×

Адвокат, не подготовившийся к защите должным образом, заслуживает всяческих упреков: в этом случае он не просто плохо делает свою работу, но и – в силу специфики профессии – может оказаться прямым виновником сломанной человеческой судьбы. Но бывают такие ситуации, когда адвокат самими обстоятельствами вынужден действовать экспромтом, и тогда безупречное знание законов «на память» и профессиональная интуиция (или, если хотите, вдохновение) становятся проявлениями высокого искусства.

О. О. Грузенберг
Источник заимствования: https://ru.wikipedia.org/wiki/Грузенберг,_Оскар_Осипович

Оскар Осипович Грузенберг в начале ХХ в. становится одним из знаменитейших адвокатов России. В основном он составил себе имя, выступая на процессах, связанных с «еврейским вопросом», чрезвычайно обострившимся в Европе в целом и в России в частности в последней четверти XIX в. Он защищал жертв «кровавого навета», отстаивал интересы пострадавших от погромов и вообще был тесно связан с жизнью российского еврейства, составлявшего в населении империи заметную долю в 4% (по данным переписи 1897 г.). В этом нет ничего удивительного: воспитанный в традиционной семье, он сполна ощутил «прелести» враждебного отношения к евреям – сначала на примере своих товарищей по детским играм в связи с «процентной нормой», а позже – на себе. 16 лет Грузенберг пробыл помощником присяжного поверенного, т.к. до 1905 г. «инородцы» могли становиться полноценными адвокатами только по именному распоряжению министра юстиции, но Н.А. Манасеин и Н.В. Муравьев умудрились за два десятка лет не дать ни одного такого разрешения адвокату-еврею. Случались у Грузенберга и дела, не связанные с единоверцами, но и они, как правило, касались людей, преследуемых властью.

Он был чрезвычайно добросовестен. «Добросовестность его при изучении дела была изумительной. Защищая в Тифлисе податного инспектора Романовского, обвиненного в убийстве жены, Грузенберг в течение нескольких месяцев под руководством врача изучал строение сердца, читал медицинские учебники. На суде при допросе врачей-инспекторов и при исследовании характера раны, нанесенной в сердце, он поразил своими познаниями в этой области. А по делу о злоупотреблениях в Петербургском коммерческом ссудном банке, в котором должны были рассматриваться подлоги при составлении балансов, Грузенберг настолько изучил бухгалтерию, что мог на суде изумить опытных профессионалов-бухгалтеров. К выступлению Грузенберга готовился не только он сам, но и его противники и даже судьи. В предисловии к сборнику посвященных Грузенбергу материалов хорошо знавший его юрист А. Я. Столкинд писал о нем: «Как рассказывал мне секретарь Петербургской судебной палаты, председатель Крашенинников часто говорил ему: “Пришлите мне дело на дом, надо тщательнее подготовиться, так как выступает Грузенберг”»1.

В. Г. Короленко
Источник заимствования: https://avatars.mds.yandex.net/get-pdb/1630946/7f34bc11-27f9-48ea-978d-bb01e97ca4d1/s1200?webp=false

И вот такому человеку пришлось без всякой подготовки, без даже минимального ознакомления с делом сопровождать кассационную жалобу приговоренного к смерти офицера в Главном военном суде (военные суды образовывали в Российской империи самостоятельную ветвь судебной системы, и Главный военный суд являлся в ней верховным кассационным судом; не решая дел по существу, он следил «за охранением точной силы закона и единообразным его применением прочими военными судами»2).

