасанов Марат
Хасанов Марат
Адвокат АП г. Москвы, партнер юридической группы «Парадигма»
Когда суд должен отменить обеспечительные меры?
Арбитражный процесс
Буквальное толкование закона в судебной практике порождает ее противоречивость
29 Сентября 2022
Ермолаева Мария
Ермолаева Мария
Юрист, руководитель юридической компании E-Law Consulting
Не формальный статус, а специфическая деятельность
Арбитражный процесс
К вопросу об определении подведомственности споров с участием «вчерашних» ИП
28 Сентября 2022
Плахотнюк Вячеслав
Плахотнюк Вячеслав
Адвокат АП Санкт-Петербурга, доктор права НИУ Высшая школа экономики
Обязанностей без адекватного возмещения быть не должно
Конституционное право
КС подтвердил законность предъявления к работнику требований наравне с госслужащим
28 Сентября 2022
Дигмар Юнис
Дигмар Юнис
Адвокат АП Г. Москвы, адвокат МКА «ВЕРДИКТЪ», основатель юридической компании «ДИГМАР ГРУПП»
Правовой «маятник»
Арбитражный процесс
Почему арбитражные суды порой меняют сформированные правовые позиции?
27 Сентября 2022
Зимин Ростислав
Зимин Ростислав
Адвокат АП Ленинградской области
Проблемы уголовного судопроизводства
Уголовное право и процесс
Какие положения УПК требуют корректировки
26 Сентября 2022
Яндекс.Метрика