×
Улезко Александра
Улезко Александра
Старший юрист корпоративной и арбитражной практики АБ «Качкин и Партнеры»

В Госдуму внесен законопроект, предлагающий поправки в Закон о несостоятельности (банкротстве) и другие нормативно-правовые акты, направленный на расширение практики применения реабилитационных механизмов в отношении юридических лиц и предусматривающий введение новой реабилитационной процедуры – реструктуризации долгов.

Необходимость нововведений, реформирующих реабилитационные процедуры, предусмотренные законодательством о банкротстве, обсуждается давно. Однако проблема невостребованности процедур внешнего управления и финансового оздоровления во многом заключается не в недостатке законодательного регулирования, а в использовании участниками гражданского оборота имеющихся механизмов Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». Зачастую должник и кредиторы не могут договориться о том, по какому сценарию должна проходить процедура. Кредиторы, как правило, обоснованно чаще всего не видят возможности восстановления платежеспособности должника и голосуют за переход к ликвидационной процедуре. Нередко в восстановлении платежеспособности не заинтересованы сами бенефициары должника, которые осознанно с помощью механизмов законодательства о банкротстве ликвидируют компании со значительными суммами задолженности, продолжая параллельно ведение бизнеса через другие юридические лица.

Законопроект, возможно, не решит всех проблем в части неприменения на практике реабилитационных процедур, но в нем, очевидно, есть ряд положительных моментов, необходимость внесения которых в законодательство давно назрела.

В частности, можно только приветствовать возможность перехода к конкурсному производству без введения процедуры наблюдения, если из анализа финансового состояния должника, представляемого, согласно проекту, в обязательном порядке на этапе рассмотрения заявления о признании должника банкротом, следует, что восстановление платежеспособности должника невозможно.

В законопроекте предлагается закрепить некоторые важные процедурные вопросы, которые вызывают проблемы на практике.

Например, можно отметить указание на право всех учредителей, если их число составляет не более пяти или пяти учредителей с наибольшей долей участия в уставном капитале должника, участвовать в рассмотрении заявлений о признании должника банкротом или о введении процедуры реструктуризации долгов и приводить свои доводы по вопросам финансового состояния должника, необходимости введения той или иной процедуры банкротства и кандидатуры арбитражного управляющего. Это позволит урегулировать проблемы участия учредителей в рассмотрении вопросов возбуждения процедуры банкротства при корпоративном конфликте, что, впрочем, ранее разрешалось на уровне правовых позиций Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ1. Такие же права на этапе возбуждения дела о банкротстве предоставлены кредиторам, требования которых подтверждены судебным актом.

Что касается утверждения судом арбитражного управляющего, то здесь сделано уточнение по сравнению с текущей редакцией закона. Сейчас предусмотрено, что суд не утверждает в деле о банкротстве управляющего, заинтересованного по отношению к должнику. Законопроект же запрещает суду утверждать не только заинтересованного управляющего, но и кандидатуру, предложенную заинтересованным по отношению к должнику кредитором, при наличии нескольких заявлений об инициировании банкротства.

Если говорить о процедуре реструктуризации, то из положительных моментов можно отметить вариативность способов управления должником под контролем собрания кредиторов. Несмотря на то что суд не сможет навязать кредиторам план реструктуризации, как это предполагалось по более раннему законопроекту, довольно подробно описаны порядок одобрения кредиторами плана реструктуризации и критерии, которым он должен соответствовать для утверждения судом. Положительно можно оценить возможность должника получить от кредитора согласие с условиями плана реструктуризации за шесть месяцев до возбуждения производства по делу о банкротстве. Таким образом, должник может заранее договориться с кредиторами об условиях реструктуризации.

В целом законопроект интересный, но заработает ли он на практике, даже если будет принят, во многом зависит от целей должников и кредиторов, которыми они руководствуются при подаче заявлений о возбуждении процедур банкротства. Проблема использования на практике по большей части только ликвидационных процедур вытекает не только из недостатков законодательства о банкротстве, но и из восприятия банкротства на современном этапе развития российского общества как пути ухода от выплаты долгов, а не как способа восстановления платежеспособности и выведения бизнеса из кризисной ситуации. Немалую роль в изменении данной ситуации играет в настоящее время практика применения законодательства о банкротстве Верховным Судом РФ в части пресечения действий недобросовестных лиц2. На этом фоне принятие законопроекта о введении реабилитационных процедур может задать вектор изменения ситуации.


1 См.: п. 2 Обзора судебной практики ВС РФ № 3 (2016 г.), Определение ВС РФ от 14 июня 2016 г. по делу № 304-ЭС15-20105, А02-1538/2014 и Постановление Президиума ВАС РФ от 18 февраля 2014 г. № 8457/13 по делу № А45-22511/2011.

2 См., например: Определение ВС РФ от 30 марта 2017 г. № 306-ЭС16-17647(7) по делу № А12-45752/2015, Определение ВС РФ от 11 июля 2017 г. № 305-ЭС17-2110 по делу № А40-201077/2015 и др.

Рассказать: