8 октября Конституционный Суд рассмотрел дело о проверке конституционности п. 1 ст. 81 Семейного кодекса, который не ограничивает размер алиментов при наличии сверхдоходов у родителя, уплачивающего алименты.
В январе 2024 г. Никулинский районный суд города Москвы взыскал алименты на содержание несовершеннолетней дочери с Матвея Сафонова после развода. Их размер был установлен на основании оспариваемой нормы в виде 1/4 заработка или иного дохода.
При рассмотрении дела Матвей Сафонов просил определить размер алиментов в твердой денежной сумме, а именно 300 тыс. руб., соразмерно месячному доходу его бывшей супруги. Свою позицию он обосновывал п. 2 той же статьи данного Кодекса, предусматривающим возможность увеличения или уменьшения размера алиментов судом с учетом материального или семейного положения сторон и иных заслуживающих внимания обстоятельств.
По мнению Матвея Сафонова, получение сверхвысоких доходов является именно таким обстоятельством, а выплата алиментов в виде четвертой доли от его заработка несоразмерна потребностям ребенка. Однако суд отметил, что с учетом наличия стабильного дохода у плательщика алиментов их размер обоснованно определен в долевом отношении к заработку. Также суд указал, что получение одним из родителей сверхдоходов и уплата им алиментов, намного превышающих разумные потребности ребенка, не относится к обстоятельствам, при которых размер алиментов может быть определен в твердой денежной сумме. Вышестоящие суды поддержали это решение.
В жалобе в Конституционный Суд Матвей Сафонов заметил, что еще до принятия судом решения о взыскании алиментов, в течение двух лет он добровольно перечислил на содержание ребенка около 9 млн руб., в том числе переводил суммы по 500 тыс. руб. и 250 тыс. руб. ежемесячно. Также он указал, что в пользу ребенка уплачено в качестве алиментов за 3,5 года около 62 млн руб. Он счел, что п. 1 ст. 81 СК противоречит Конституции, поскольку не позволяет определить размер алиментов, подлежащих взысканию с родителя, имеющего постоянный доход, в твердой денежной сумме, размер которой соответствует потребностям несовершеннолетнего ребенка.
В заседании КС представитель заявителя – член АП города Москвы Сергей Дорохин указал, что процессуальные и материальные права плательщика алиментов оказываются существенно ограниченными по сравнению с правами их получателя. Совокупностью нескольких взаимосвязанных факторов, а именно законодательно закрепленного правила соразмерности взысканных алиментов реальным потребностям ребенка, узким толкованием оснований для применения ст. 83 Кодекса, разъяснениями п. 20 Постановления Пленума ВС РФ от 26 декабря 2017 г. № 56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов» и устойчивой позиции, сформулированной в п. 10 Обзора судебной практики Верховного Суда № 1 за 2014 г., утвержденного Президиумом ВС 29 мая 2024 г., долевое правило превратилось в безальтернативную форму расчета алиментов при наличии у плательщика регулярного дохода, независимо от его размера и характера. Именно в таком понимании п. 1 ст. 81 Семейного кодекса РФ был применен судами в деле заявителя, указал адвокат.
Сославшись на ряд постановлений КС, Сергей Дорохин обратил внимание на то, что Конституционный Суд отмечает необходимость обеспечения баланса интересов обеих сторон в алиментных правоотношениях, лежащих в основе правового регулирования принудительного исполнения родителями обязанности содержать своих несовершеннолетних детей, в том числе с учетом принципа, закрепленного в ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, согласно которому осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Федеральный законодатель обязан обеспечить соблюдение баланса интересов сторон соответствующих правовых отношений и исключить чрезмерное неразумное обременение лиц, осуществляющих алиментные выплаты.
Определенный таким образом размер алиментов отвечает балансу частных и личных интересов, принципам справедливости, соразмерности и в полной мере адекватен их целевому назначению, указал адвокат. Напротив, денежные средства, которые взыскиваются с плательщика алиментов сверх любых разумных потребностей ребенка, утрачивают связь с алиментным обязательством. «При относительно добросовестном подходе указанные излишки расходуются получателем алиментов на нужное содержание, воспитание и образование ребенка, определяемые им самостоятельно, без учета позиции плательщика алиментов, то есть с нарушением принципа равноправия родителей», – заметил Сергей Дорохин.
