4 мая с.г. в Савеловском районном суде г. Москвы коллегия присяжных единодушно проголосовала за оправдательный вердикт в отношении К., обвинявшегося в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ. На основании вердикта 16 мая суд вынес в отношении К. оправдательный приговор.
Органами предварительного следствия К. обвинялся в том, что 7 марта 2022 г. в вечернее время, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находился с ранее знакомым ему И. в сквере, расположенном вблизи жилого многоквартирного дома. Между мужчинами произошел конфликт на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, в ходе которого у К. возник умысел на причинение смерти И. В результате К. достал из кармана куртки нож, которым нанес И. не менее одного удара в область левой надключичной области и не менее одного удара в область правого плеча, после чего скрылся с места преступления, а И. проследовал в квартиру знакомой, где вскоре умер.
Далее приведены выдержки из защитительной речи в отношении обвиняемого.
«Уважаемые присяжные заседатели, уважаемый председательствующий, участники судебного процесса!
Настал тот ключевой момент, когда я могу прямо и непосредственно обратиться к вам со своими мыслями, доводами и выводами не только о непричастности моего подзащитного к событиям 7 марта 2022 г., но и о полной его невиновности.
В начале судебного разбирательства, обращаясь к вам со вступительным словом, я заявил о непричастности К. к совершению убийства И.
Эта позиция не только не изменилась, но по результатам судебного следствия еще более укрепилась в понимании того, что К. “назначили” обвиняемым по данному делу.
Те обстоятельства, которые отражены в предъявленном К. обвинении, были в вашем присутствии проверены посредством допроса свидетелей, подсудимого, исследования письменных материалов уголовного дела.
И, как я уже говорил во вступительном слове, сторона защиты по данному делу не располагала самостоятельными доказательствами, и такие доказательства вам защитой представлены не были.
О непричастности и невиновности К. в убийстве И. вы узнаете из тех доказательств, которые вам были представлены стороной обвинения.
У кого-то из вас может возникнуть вопрос: как доказательства стороны обвинения могут свидетельствовать о невиновности и непричастности подсудимого к убийству, если на те же самые доказательства ссылался прокурор в своей речи в прениях, доказывая виновность К.?
Помните, как у О. Хайяма:
В одно окно смотрели двое.
Один увидел дождь и грязь.
Другой – листвы зеленой вязь,
Весну и небо голубое.
В одно окно смотрели двое.
Вот так получается и с оценкой одних и тех же доказательств сторонами по данному делу.
Итак, на чем продолжает настаивать обвинение.
Вам эти обстоятельства уже известны.
Повторю лишь вкратце основу обвинения и прошу обратить внимание на время, которое в этом обвинении указано в качестве времени совершения преступления.
По утверждению обвинения К. 7 марта 2022 г. в период времени с 18:20 по 21:38 К., будучи в состоянии алкогольного опьянения, находился совместно с ранее знакомым ему И. в сквере. Между мужчинами произошел конфликт на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, в ходе которого К. достал из правого кармана надетой на нем куртки нож хозяйственно-бытового назначения, которым нанес И. не менее одного удара в область левой надключичной области и не менее одного удара в область правой плечевой надключичной области, после чего скрылся с места преступления. В результате таких действий К. смерть И. наступила в период времени с 21:38 по 23:40 7 марта 2022 г. в квартире, расположенной по адресу ˂…˃.
А ведь действительно, на первый взгляд, можно наблюдать следующую картину событий: конфликт К. и И. в сквере, изъятые в квартире подсудимого нож, который прошел множество судебных экспертиз, а также часть коврика в прихожей, на котором была обнаружена кровь И., и – самое главное – признательные показания обвиняемого на стадии предварительного следствия и алкоголизм К., о котором так много говорили вам прокуроры при оглашении как предъявленного подсудимому обвинения, так и показаний некоторых свидетелей.
И ведь многие могут подумать, что всё действительно складывается против К.
Но так можно подумать или сказать только в том случае, когда материалы дела оцениваются поверхностно, без всестороннего анализа представленных стороной обвинения доказательств.
Надеюсь, после моего выступления у вас возникнет совершенно иное восприятие произошедших в тот день событий.
Прошу вас набраться терпения, поскольку в своем выступлении я буду тщательно анализировать представленные вам стороной обвинения доказательства.
Начну анализ доказательств с показаний К., которые были оформлены следователем и в которых К. сообщал о том, что он в ходе конфликта с И. достал из правого кармана куртки металлический выкидной нож и, подойдя к И., нанес правой рукой удар ножом в область его левой ключицы, от чего И. начал оказывать сопротивление и отбиваться алюминиевым костылем, после чего он, К., нанес ему еще несколько ударов ножом, около двух раз, в хаотичном порядке, куда именно он попал, не знает. После этого К. выбросил нож рядом с местом нанесения И. ножевых ранений и направился в сторону дома. Спустя некоторое время приехали сотрудники полиции и К. был доставлен в отделение.
Заявляю, что показания К., которые были даны в ночь с 9 на 10 марта 2022 г., являются недостоверными, и вот почему.
Как следует из показаний свидетеля О., после того, как они втроем, О., К., И., допили спиртное, первым из сквера ушел К., затем О. и только потом И.
Из установленных стороной обвинения событий следует, что К. после того, как ушел из сквера, больше туда не возвращался. В то же время из протокола осмотра места происшествия, который был исследован с вашим участием в судебном заседании, вытекает, что следователем также ночью 10 марта 2022 г. был произведен осмотр сквера и того места, где находилась лавочка, на которой распивали спиртное К., И. и О., где произошел конфликт между К. и И.
Так вот, какого-либо ножа, который, если следовать показаниям К., тот выкинул рядом с местом конфликта с И., следователем обнаружено и изъято не было.
Вам в самом начале судебного разбирательства прокурором было оглашено предъявленное К. обвинение, из фабулы которого усматривается, что К. нанес И. удары ножом, после чего скрылся с места преступления.
О том, что К. выкинул нож рядом с местом конфликта с И., в самом обвинении ничего не говорится. Следовательно, в этой части показания К. не были признаны достоверными и самими органами следствия, что подтверждает факт недостоверности показаний К., данных им в ночное время с 9 на 10 марта на стадии следствия, которые им в суде подтверждены не были.
Из оглашенных прокурором показаний К. на стадии следствия следует, что удары ножом наносились в левую ключицу, а также еще несколько (примерно около двух раз) в хаотичном порядке, куда именно он попал ножом, не знает.
Затем в показаниях указаны следующие сведения: “7 марта 2022 г. я в ходе конфликта, происходящего между мной и И., нанес последнему удар ножом в область левой ключицы, а также хаотичные удары ножом в область верхней части груди”.
В третьем протоколе допроса от того же 10 марта 2022 г. записано следующее: “В ходе конфликта я достал нож и ударил И. в левое предплечье”.
В связи с этим прошу вас обратить внимание на следующие обстоятельства.
Все три протокола допроса К. следователем был составлены друг за другом ночью с 9 на 10 марта 2022 г., а именно – с 23:40 до 00:15, с 00:30 до 00:50, с 00:55 до 02:07, хотя в этих протоколах содержалось изложение однотипных действий “нанесение удара ножом в область левой ключицы”.
В чем была нужда дважды допрашивать К. в качестве обвиняемого, если уже в первом протоколе его допроса следователь записал, что “К. был совершен удар ножом в область левой ключицы И., а также хаотичные удары ножом”? Ответ простой: одними и теми же показаниями формировали множественность доказательств причастности К. к нанесению И. ударов ножом.
Возникает вопрос: почему следователь в протоколах делал акцент именно на место нанесения ударов ножом в левую ключицу? Здесь же возникает еще один вопрос: почему К. стали допрашивать не сразу после его задержания ночью 8 марта 2022 г., а спустя более чем через полутора суток после задержания?
О том, что К. был задержан ночью 8 марта 2022 г., нам сообщил в своих показаниях свидетель – оперативный сотрудник Г.
И К. в своих показания также заявил, что после того, как он пришел 7 марта домой, его через некоторое время ночью задержали сотрудники полиции.
Так вот, причина в следующем.
Следователю надо было получить сведения о причинах смерти И., которые и стали ему известны только 9 марта 2022 г.
Так, из заключения СМЭ следует, что экспертиза трупа И. была начата 9 марта 2022 г. и производилась с 10:40 до 13:20. В ней были сделаны выводы определяющего порядка: “Смерть И. наступила от проникающего в левую плевральную полость колото-резаного ранения левой надключичной области с повреждением мягких тканей и кровоизлиянием в них с повреждением подключичных артерий и вены, париетальной плевры, верхней доли легкого, с развитием кровопотери”.
Вот почему сразу в трех протоколах допросов К. возникли сведения о нанесении удара ножом в левую ключицу, а затем в одном из протоколов было добавлено о нанесении хаотичных ударов ножом в область левой части груди, хотя в самом первом протоколе допроса К. было записано о нанесении хаотичных ударов, но куда именно, в протоколе было зафиксировано, что К. не помнит. Но после того, как было получено уточнение от эксперта, что удары ножом были нанесены в верхнюю долю легкого, в последующем протоколе допроса последовало уточнение о том, что “хаотичные удары были нанесены в область верней части груди”.
В судебном заседании подсудимый заявил, что показания следователю о том, что он наносил удары ножом И., самолично не давал. Он подписал чистые бланки протоколов, за что оперативные сотрудники принесли ему пива. До задержания им было выпито около трех бутылок водки, в отделении полиции он находился в алкогольном опьянении и на его вопрос, за что его задержали, оперативные сотрудники, в частности Г., ему сказал, что он зарезал И. На что он ответил, что этого не делал. Но ему сказали, что он был пьян и ничего не помнит, но что это сделал именно он. Его попросили подписать чистые листы протоколов в обмен на то, что сразу отпустят домой. К. находился в состоянии похмелья, потому и подписал чистые листы протоколов, но его обманули, и после того, как он поставил подписи на бумагах, его посадили в камеру.
Можно ли верить таким показаниям К.?
Безусловно, да. В чем вы и сможете убедиться при дальнейшем исследовании мной обстоятельств дела».
Полный текст речи содержится здесь.
