×

Пленум ВС разъяснил особенности уголовной ответственности за подделку документов

В итоговом постановлении появилось понятие удостоверения, подделка которого для использования или сбыта уголовно наказуема
Одна из адвокатов полагает, что первоначальный вариант постановления, который Пленум обсуждал не так давно, серьезно не изменился. По мнению другого, в итоговой редакции ВС дал общее понятие важного личного документа для ч. 2 ст. 325 УК. Третий не согласен с тем, что похищение государственных наград одновременно с другим имуществом нужно квалифицировать по совокупности ст. 324 УК и соответствующей статье об ответственности за преступление против собственности.

17 декабря Пленум Верховного Суда принял Постановление «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324–327.1 УК РФ».

Указанные составы относятся к преступлениям против порядка управления:

  • ст. 324 УК устанавливает ответственность за незаконное приобретение и сбыт официальных документов и государственных наград;
  • ст. 325 – за похищение и повреждение документов, штампов, печатей и похищение акцизных марок, специальных марок и знаков соответствия;
  • ст. 325.1 – за неправомерное завладение государственным регистрационным знаком транспортного средства;
  • ст. 326 – за подделку и уничтожение идентификационного номера транспортного средства;
  • ст. 327 – за подделку, изготовление и оборот поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей и бланков;
  • ст. 327.1 – за изготовление, сбыт и использование поддельных акцизных марок, специальных марок и знаков соответствия.

Итоговый вариант постановления несколько отличается от первоначального, который Пленум обсуждал 19 ноября. Адвокат, младший партнер АБ «ЗКС» Анастасия Лукьянова считает, что документ серьезно не изменился. «Лишь в отдельных пунктах разъяснения дополнены новыми признаками, но в целом существенной роли это не играет», – пояснила она.

Читайте также
Пленум ВС разъяснит особенности уголовной ответственности за подделку документов
Проект постановления «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324–327.1 УК РФ» отправлен на доработку в редакционную комиссию
19 Ноября 2020 Новости

Так, в п. 1 постановления отмечается, что под официальными документами, предоставляющими права или освобождающими от обязанностей, в ст. 324 и официальными документами в ч. 1 ст. 325 УК РФ понимаются такие документы, в том числе электронные, которые создаются, выдаются либо заверяются в установленном законом или иным нормативным актом порядке федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов Федерации, органами местного самоуправления либо уполномоченными организациями или лицами и удостоверяют юридически значимые факты.

При этом подчеркивается, что предметом незаконного приобретения и сбыта официальных документов (ст. 324 УК) могут быть только официальные документы, способные повлечь юридические последствия – предоставление или лишение прав, возложение обязанностей или освобождение от них, изменение объема прав и обязанностей. В качестве примеров приведены листок нетрудоспособности и медицинское заключение об отсутствии противопоказаний к управлению транспортными средствами.

Ранее Анастасия Лукьянова отмечала, что это новое понимание официального документа, которое учитывает подходы судебной практики и уголовно-правовой доктрины, а также п. 35 Постановления Пленума ВС от 9 июля 2013 г. № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях». «Применительно к рассматриваемым составам признак официальности определяется как способность документа удостоверять факты, имеющие юридическое значение, при этом источник создания, выдачи и заверения такого документа не имеет первостепенного значения для квалификации», – поясняла она. Это разъяснение, по мнению адвоката, призвано разрешить давнюю неопределенность в судебной практике: иногда суды признают официальным лишь документ, исходящий от госорганов.

Часть 2 ст. 325 УК устанавливает ответственность за похищение у гражданина паспорта или другого важного личного документа. Из п. 2 постановления следует, что под паспортом необходимо понимать также заграничный, дипломатический и служебный паспорта. Там же даны ориентиры для судов при решении вопроса о том, является ли личный документ важным: необходимо учитывать как минимум характер удостоверяемого факта и последствия похищения документа для гражданина.

В проекте приводились примеры документов, которые могут быть важными личными: вид на жительство, военный билет, водительское и пенсионное удостоверение, аттестат, диплом об образовании и др. В итоговом варианте постановления Пленум также указал, что важными личными могут быть любые другие документы, наделяющие гражданина определенным правовым статусом и рассчитанные, как правило, на многократное и (или) длительное использование. «В новой редакции п. 2 ВС, по сути, привел общее понятие важного личного документа», – считает адвокат МКА «Князев и партнеры» Артем Чекотков.

Адвокат АП Республики Башкортостан Николай Герасимов заметил, что важный личный документ, с точки зрения Пленума ВС, имеет два главных признака: наделяет гражданина определенным правовым статусом и рассчитан на многократное и (или) длительное использование. «Полагаю, данное уточнение поможет правоохранительным органам и судам правильно квалифицировать содеянное и будет способствовать недопущению случаев необоснованного отказа в возбуждении уголовного дела или его прекращения из-за неотнесения похищенного документа к категории важных личных», – указал он. Однако в этом случае, как и всегда, вопрос в том, будут ли уполномоченные органы использовать это разъяснение на практике, добавил адвокат.