В заседании КС полномочный представитель Совета Федерации Андрей Клишас указал, что ч. 1 ст. 83 Семейного кодекса предусматривает назначение алиментов в твердой денежной сумме, а потому п. 1 ст. 81 СК соответствует Конституции. При этом он не отрицал, что в ходе разбирательства КС может прийти к выводу, что есть необходимость установления конституционно-правового смысла оспариваемой нормы, и законодателю нужно будет уточнить положения.
Полномочный представитель Президента России в КС Дмитрий Мезенцев сослался на п. 23 Постановления Пленума ВС № 56, согласно которому высокий уровень доходов у родителя, обязанного уплачивать алименты, сам по себе не относится к установленным ст. 83 СК обстоятельствам, при которых возможно взыскание алиментов в твердой денежной сумме, а не в долевом отношении к заработку. Если судом будет установлено, что взыскание алиментов в долевом отношении к заработку и/или иному доходу родителей существенно нарушает интересы одной из сторон, алименты могут быть взысканы в твердой денежной сумме. Таким образом, указал он, действующее правовое регулирование порядка определения размера алиментов позволяет учитывать различные ситуации и устанавливать размер алиментов в каждом конкретном случае, исходя как из интересов ребенка, так и из интересов плательщика алиментов. В основе правового регулирования принудительного исполнения родительской обязанности содержать своих несовершеннолетних детей лежит требование о необходимости обеспечения баланса интересов обеих сторон алиментных отношений.
Дмитрий Мезенцев заметил, что принятие сбалансированного решения является задачей судов общей юрисдикции, которым законодатель предоставил значительную свободу усмотрения при разрешении семейных споров. Спикер обратил внимание, что заявитель, обосновывая неконституционность оспариваемых положений, указал, что фиксированная в отношении к заработку или иному доходу доля алиментов является избыточным ограничением права собственности и его экономической свободы. Между тем ранее в судах общей юрисдикции заявитель не обосновал избыточность ограничения его имущественных прав, как и не представил доказательств того, что не имеет возможности уплачивать алименты в долевом отношении к заработку.
Заявитель считает, что п. 1 ст. 81 Семейного кодекса противоречит Конституции также потому, что обязывает отца обеспечивать ребенка в большей степени, чем его обеспечивает мать, однако, заметил Дмитрий Мезенцев, алименты, выплачиваемые родителем, не проживающим вместе с ребенком, в определенном смысле призваны компенсировать неисполнение им непосредственно родительских обязанностей, которые предполагают непрерывную и исчерпывающую каждодневную заботу о ребенке, особенно в ранние годы жизни или в случае болезни.
Если же заявитель полагает, что уплачиваемые алименты на несовершеннолетнюю дочь могут расходоваться его бывшей супругой не только по целевому назначению, но и для собственного обогащения, он в силу правила ст. 8 Семейного кодекса вправе обратиться в суд с соответствующим иском, указал спикер. Дмитрий Мезенцев счел, что оспариваемое положение не противоречит Конституции РФ. При этом, по его мнению, в законодательстве в достаточной степени определены механизмы, обеспечивающие баланс интересов несовершеннолетних детей и их родителей в рамках алиментных отношений.
Как считает врио полномочного представителя Правительства РФ в КС Павел Степанов, вопрос связан не столько с конституционностью самих положений, сколько с применением этих положений судами. Он отметил, что согласно ч. 2 ст. 81 СК размер долей может быть уменьшен или увеличен судом с учетом материального или семейного положения сторон и иных заслуживающих внимания обстоятельств. К таким обстоятельствам в соответствии с Постановлением Пленума ВС № 56 отнесены наличие других несовершеннолетних детей, в отношении которых имеются алиментные обязательства, состояние здоровья плательщика алиментов, ряд других обстоятельств. Указанный перечень не является исчерпывающим, и суд имеет возможность рассмотреть все обстоятельства, заслуживающие внимания. На это неоднократно указывал Конституционный Суд. Павел Степанов не исключил уточнение конституционно-правового смысла оспариваемой нормы с учетом ранее принятых постановлений КС РФ.
