×

«Невостребованные» показания

Сторона защиты вправе «перехватывать» свидетелей обвинения и ходатайствовать об их допросе и оглашении показаний
Никонов Максим
Никонов Максим
Адвокат АП Владимирской области, к.ю.н.

Коллеги Игорь Исаев, Андрей Перов и Тимур Табакчи в своей статье, а также «АГ» в редакционной новости описали нестандартную для российского уголовного процесса ситуацию, суть которой сводится к следующему. Прокурор отказывается от вызова в суд большинства свидетелей обвинения, чьи показания были ранее указаны в обвинительном заключении. Сторона защиты заинтересована в оглашении досудебных протоколов допросов этих лиц, о чем и просит суд на основании ст. 281 УПК РФ. Прокурор возражает против оглашения, чем блокирует возможность такого оглашения на основании ч. 1 ст. 281 Кодекса, которая требует для оглашения показаний согласия обеих сторон. В результате суд вынес обвинительный приговор без учета необходимых стороне защиты доказательств.

Читайте также
Совет Федерации признал наличие пробела в ст. 281 УПК
Недостаток в законе повлек грубое нарушение права на защиту вице-мэра Сочи Сергея Юрина
09 марта 2023 Мнения

Не впадая в «адвокатский грех» комментирования доказательств и обстоятельств конкретного дела, воспользуюсь тезисами коллег как отправной точкой для рассуждения на абстрактной, «модельной» ситуации. Эти тезисы сводятся к трем пунктам:

  • возможно ли оглашение по ходатайству стороны защиты показаний «чужих» свидетелей при возражении стороны обвинения;
  • возможно ли считать отказ прокурора от представления ранее обозначенных в обвинительном заключении доказательств отказом от обвинения;
  • является ли отказ прокурора от представления таких доказательств основанием для применения ч. 3 ст. 49 Конституции РФ?

Рассматривая первый тезис, авторы пишут о «системной проблеме уголовно-процессуального законодательства – наличии у гособвинения возможности совершать немотивированные действия, а именно: блокировать оглашение показаний свидетелей обвинения».

На мой взгляд, проблема не в наличии или отсутствии мотивировки возражений прокурора (степень «достаточности» которой, напомню, оценивает суд), а в утрате в ряде случаев культуры судопроизводства, когда буква закона может выворачиваться в правоприменении «наизнанку», что не зависит от юридико-технического качества самой буквы.

Важно помнить, что в уголовном процессе действует принцип общности доказательств. Коротко и емко он был выражен еще в классическом дореволюционном «Курсе уголовного процесса» И.Я. Фойницкого: «Кем бы доказательства представлены ни были, суд и противная сторона имеют право пользоваться ими в тех пределах, в которых сами признают необходимым для разъяснения дела. Сторона, представившая доказательство, не может исключить его из дела по своему произволу. Оно есть общее достояние суда и всех участвующих в деле»1.

То есть если доказательство уже в деле, оно может вводиться в судебное следствие и использоваться далее любой стороной. Конечно, та сторона, к которой доказательство «приписано» изначально (например, по списку свидетелей из обвинительного заключения), имеет приоритет – именно она определяет момент его представления суду, первая задает вопросы «своему» свидетелю и т.п. Однако отказ прокурора от представления формально «своих» доказательств не лишает другую сторону процессуальной возможности «перехватить» «чужие» доказательства и использовать их в своих тактических целях.

Разумеется, доктрина не имеет силу закона (впрочем, букварь тоже не требуется прикладывать к каждому кодексу), но для правильного понимания правил об оглашении показаний «чужих» свидетелей есть формально-юридические основания.

Например, согласно Определению Конституционного Суда РФ от 2 апреля 2009 г. № 477-О-О «оглашение показаний, данных при производстве предварительного расследования, рассматривается как исключение и допускается лишь в случаях, предусмотренных законом (ч. 2 ст. 240 УПК РФ), что обусловлено как необходимостью устранения неравенства в процессуальных возможностях по исследованию доказательств между стороной защиты и стороной обвинения, производившей допросы потерпевших и свидетелей в ходе досудебного производства и составившей соответствующие протоколы, так и стремлением создать для суда условия, при которых ему обеспечиваются свободные от постороннего влияния восприятие и оценка показаний участников уголовного судопроизводства» (выделено мной. – М. Н.).

Таким образом, ограничения на оглашение показаний установлены в том числе как элемент favor defensionis2. Использование же дополнительной правовой гарантии против той стороны, в пользу которой она установлена, представляется, мягко говоря, абсурдным.

Кроме того, ч. 2 ст. 281 УПК применяется для сторон равным образом – независимо от деления свидетелей на «своих» или «чужих».

