Адвокат, осуществляя свою деятельность, обязан честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами, вне зависимости от того, оказывается ли им юридическая помощь по назначению органа дознания, предварительного следствия, суда или по соглашению (п. 1 ч. 1 ст. 2 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», ч. 8 ст. 10 Кодекса профессиональной этики адвоката).
Вместе с тем в адвокатском сообществе и за его пределами часто встречается мнение, что адвокат по назначению государства – как минимум покладистый, а как максимум – «карманный». К сожалению, некоторые обладатели адвокатских удостоверений действительно дают основания для подобных выводов, о чем неоднократно сообщалось, в том числе, на страницах «Новой адвокатской газеты». Но точно так же, как наличие соглашения с адвокатом само по себе не гарантирует доверителю грамотно выстроенную позицию по делу, участие в деле адвоката в порядке ст. 51 УПК РФ не свидетельствует a priori о «провальной» защите. Так, в практике есть случаи, когда адвокаты, участвовавшие в деле по назначению государства, добивались отличных результатов для подзащитных – от существенного смягчения наказания до оправдательных приговоров. Поэтому вместо того, чтобы en masse клеймить как «карманных» всех защитников, участвующих в уголовных делах по назначению государства, необходимо создать условия для того, чтобы адвокаты с активной защитительной позицией могли нормально вести дела в порядке ст. 51 УПК РФ и прежде всего – привлекаться для участия в них.
Следует понимать, что существование «карманных» адвокатов обусловлено не только специфическим подходом к работе отдельных обладателей адвокатских удостоверений, но и порядком привлечения адвокатов для осуществления защиты согласно ст. 51 УПК РФ, который имеется в субъекте Федерации. Например, если месячный график работы адвокатов в порядке ст. 51 УПК РФ с разбивкой по дням заранее известен следователям и при этом в один день за определенным отделом полиции «числятся» несколько адвокатов, следователь может по своему усмотрению вызывать известного ему адвоката либо перенести следственные действия на другой день. Зная график, следователь также имеет возможность заменить адвоката, назначенного в соответствии со ст. 51 УПК РФ. Такая ситуация часто возникает, когда следователь вызывает на первичные следственные действия адвоката Y.; в результате действий последнего подзащитный слишком уж начинает разбираться в своих правах, не признавать завышенную квалификацию, эпизоды и т.п.; в последующем при проведении следственных действий подозреваемому или обвиняемому говорят, что «не удалось связаться с адвокатом Y.», убеждают отказаться от него и привлекают другого, более покладистого защитника. Конечно, есть хорошая «страховка» от исключения защитника из дела – заключение соглашения. Однако этот вариант могут позволить себе далеко не все подзащитные.
Чтобы пресечь практику, когда адвокатов с активной защитительной позицией просто не вызывают в порядке ст. 51 УПК РФ или заменяют по ходу процесса, необходимо лишить смысла создание устойчивых «рабочих групп» «следователь – адвокат», то есть сделать так, чтобы при создании такой «группы» возникали издержки, существенно превышающие возможные выгоды.
Для этого, во-первых, следует исключить усмотрение правоприменителей в выборе назначаемого защитника. Наиболее эффективный и современный способ – введение во всех субъектах Федерации (сначала хотя бы на уровне крупнейших городов в регионе, в последующем – повсеместно) компьютеризированной системы назначения адвокатов в порядке ст. 51 УПК РФ. Суть данной системы состоит в том, что следователь звонит в своего рода «колл-центр», операторы связываются с защитником, который в «электронной очереди» стоит первым, и обеспечивают его участие в судопроизводстве. При этом адвокат выбирается автоматически: будучи первым в списке, он, получив назначение в дело, переходит в конец списка. Кроме того, разговоры оператора со следователем и адвокатом записываются и хранятся в архивированном виде, а в базе данных сохраняются сведения о том, когда поступило требование, кто из адвокатов был назначен, в каком порядке и в связи с чем происходила замена адвоката; адвокату, вступающему в дело в порядке замены, сообщается, кто участвовал в деле ранее и причина замены. Если адвокат вступил в дело, минуя «колл-центр», или замена произошла без достаточных к тому оснований – имеются основания для дисциплинарного производства в отношении адвоката. Опыт использования подобных систем в некоторых регионах (Самарская область, Хабаровский край, Санкт-Петербург) показывает, что подобные меры существенно затрудняют вызов следователем адвоката по своему усмотрению, использование сотрудниками правоохранительных органов в своих интересах графика работы адвокатов в порядке ст. 51 УПК РФ и произвольную замену защитников.
Во-вторых, следует создать дополнительные риски у второго «бенефициара» в «рабочей группе» – следователя. Один из вариантов реализовать это – прямо закрепить в УПК РФ или в постановлении Пленума ВС РФ от 30 июня 2015 г. № 29 положения о безусловном признании показаний и иных материалов недопустимыми в качестве доказательств в случае получения их при участии адвоката, принявшего защиту по назначению вне установленного порядка, то есть минуя «колл-центр». Установить подобное нарушение не представляет какого-либо труда – достаточно сверить данные о дежурстве адвоката в программе и дату проведения следственного действия в протоколе. В результате следователь, вызывая адвоката не через «колл-центр», а звонком на личный телефон, получает в деле «мину замедленного действия»: в любой момент от обвиняемого или от другого адвоката, вступившего в дело впоследствии, может поступить ходатайство о признании доказательств недопустимыми по указанному безусловному основанию. При таких перспективах вряд ли сотрудники правоохранительных органов захотят рисковать судьбой доказательственной базы по делу в «обмен» на участие защитника, вызванного ими вне «электронной очереди».
Реализованные вместе предлагаемые изменения позволят не только бороться с «карманными» адвокатами, но и укрепят авторитет адвокатуры в обществе – отлаженный тем или иным образом порядок осуществления защиты по ст. 51 УПК РФ сказывается на формировании репутации всего адвокатского сообщества и потому не должен предусматривать такие «опции», как «комфортность работы для следствия» и «быстрый незатейливый заработок для адвокатов».
Вместе с тем в адвокатском сообществе и за его пределами часто встречается мнение, что адвокат по назначению государства – как минимум покладистый, а как максимум – «карманный». К сожалению, некоторые обладатели адвокатских удостоверений действительно дают основания для подобных выводов, о чем неоднократно сообщалось, в том числе, на страницах «Новой адвокатской газеты». Но точно так же, как наличие соглашения с адвокатом само по себе не гарантирует доверителю грамотно выстроенную позицию по делу, участие в деле адвоката в порядке ст. 51 УПК РФ не свидетельствует a priori о «провальной» защите. Так, в практике есть случаи, когда адвокаты, участвовавшие в деле по назначению государства, добивались отличных результатов для подзащитных – от существенного смягчения наказания до оправдательных приговоров. Поэтому вместо того, чтобы en masse клеймить как «карманных» всех защитников, участвующих в уголовных делах по назначению государства, необходимо создать условия для того, чтобы адвокаты с активной защитительной позицией могли нормально вести дела в порядке ст. 51 УПК РФ и прежде всего – привлекаться для участия в них.
Следует понимать, что существование «карманных» адвокатов обусловлено не только специфическим подходом к работе отдельных обладателей адвокатских удостоверений, но и порядком привлечения адвокатов для осуществления защиты согласно ст. 51 УПК РФ, который имеется в субъекте Федерации. Например, если месячный график работы адвокатов в порядке ст. 51 УПК РФ с разбивкой по дням заранее известен следователям и при этом в один день за определенным отделом полиции «числятся» несколько адвокатов, следователь может по своему усмотрению вызывать известного ему адвоката либо перенести следственные действия на другой день. Зная график, следователь также имеет возможность заменить адвоката, назначенного в соответствии со ст. 51 УПК РФ. Такая ситуация часто возникает, когда следователь вызывает на первичные следственные действия адвоката Y.; в результате действий последнего подзащитный слишком уж начинает разбираться в своих правах, не признавать завышенную квалификацию, эпизоды и т.п.; в последующем при проведении следственных действий подозреваемому или обвиняемому говорят, что «не удалось связаться с адвокатом Y.», убеждают отказаться от него и привлекают другого, более покладистого защитника. Конечно, есть хорошая «страховка» от исключения защитника из дела – заключение соглашения. Однако этот вариант могут позволить себе далеко не все подзащитные.