Полномочный представитель генерального прокурора Артур Завалунов заметил: наличие у родителя постоянной работы и регулярного заработка не может служить безусловным основанием для отказа в удовлетворении требований о взыскании с такого лица алиментов на несовершеннолетнего ребенка в твердой денежной сумме или одновременно в долях и в твердой денежной сумме. Однако существующий в настоящее время судебный подход по вопросу назначения алиментов при сверхдоходах родителя не бесспорен, поскольку не учитывает правовую природу алиментов – средств, имеющих целевое назначение.
По его мнению, возможность накопления алиментов, уплачиваемых не по соглашению сторон, а в силу судебного акта, в тех случаях, когда алименты рассматриваются в силу особенностей конкретной ситуации не только как средство текущего содержания, но и как источник благосостояния детей на будущее, даже на годы после достижения совершеннолетия, должна прямо следовать из закона. Правила п. 2 ст. 60 СК о возможности зачисления части сумм алиментов на счет самого ребенка в банке, а не на номинальный счет, направлены на ограничение в расходовании сумм алиментов и на то, чтобы родитель, с которым ребенок проживает, распоряжался ими под контролем органа опеки и попечительства. В этой связи вопрос соблюдения целевого назначения алиментов приобретает ключевое значение в случаях, когда плательщик имеет высокий доход, заметил спикер. «Представляется, что рассматриваемые положения нуждаются в разъяснении конституционно-правового смысла в случаях, когда взыскание алиментов в долевом отношении к заработку приводит к явному превышению реальных потребностей несовершеннолетнего, в том числе в части установления подлежащих оценке критериев определения данных потребностей», – заключил Артур Завалунов.
Как сочла помощник министра юстиции Алина Таманцева, семейное законодательство предусматривает в достаточной степени гибкое регулирование алиментных отношений, позволяющее обеспечить баланс интересов родителей и приоритетную защиту интересов детей. Она заметила: законодательством не установлено, что полученные в качестве алиментов денежные суммы должны расходоваться строго в месяц их получения. При этом на основании п. 2 ст. 60 СК суд вправе, исходя из интересов детей, по требованию плательщика алиментов вынести решение о перечислении не более 50% суммы алиментов на счета, открытые на имя несовершеннолетних детей в банках. Таким образом, оспариваемые нормы соответствуют Конституции.
Заместитель руководителя рабочего аппарата Уполномоченного по правам человека в РФ – начальник Управления судебной защиты Уммупазиль Омарова полагает, что законодательное установление верхнего предела алиментов в каком-то смысле и в определенной мере может ущемить права детей на привычный уровень обеспечения и не учесть индивидуальные потребности ребенка.
Уммупазиль Омарова считает, что п. 1 ст. 81 СК не противоречит Конституции, поскольку направлен на приоритетную защиту прав ребенка. Механизм корректировки размера алиментов, предусмотренный п. 2 ст. 81 СК во взаимосвязи со ст. 83 Кодекса, призван обеспечить баланс интересов сторон в каждом конкретном случае с учетом приоритета защиты прав ребенка, указала она. Однако открытым остается вопрос о том, насколько последовательно правоприменительная практика реализует эти механизмы в ситуациях, подобных ситуации заявителя. Спикер подчеркнула, что алименты – это не только спор о способах и размере выплат, а возможность сохранить ребенку прежний уровень жизни.
Заместитель начальника отдела по обеспечению деятельности Уполномоченного при Президенте РФ по правам ребенка Наталья Куц указала, что помимо материальных трат, на которые расходуются средства алиментов, существуют нематериальные затраты, которые возникают при совместном проживании с несовершеннолетним, и вопрос их оценки, а также чрезмерности и неразумности обременения лиц, обязанных уплачивать алименты, относится к полномочиям судов общей юрисдикции. В любом случае возможность перечисления 50% суммы алиментов на счет несовершеннолетнего позволяет решить вопрос с доказательным расходованием средств.
Заместитель директора Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ Сергей Синицын счел, что ребенок, в отношении которого выплачиваются алименты, не должен быть ущемлен в правах по сравнению с другими детьми лица, которое платит алименты и проживает вместе с ними.
Выслушав позиции участников заседания, Конституционный Суд удалился для принятия решения.