Предоставим слово одному из лучших журналистов того времени – Владимиру Галактионовичу Короленко: «Поручик Пирогов, происходивший из крестьян, служил в составе туркестанских батальонов. До войны это был, по-видимому, просто офицер с традиционными взглядами военной среды. В конце 1904 года он добровольно изъявил желание перевестись на театр военных действий. Причисленный к одному из восточно-сибирских стрелковых полков, Пирогов уже в начале 1905 года был на передовых позициях. Здесь он нес службу честно и с мужеством. Если не ошибаюсь, получил знак отличия за храбрость. В феврале он участвует в трехдневных боях под Мукденом и, по заключении мира, остается на передовых позициях в качестве начальника охотничьей команды <полковая разведка. – А.К.>, неся ответственную службу разведчика... Известна и история, и финал этой несчастной войны. Известно и то, какое влияние она оказала на события в России. Легко понять, как действовали все эти события там, на месте, на полях, покрытых еще свежею русскою кровью, пролитой так бесплодно и часто так легкомысленно... Это был психический взрыв, своего рода циклон, охвативший дальневосточную армию... Газеты были полны известиями о том, что делалось во Владивостоке и по всему сибирскому пути... Все это сильно подействовало и на молодого офицера “из крестьян”, с такой готовностью добровольно принесшего на эти поля свою молодую жизнь. В декабре 1905 года он попадает в Читу уже в том настроении, которое охватило тогда очень многих, как водоворот, как эпидемия, как пожар. Девятнадцатого декабря он был избран в читинский комитет “военного союза”, а 12 февраля к Чите подошел карательный поезд генерала Ренненкампфа... “Столица Забайкальской Республики” не оказала ни малейшего сопротивления. Начались казни: Пирогов вместе с другими не мог не знать, что его ожидает: он скрылся и перешел на нелегальное положение. Затем он с увлечением отдался революционной деятельности, уезжал в Японию, опять появлялся в Сибири и участвовал в “военной организации” в Никольск-Уссурийском крае. Здесь он был арестован и предан военному суду, который и приговорил его в первый раз к смертной казни»3.

Комплекс зданий Военной коллегии, где располагался Высший военный суд
Источник заимствования: http://encblago.lfond.spb.ru/getImage.do?object=2806209060&compatible=1

Затем приамурский генерал-губернатор П.Ф. Унтербергер заменил смертную казнь бессрочной каторгой, но военно-окружной суд, узнав о том, что государь-император недоволен этой милостью, истребовал дело, нашел (на самом деле – создал) основания для повторного рассмотрения и вторично вынес смертный приговор. При этом к Пирогову не допустили выбранного им адвоката, ссылаясь на ряд особенностей военно-судебного законодательства Российской империи, в ряде случаев предполагавшего, что подсудимый не имеет права выбора защитника, а получает назначенного от суда офицера. Адвокат Пирогова обратился к своему столичному знакомому, молодому адвокату (Грузенберг в своих воспоминаниях называет его «молодой коллега, присяжный поверенный А.Т. З-ль, принадлежавший тогда к партии социалистов-революционеров»4; судя по всему, это Александр Тимофеевич Земель), с просьбой попытаться как-то отстоять поданную Пироговым кассационную жалобу. Молодой человек понимал, что его квалификации для этого не хватит, и бросился к Грузенбергу.

П. Ф. Унтербергер
Источник заимствования: https://ru.wikipedia.org/wiki/Унтербергер,_Павел_Фёдорович

Оскар Осипович не имел возможности даже перелистать дело перед заседанием, поэтому он весь обратился в слух, надеясь выудить хоть что-нибудь из сообщения судьи-докладчика. Все было чисто и гладко, и Грузенберг уже начал терять надежду, когда прозвучало: «…На основании вышеизложенного трое подсудимых обвиняются по таким-то статьям Уголовного Уложения, а поручик Пирогов — «и по 110, 112 ст. книги XXII Свода Военных постановлений». При этих словах в груди защитника «закипает, подымается, бурлит волна радости... Пирогов спасен, спасен». Его спасло одно слово, уловленное Грузенбергом из доклада, вернее одна буква – «и». Эта спасительная буква свидетельствовала о том, что Пирогов обвинялся не только в воинских преступлениях, но и, вместе с остальными подсудимыми, по общеуголовному кодексу. Ввиду этого уголовный суд во Владивостоке нарушил закон, не допустив к его защите присяжного поверенного»5.

Обложка сборника трудов Грузенберга
Источник заимствования: https://img02litfund.ru/images/lots/103/103-309-2564-1-V3131784.jpg

«Не надо речей, господа судьи! Сильная защитительная речь в одном союзе, точнее – в одной букве «и». По части 3 102-й статьи уголовного уложения, – т. е. по обвинению в составлении преступного сообщества для ниспровержения существующего строя, преданы суду не только Иванов, Касторский и Тебенькова, но и бывший поручик Пирогов. От того, что к этой статье прибавлены еще и воинские, не изменяется бесспорное право всех судящихся по ней на гражданскую <выделено Грузенбергом. – А.К.> защиту. На Пирогова идут с угрозою смерти – и в то же время отнимают у него законное право выбора защитника. Здесь, в кассационном суде, не столько важно отношение преступника к закону, сколько отношение закона к преступнику. Скажите же вашим решением, что нельзя отнимать жизнь у беззащитного»6.