Чтобы пресечь практику, когда адвокатов с активной защитительной позицией просто не вызывают в порядке ст. 51 УПК РФ или заменяют по ходу процесса, необходимо лишить смысла создание устойчивых «рабочих групп» «следователь – адвокат», то есть сделать так, чтобы при создании такой «группы» возникали издержки, существенно превышающие возможные выгоды.
Для этого, во-первых, следует исключить усмотрение правоприменителей в выборе назначаемого защитника. Наиболее эффективный и современный способ – введение во всех субъектах Федерации (сначала хотя бы на уровне крупнейших городов в регионе, в последующем – повсеместно) компьютеризированной системы назначения адвокатов в порядке ст. 51 УПК РФ. Суть данной системы состоит в том, что следователь звонит в своего рода «колл-центр», операторы связываются с защитником, который в «электронной очереди» стоит первым, и обеспечивают его участие в судопроизводстве. При этом адвокат выбирается автоматически: будучи первым в списке, он, получив назначение в дело, переходит в конец списка. Кроме того, разговоры оператора со следователем и адвокатом записываются и хранятся в архивированном виде, а в базе данных сохраняются сведения о том, когда поступило требование, кто из адвокатов был назначен, в каком порядке и в связи с чем происходила замена адвоката; адвокату, вступающему в дело в порядке замены, сообщается, кто участвовал в деле ранее и причина замены. Если адвокат вступил в дело, минуя «колл-центр», или замена произошла без достаточных к тому оснований – имеются основания для дисциплинарного производства в отношении адвоката. Опыт использования подобных систем в некоторых регионах (Самарская область, Хабаровский край, Санкт-Петербург) показывает, что подобные меры существенно затрудняют вызов следователем адвоката по своему усмотрению, использование сотрудниками правоохранительных органов в своих интересах графика работы адвокатов в порядке ст. 51 УПК РФ и произвольную замену защитников.
Во-вторых, следует создать дополнительные риски у второго «бенефициара» в «рабочей группе» – следователя. Один из вариантов реализовать это – прямо закрепить в УПК РФ или в постановлении Пленума ВС РФ от 30 июня 2015 г. № 29 положения о безусловном признании показаний и иных материалов недопустимыми в качестве доказательств в случае получения их при участии адвоката, принявшего защиту по назначению вне установленного порядка, то есть минуя «колл-центр». Установить подобное нарушение не представляет какого-либо труда – достаточно сверить данные о дежурстве адвоката в программе и дату проведения следственного действия в протоколе. В результате следователь, вызывая адвоката не через «колл-центр», а звонком на личный телефон, получает в деле «мину замедленного действия»: в любой момент от обвиняемого или от другого адвоката, вступившего в дело впоследствии, может поступить ходатайство о признании доказательств недопустимыми по указанному безусловному основанию. При таких перспективах вряд ли сотрудники правоохранительных органов захотят рисковать судьбой доказательственной базы по делу в «обмен» на участие защитника, вызванного ими вне «электронной очереди».
Реализованные вместе предлагаемые изменения позволят не только бороться с «карманными» адвокатами, но и укрепят авторитет адвокатуры в обществе – отлаженный тем или иным образом порядок осуществления защиты по ст. 51 УПК РФ сказывается на формировании репутации всего адвокатского сообщества и потому не должен предусматривать такие «опции», как «комфортность работы для следствия» и «быстрый незатейливый заработок для адвокатов».
