На днях состоялось заседание рабочей группы, на котором обсуждалось внесение изменения в ст. 17 Кодекса профессиональной этики адвоката. Напомню содержание п. 1 этой статьи. Информация об адвокате и адвокатском образовании допустима, если она не содержит: 1) оценочных характеристик адвоката; 2) отзывов других лиц о работе адвоката; 3) сравнений с другими адвокатами и критики других адвокатов; 4) заявлений, намеков, двусмысленностей, которые могут ввести в заблуждение потенциальных доверителей или вызывать у них безосновательные надежды.
Предпосылками для обсуждения стали жалобы доверителей на недостоверную информацию об адвокатах, многочисленные примеры антирекламы адвокатской деятельности в интернете, вопросы коллег-адвокатов, связанные с неопределенностью толкования установленных в ст. 17 КПЭА ограничений.
Является ли рекламой информация, размещаемая адвокатом? Допустима ли реклама адвокатской деятельности? Не потеряют ли адвокаты конкурентное преимущество перед юристами, не ограниченными в возможностях размещения рекламы? Распространяется ли Федеральный закон от 13 марта 2006 г. № 38-ФЗ «О рекламе» на информацию о профессиональной деятельности адвоката и уполномочены ли антимонопольные органы проверять ее на соответствие законодательству? Как обстоят дела с рекламой у европейских коллег? На эти и другие возникшие у адвокатов вопросы мы попытались найти ответы в ходе обсуждения, но, откровенно говоря, к единому пониманию так и не пришли, это еще предстоит сделать.
Пока же поделюсь своими соображениями. Прежде всего мне хотелось бы, чтобы адвокатура руководствовалась принципом «все разрешено, что не запрещено». Ограничения и запреты должны быть понятны и оправданны, к примеру, целью защиты интересов адвокатского сообщества либо доверителей. Поэтому я считаю, что запрет рекламы недопустим.
Является ли информация об адвокате и адвокатской деятельности рекламой? Да, отчасти. И требования к размещению такой информации должны быть сформулированы четко и ясно.
Цель положений ст. 17 КПЭА понятна, но в настоящее время она утратила актуальность, а некоторые моменты и вовсе вызывают недоумение. К примеру, норма подп. 1 п. 1 запрещает включать оценочные характеристики адвоката. Но допустим, адвокат всем известен как один из лучших специалистов в конкретной области. Почему же он не может об этом сообщить? Или подп. 2 п. 1 той же статьи: нельзя использовать отзывы других лиц. Отчего же? Чьи права этим могут быть нарушены? Почему будущий доверитель не может знать, что адвоката рекомендует, к примеру, компания с высокой репутацией? Если эта информация достоверна, то запрещать ее использование неправильно.
Таким образом, я бы подходила к положениям ст. 17 КПЭА не с позиции «как нельзя», а иначе – «как можно и должно». Главными требованиями к рекламе должны быть достоверность и добросовестность. Именно на этот «стержень должны нанизываться» остальные критерии.
Конечно, регулирование рекламы и корректировка положений ст. 17 КПЭА – это не самые злободневные вопросы, стоящие перед адвокатским сообществом. Можно было бы отложить их на потом. Но, как известно, дьявол в деталях, а к адвокатуре, как никогда ранее, приковано внимание юридического сообщества. В преддверии реформы нам необходимо помнить, что акты, регулирующие адвокатскую деятельность, рассматриваются теперь с точки зрения привлекательности корпорации и ее конкурентоспособности, а это значит, что адвокатуре придется меняться.
