×
Рязанцев Александр
Рязанцев Александр
Адвокат АП Челябинской области, адвокат АК «Рязанцев Лигал Групп»

Прежде чем ответить на вопрос, насколько изменения уголовного законодательства повлияли на положение предпринимателей, необходимо определить, возможна ли либерализация уголовного законодательства для одной отдельно взятой социальной группы.

Иногда создается впечатление, что те, кто говорит о возможности такой либерализации, представляет эту группу людей живущей на отдельно взятой планете со своей системой уголовной юстиции. Да нет же, все социальные группы существуют в одном уголовно-правовом пространстве, и в отношении них осуществляет свою деятельность та судебная система, которую они имеют. Обособленность характерна лишь для сферы хозяйственных споров, где существует отдельная арбитражная юстиция. В уголовной-правовой сфере такого выделения нет.

Таким образом, мне представляется очевидным фактом то, что либерализация уголовного законодательства для предпринимателей в отрыве от иных социальных групп является не более чем мифом. Практическое применение новелл, направленных, по мнению их создателей, на точечное улучшение положения предпринимателей в уголовно-правовой сфере, не повлечет того эффекта, на который они рассчитывали.

Подтверждением моего мнения является практика применения уголовного законодательства в отношении предпринимателей.

Мы все помним эпопею с попытками предусмотреть уголовную ответственность за предпринимательское мошенничество. Сначала была введена ст. 159.4 УК РФ, не прошедшая проверку Конституционного Суда, позже – рожденные в муках ее преемницы – ч. 5, 6, 7 ст. 159 УК РФ.

Безусловно, авторы этой реформы руководствовались благими намерениями и желали улучшить положение предпринимателей.

Действительно, наибольшие риски для них создает состав преступления, предусмотренный ч. 4 ст. 159 УК РФ. Состав, при котором наиболее высока вероятность применения меры пресечения в виде заключения под стражу. Ведь для предпринимателя заключение под стражу – синоним разрушения бизнеса. Предприниматель, при оценке его действий через призму мошенничества, находится в уязвимом положении. Он игрок на рынке и зарабатывает, когда информация, касающаяся его бизнеса, является закрытой и недоступной, в том числе для контрагентов. В такой ситуации отсутствие определенных сведений у его контрагента или неправильная оценка фактов в связи с отсутствием таких сведений может привести к тому, что действия предпринимателя будут оценены как мошенничество по добросовестному заблуждению либо ввиду злоупотребления правами контрагентом.

Однако реформаторы, решая данную проблему, пошли по неправильному пути. По их мнению, при той же самой диспозиции состав должен был применяться по-особому для отдельной социальной группы. Такой подход, на мой взгляд, имеет сомнительную научную основу. При аналогичной диспозиции предпринимательское мошенничество с криминологической и криминалистической точек зрения намного опаснее, чем мошенничество, совершаемое гражданином-непредпринимателем. Как правило, в нем задействованы бо́льшие ресурсы, применяются более креативные, интеллектуальные способы совершения преступления. Естественно, результат данной законоинициативы натолкнулся на противодействие со стороны правоохранительных органов, которые упорно продолжают не замечать признаков предпринимательской деятельности и вменять состав, предусмотренный ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Таким образом, проблема заключается не в норме закона, а в ее правоприменении. И она осталась, несмотря на все новеллы! Реформу состава мошенничества можно вкратце изложить так. Социальная группа не может смириться с размытостью на практике границ оценки ее действий, чем пользуются недобросовестные правоохранители и контрагенты. Эта группа выходит с инициативой определить данные границы. Тут достигается некий консенсус между социальной группой и государством, в котором и было заложено фиаско реформы. То есть государство снижает предпринимателям по сравнению с другими социальными группами размер ответственности за преступление, но оставляет проблему правоприменения, а именно призрачную границу между правомерной деятельностью предпринимателя и криминалом, – будьте добры, пользуйтесь.

Отсюда следует однозначный вывод: либерализация уголовного законодательства для предпринимателей невозможна в отрыве от либерализации уголовного законодательства для всех. Правоприменительные ошибки в отношении предпринимателей без формирования реально состязательной системы уголовной юстиции для всех будут и дальше совершаться.

При этом все социальные группы без исключения испытывают на себе положительный эффект от усилий, которые прилагаются в интересах предпринимателей. И здесь можно отметить позитивную роль института Уполномоченного по правам предпринимателей.

Таким образом, совершенствование правового положения предпринимателей в рассматриваемой сфере – нелегкий и тернистый путь, связанный с возникновением в России реально состязательной уголовной юстиции. А это:
– взвешенная оптимизация уголовного и уголовно-процессуального законодательства. Необходимо исключить возможность повторения неудачных попыток оптимизации: декриминализировали клевету, а потом снова криминализировали; ввели особый порядок возбуждения уголовных дел о налоговых преступлениях, а затем его отменили. Я бы, учитывая особенности правоприменения, рассмотрел вопрос о создании специализированных уголовных судов по делам предпринимателей;
– продуманная кадровая политика в системе уголовной юстиции. Лица, претендующие на должность судьи, должны обладать реальным юридическим опытом работы на той или другой стороне уголовного процесса, что не имеет ничего общего с работой на должностях помощника судьи, секретаря и т.п.;
– прагматичный подход к системе юридического образования, позволяющий научить работать новые кадры в отреформированных условиях с применением новых институтов.


Рассказать:
Другие мнения
Владимиров Вячеслав
Владимиров Вячеслав
Адвокат АП Ставропольского края, КА «Дзалаев и Партнеры»
«Неопределенный» ущерб
Уголовное право и процесс
Кассация поддержала доводы защиты, отменив приговор и вернув дело на новое рассмотрение в первую инстанцию
19 июля 2024
Бибиков Сергей
Бибиков Сергей
Старший юрист МГКА «Бюро адвокатов "Де-юре"», преподаватель Университета им. О.Е. Кутафина (МГЮА), к.ю.н.
Добросовестность – прежде всего
Третейское разбирательство
КС конкретизировал понятие публичного порядка для целей выдачи исполнительного листа по решению третейского суда
18 июля 2024
Бочинин Илья
Бочинин Илья
Юрист Практики по проектам в энергетике VEGASLEX
Нарушение или нет?
Конституционное право
КС разъяснил спорный вопрос о субсидировании МУПов публично-правовым образованием
17 июля 2024
Васильков Константин
Васильков Константин
Адвокат АП Алтайского края, Алтайская краевая коллегия адвокатов (АК № 1 Индустриального района г. Барнаула)
Суд присяжных: прошлое, настоящее, будущее
Уголовное право и процесс
Анализ отечественной практики и зарубежных правопорядков
15 июля 2024
Конрат Валерия
Конрат Валерия
Руководитель общей судебной практики юридической компании «Эклекс»
Дивиденды от добрачного бизнеса – общие или личные?
Семейное право
Суды по-разному подходят к разрешению подобных споров
12 июля 2024
Манько Илья
Манько Илья
Адвокат АП г. Москвы, партнер АБ «Бартолиус»
Об убытках директора за совершение сделки с заинтересованностью
Арбитражный процесс
ВС привел позицию по ряду вопросов, касающихся ответственности экс-руководителя
12 июля 2024
Яндекс.Метрика