В п. 3 постановления отмечается, что предметом преступлений, предусмотренных ст. 324 и 325 УК, могут быть только подлинные официальные документы, государственные награды РФ, РСФСР и СССР, штампы, печати, акцизные и специальные марки, а также знаки соответствия.

Согласно п. 4 постановления предметом незаконных действий, предусмотренных ч. 1–4 ст. 327 УК, выступают поддельные паспорт и другие официальные документы, предоставляющие права или освобождающие от обязанностей, в том числе удостоверения. В итоговом варианте данного пункта появилось разъяснение о том, что для целей ч. 2 ст. 327 УК таким удостоверением может быть признан документ, предназначенный для подтверждения личности, должности (статуса) лица, прав и полномочий, предоставленных ему в соответствии с нормативными правовыми актами. В качестве примера Пленум привел служебное удостоверение сотрудника правоохранительного органа, предоставляющее право на хранение и ношение огнестрельного оружия и спецсредств. «Изменение представляется разумным, поскольку формулировка диспозиции ч. 2 ст. 327 УК достаточно широкая. Конкретизация предмета – удостоверения, предоставляющего права и освобождающего от обязанностей, – с приведением примера послужит ориентиром для правоприменителя», – считает Артем Чекотков.

В п. 5 указано, что похищение госнаград является одним из способов их незаконного приобретения и квалифицируется по ст. 324 УК РФ. В тех случаях, когда вместе с наградами виновный похищает иное чужое имущество, деяние квалифицируется по совокупности – ст. 324 УК и соответствующей статье об ответственности за преступления против собственности.

«Не вызывало сомнений, что если похищение госнаград сопряжено с применением насилия, то такие действия образуют совокупность преступлений, предусмотренных ст. 324 и соответствующей статьей УК об ответственности за преступление против жизни и здоровья. Более интересен вопрос о возможности вменения совокупности с преступлением против собственности, – считает Артем Чекотков. – Именно он и был разрешен в новой редакции постановления. Как следует из разъяснений ВС, если в ходе кражи были похищены не только государственные награды, но и, например, денежные средства, то содеянное образует именно совокупность преступлений, а не единое хищение».

Ранее Николай Герасимов критически оценил первую версию п. 5 проекта. Однако итоговый вариант, по мнению адвоката, порождает еще больше вопросов: «Мне непонятна позиция ВС, при которой похищение госнаград – т.е. кражу, грабеж и разбой – предлагается квалифицировать не по соответствующим статьям УК, а по ст. 324, указывая, что похищение является одним из способов незаконного приобретения. На мой взгляд, очевидно, что цели, мотивы и объект посягательства в данном случае совершенно разные и не соответствуют составу преступления, предусмотренного ст. 324 Кодекса».

Из названия гл. 32 УК следует, что объектом преступления, предусмотренного ст. 324, является порядок управления, напомнил эксперт. «А субъективная сторона, как видно из диспозиции статьи, характеризуется только прямым умыслом, без особых целей либо мотивов. При этом объектом преступлений, связанных с хищением имущества, является собственность, а субъективная сторона характеризуется корыстным мотивом и целью обращения чужого имущества в пользу виновного или других лиц, – пояснил Николай Герасимов. – Таким образом, по моему мнению, очевидно, что в случае хищения государственных наград с целью их обращения в пользу виновного или других лиц для, например, последующей продажи и получения материальной выгоды содеянное логично квалифицировать по статьям УК об ответственности за преступления против собственности».

Кроме того, добавил он, так и не были даны разъяснения о том, как квалифицировать содеянное, если, к примеру, похищение было сопряжено с применением насилия или проникновением в жилище либо если предметом хищения стали награды, имеющие высокую стоимость.

В п. 11 постановления указано, что использование заведомо поддельного документа из ч. 3 и 5 ст. 327 УК считается оконченным преступлением с момента представления документа для получения прав или освобождения от обязанностей. Достижение этой цели для квалификации значения не имеет. При этом подчеркивается, что если подложный документ затем использовался для получения прав или освобождения от обязанностей в течение определенного периода (например, при трудоустройстве и в период последующей работы), то сроки давности уголовного преследования исчисляются с момента фактического прекращения использования поддельного документа. Ранее Анастасия Лукьянова и Артем Чекотков отмечали минусы такого подхода.

В п. 16 подчеркивается, что деяния, предусмотренные ст. 324, 325, 325.1, 326, 327, 327.1 УК, совершаются только умышленно. В следующем пункте Пленум напомнил, что в ряде составов обязательным признаком является цель или мотив. То есть, к примеру, отсутствие при изготовлении поддельного официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, цели его использования исключает уголовную ответственность. В п. 18 ВС обратил внимание, что деяние, формально подпадающее под одну из статей особенной части УК, в силу малозначительности может не иметь общественной опасности.

Рассказать: