Конституционный Суд РФ в Определении от 13 января 2022 г. № 3-О рассмотрел жалобу военнослужащей на нормы, на основании которых ей было отказано в предоставлении жилья.
На мой взгляд, данное определение может свидетельствовать о желании государства сэкономить бюджетные средства на обеспечение и реализацию социальных прав военнослужащих, – в первую очередь, права на жилье, – ведь это касается в основном лиц, отдавших военной службе долгие годы, а в настоящее время подлежащих увольнению в запас либо в отставку.
Заявительница по обсуждаемому делу относится к категории военнослужащих, которые заключили контракт о прохождении военной службы после 1997 г. и на весь период службы подлежали обеспечению только служебным жильем, а постоянное имели право получить по достижении общей продолжительности службы 20 лет или при увольнении по достижении предельного возраста пребывания на военной службе, по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями при общей продолжительности службы 10 лет. При этом, что важно, такие военнослужащие подлежат обеспечению жильем именно федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба.
В 90-е гг. ХХ в. в Вооруженных Силах наблюдалась острая нехватка кадров; не выплачивалось вовремя и в полном объеме денежное довольствие; военнослужащие массово увольнялись; в некоторые военные вузы также был недобор. Чтобы стимулировать граждан служить по контракту, поступать в высшие военные учебные заведения, государство обещало дополнительные меры социальной защиты, одна из которых – получение постоянного жилья по окончании службы по избранному месту жительства.
Однако с тех пор законодательство, регулирующее порядок обеспечения таких военнослужащих жильем, неоднократно менялось. Так, в настоящее время большинство военнослужащих подлежат обеспечению жильем в рамках накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения. Для этой категории военнослужащих ситуация заявительницы не актуальна, а рассматриваемое определение КС с практической точки зрения вряд ли будет интересно.
Конституционный Суд при рассмотрении дела заявительницы, в частности, пришел к выводу, что ее конституционные права применением оспариваемых норм (п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», п. 1 и 2 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 405-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон “О статусе военнослужащих”») не нарушены.
В Определении (как и в некоторых других определениях и постановлениях КС) вновь говорится о военной службе как об особом виде госслужбы; о выполнении военнослужащими задач, сопряженных с повышенной опасностью для жизни и здоровья; об особом статусе военнослужащих; о необходимости установления для данной категории граждан дополнительных мер соцзащиты, в том числе в сфере жилищных отношений.
Но далее КС ссылается на экономические возможности государства. Как отмечается в определении, поскольку право военнослужащих на получение дополнительных жилищных гарантий непосредственно из Конституции РФ не вытекает, их введение, отмена, установление и изменение порядка и условий предоставления, а также круга получателей относятся к полномочиям законодателя и зависят от ряда социально-экономических факторов, предполагающих объективный учет возможностей, имеющихся в настоящее время у государства.
Таким образом, можно сделать вывод, что военнослужащий и члены его семьи в плане реализации жилищных прав защищены менее, чем граждане, не являющиеся военнослужащими. Так, из анализа Судом ст. 15 Закона о статусе военнослужащих следует, что военнослужащий вправе претендовать на предоставление жилья для постоянного проживания от военного ведомства только один раз и при условии, что ранее (начиная с рождения) этот гражданин жильем от государства ни самостоятельно, ни в составе своей семьи не обеспечивался (а если обеспечивался, то право на обеспечение жильем возможно лишь при наличии документов о сдаче этого жилья государству).
Но ведь согласно положениям ЖК РФ граждане, не являющиеся военнослужащими, вправе претендовать на неоднократное обеспечение жильем от государства (при соблюдении указанных в ЖК условий).
Аналогично рассуждали и суды общей юрисдикции, отказывая заявительнице в удовлетворении требований.
Частично удовлетворяя требования, Нижегородский гарнизонный военный суд в решении от 25 июня 2020 г. по делу № 2а-95/2020 указал: «В соответствии с п. 1 ст. 15 Закона военнослужащие-граждане, в том числе обеспеченные в качестве членов семей других военнослужащих или иных граждан жилыми помещениями… до поступления указанных военнослужащих-граждан на военную службу по контракту либо после заключения контракта о прохождении военной службы, признаются нуждающимися в жилых помещениях по основаниям, предусмотренным статьей 51 ЖК РФ, в порядке, утверждаемом Правительством Российской Федерации, и обеспечиваются жилыми помещениями либо денежными средствами на приобретение или строительство жилых помещений в соответствии с настоящим Федеральным законом.
При признании военнослужащих-граждан нуждающимися в жилых помещениях и предоставлении им и совместно проживающим с ними членам их семей жилых помещений либо денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений учитываются положения статьи 53 и части 8 статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации.
В судебном заседании установлено, что квартира по адресу: … была предоставлена З.А. Резеповой не органом, в котором она проходит военную службу, а потому она имеет право быть обеспеченной жилым помещением по основаниям, предусмотренным ст. 15 Закона».
Однако в апелляционном определении от 3 сентября 2020 г. по делу № 33а-871/2021 Второй Западный окружной военный суд применил закон, читая его «между строк». В документе указано: «Из анализа вышеприведенных правовых норм следует, что если военнослужащий распорядился полученным ранее от государства жилым помещением и не может его сдать в установленном порядке, то он не имеет права требовать повторного предоставления жилого помещения в порядке, определенном ст. 15 Федерального закона “О статусе военнослужащих”, даже по истечении срока, предусмотренного ст. 53 ЖК РФ.
Последующее обеспечение таких военнослужащих жильем возможно на общих основаниях в порядке, предусмотренном главой 7 Жилищного кодекса Российской Федерации, то есть по решению органа самоуправления по месту жительства (избранного места жительства после увольнения в запас) военнослужащего, а не органом исполнительной власти, в котором предусмотрена военная служба».
Считаю, что позиция суда первой инстанции при рассмотрении гражданского дела в данном случае была правильная и обоснованная, ведь упоминание об однократности обеспечения жильем военнослужащих рассматриваемой категории содержится только в абз. 1 п. 14 ст. 15 Закона о статусе военнослужащих. Указанная однократность, по моему глубокому убеждению, относится только к обеспечению постоянным жильем военнослужащих, увольняемых по достижении предельного возраста пребывания на службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями при общей продолжительности службы 10 лет и более. При этом такое однократное обеспечение жильем осуществляется именно федеральными органами исполнительной власти и федеральными госорганами, в которых предусмотрена военная служба (в случае заявителя – это Министерство обороны РФ), по избранному военнослужащим после увольнения месту жительства. То есть однократность заключается в том, что военнослужащий, вновь поступивший на службу (такое тоже встречается), уже не будет обеспечиваться жильем по избранному месту жительства в случае нового увольнения по тем же основаниям.
Полагаю, что в деле заявителя суды общей юрисдикции в итоге неправильно истолковали и применили закон, а КС, к сожалению, не помог восстановить права гражданина.