В приложении к «модельной» процессуальной ситуации это означает следующее. Отказавшись от допроса свидетелей, указанных в перечне свидетелей обвинения, прокурор лишь отказывается от их допроса как «своих» свидетелей. В таком случае сторона защиты может «перехватить» невостребованных «чужих» свидетелей и ходатайствовать об их допросе уже как «своих» – по общим правилам о вызове и допросе свидетелей (ст. 271, 272 и 278 УПК). Если такие свидетели не являются в суд, а их показания по-прежнему интересны стороне защиты, они могут быть оглашены путем применения ч. 2 ст. 281 УПК, включая п. 5: «если в результате принятых мер установить место нахождения потерпевшего или свидетеля для вызова в судебное заседание не представилось возможным». Закон не предусматривает для адвокатов возможность проводить оперативно-разыскные мероприятия по поиску скрывающихся свидетелей и заниматься их принудительным приводом. Следовательно, если от защитников и можно требовать принятия каких-либо мер, то только самых общих и минимальных.

Таким образом, «блокировка» оглашения показаний по ч. 1 ст. 281 УПК для стороны защиты должна «сниматься» точно так же, как это происходит на практике для стороны обвинения. Когда сторона возражает против оглашения показаний на основании ч. 1 ст. 281 УПК, другая сторона и суд принимают посильные меры к обеспечению явки свидетелей, а если все допустимые меры не увенчались успехом, возникают основания для применения ч. 2 ст. 281 Кодекса. При этом для стороны защиты, разумеется, не предусмотрена дополнительная «блокировка» по основаниям из ч. 2.1 ст. 281 УПК.

В заключение напомню вкратце о двух других тезисах – безотносительно к конкретной ситуации с доказательствами в описанном коллегами уголовном деле.

На мой взгляд, отказываясь от допроса каких-либо свидетелей (пусть и многочисленных, пусть и указанных ранее в обвинительном заключении), прокурор «распоряжается» доказательствами, а не обвинением в целом. Иными словами, он полагает, что и представленных им доказательств для вынесения обвинительного приговора по предъявленному обвинению достаточно. Одновременно это не означает, что «невостребованные» доказательства по умолчанию, уже просто в силу отказа от них, опровергают представленные, а не являются, допустим, избыточными, – не говоря уже о том, что подчас следователи допрашивают свидетелей по принципу «массовки», и в результате их показания оказываются примерно столь же содержательными, как реплика эпизодической героини из кинофильма «Берегись автомобиля»: «Кто свидетель? Я! А что случилось?»

Если прокурор рискнул доказать инкриминируемый состав преступления «малыми средствами» и не справился с бременем доказывания, оставив в обвинении «дыры», тогда и применяется ч. 3 ст. 49 Конституции о толковании неустранимых сомнений в пользу обвиняемого. Но если прокурор отказался от свидетелей «из предпоследнего и последнего ряда», полагаю, вряд ли можно говорить о применении данной нормы Основного Закона только на этом основании.   


1 Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. Т. 2. СПб., 1996. С. 229.

2 «Благоприятствование защите» (лат.).

Рассказать:
Другие мнения
Амасьянц Аркадий
Амасьянц Аркадий
Адвокат АП Московской области, Адвокатская консультация № 63 Межреспубликанской коллегии адвокатов, к.филос.н.
Преступление или провокация?
Уголовное право и процесс
По уголовным делам, связанным со сбытом наркотиков, необходимы высокие стандарты доказывания
04 марта 2024
Коробов Олег
Коробов Олег
Адвокат АП Волгоградской области, управляющий партнер Волгоградской КА «Мейер и партнеры», к.ю.н., арбитр МКАС при ТПП РФ, доцент кафедры юриспруденции Волжского филиала ВолГУ
Право кредиторов на компенсацию за объекты, изъятые из оборота
Арбитражный процесс
Кассация поддержала доводы адвокатов о надлежащем способе защиты прав кредитора
29 февраля 2024
Дьякова Елена
Дьякова Елена
Адвокат АП Московской области, Коллегия адвокатов «Династия», кандидат юридических наук
Является ли смерть заемщика страховым случаем?
Страховое право
ВС указал, что доказать наличие оснований для невыплаты страхового возмещения должен страховщик
29 февраля 2024
Шмелев Евгений
Шмелев Евгений
Адвокат АП г. Москвы, КА г. Москвы «Адвокаты на Дубровке»
Требование инспектора ДПС о прохождении медосвидетельствования на состояние опьянения должно быть законным
Производство по делам об административных правонарушениях
Примеры из адвокатской практики
28 февраля 2024
Ершов Игорь
Ершов Игорь
Руководитель арбитражной практики АБ г. Москвы «Халимон и партнеры»
Один общий срок или ряд отдельных?
Арбитражный процесс
Проблемы применения срока давности при подаче нескольких исков в рамках одних и тех же правоотношений
27 февраля 2024
Антонов Алексей
Антонов Алексей
Адвокат АП Краснодарского края
Кража с банковского счета с использованием банковских карт
Уголовное право и процесс
Неприемлемо широкое толкование квалифицирующего признака, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ
27 февраля 2024
Яндекс.Метрика