Приговор был отменен, дело вернулось во Владивосток. Грузенберг понимал, что чины тамошней военной юстиции не смирятся с полученным щелчком по носу. Он готовился и встретил еще один смертный приговор Пирогову во всеоружии, зная дело практически досконально.

За без малого век до изобретения «флешек» военные юристы Приамурья сработали методом «копи-пейст»: вдохновленные царской резолюцией, они переписали первый обвинительный акт слово в слово, сменив только населенный пункт, где все происходило, со станции Раздольная на Никольск-Уссурийский, «создав» таким образом новое дело, на которое не распространялось неосторожное губернаторское помилование (сам он, поняв, на что нарвался, сидел тише воды, ниже травы). Об этом Грузенберг и заявил. Честь и хвала военным судьям кассационной инстанции – они постановили прекратить дело «как неправильно возбужденное». Бывший поручик Вячеслав Пирогов остался жить. Дальнейшая судьба его неизвестна.

Через несколько месяцев Короленко написал об этой истории очерк, который завершил словами: «Пожелаем всей русской гражданской жизни, когда и для нее последует освобождающий вердикт высшей исторической инстанции, – сохранить еще силу для радостного устроения новой свободы, а не для одной мести страшному прошлому. И чтобы среди пьянящей, но вперед уже отравленной радости этого будущего освобождения не встали из крови и слез старые кошмарные призраки, только обращенные в другую сторону»7.

Черт бы побрал Владимира Галактионовича с его вещей проницательностью…


1 Столкинд А.Я. Памяти О.О. Грузенберга // Грузенберг О.О. Очерки и речи. Нью-Йорк, 1944. С. 28—29.

2 Военная энциклопедия. Т. 4. СПб., 1911. С. 331.

3 Черты военного правосудия // Короленко В.Г. Собрание сочинений в 10-и томах. Т. 9. М., 1954. С. 218.

4 Грузенберг О.О. Вчера. Воспоминания. Париж, 1938. С. 96.

5 Адвокат-боец. Памяти О.О. Грузенберга // Гольденвейзер А.А. В защиту права: Статьи и речи. Нью-Йорк, 1952. С. 243.

6 Грузенберг О.О. Указ. соч. С. 102.

7 Там же. С.109.

Рассказать:
Другие мнения
Поляков Андрей
Поляков Андрей
Научный редактор сайта «Библиотека юридических редкостей»
Спор Протагора с Эватлом
Адвокатура и общество
О деле, ссылаясь на которое, современный юрист использовал уловку Эватла, чтобы не платить за работу
06 Июня 2019
Сафоненков Павел
Сафоненков Павел
Адвокат, к.ю.н.
Оперный певец и адвокат
Адвокатура и общество
О помощнике присяжного поверенного Федора Плевако Леониде Собинове
20 Мая 2019
Поляков Андрей
Поляков Андрей
Научный редактор сайта «Библиотека юридических редкостей»
«Деньги взял, а дела не делает»
Адвокатская практика
Вправе ли адвокат заключать отдельные соглашения на участие в гражданском деле в судах разных инстанций?
21 Марта 2019
Гаспарян Нвер
Гаспарян Нвер
Советник ФПА РФ, вице-президент АП Ставропольского края
Революция как враг адвокатуры
Адвокатура и государство
Ответ на статью Алексея Королева об уровне централизации, необходимом адвокатуре
04 Марта 2019
Поляков Андрей
Поляков Андрей
Научный редактор сайта «Библиотека юридических редкостей»
Проводник идей права
Адвокатура и общество
К 175-летию со дня рождения Анатолия Федоровича Кони
08 Февраля 2019
Поляков Андрей
Поляков Андрей
Научный редактор сайта «Библиотека юридических редкостей»
Возражение решенным делом
Адвокатская практика
Как на основе прусского права доказывалось, что не всегда изменение исковой суммы – изменение предмета иска
22 Января 2019