Сегодня перед юридической наукой стоит масштабная задача – осмысление хода и результатов реформы государственного контроля и надзора, осуществляемой в соответствии с федеральными законами от 31 июля 2020 г. № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации» (вступил с силу 1 июля 2021 г., далее – Закон № 248-ФЗ) и № 247-ФЗ «Об обязательных требованиях в Российской Федерации» (действует с 1 ноября 2020 г.).
Реформа призвана повысить эффективность контрольной (надзорной) деятельности, освободить граждан и организации от чрезмерного административного давления, гарантировать им их права и законные интересы. Эффективность деятельности государства оценивается с точки зрения не широты охвата контролируемых им сфер, а реального соблюдения общественных интересов, действенности политических и правовых механизмов в стране.
В связи с этим Закон № 248-ФЗ – с позиций как обеспечения прав контролируемых лиц, так и организации системы госконтроля (надзора) в стране – является прорывным.
Сохраняя преемственность с действующими законодательными нормами, он содержит также ряд принципиальных положений, позволяющих говорить о новой системе координат во взаимоотношениях контрольных (надзорных) органов и контролируемых лиц. По сути, с вступлением в силу данного Закона заработает реформа системы государственного контроля (надзора), которая приведет к существенному сокращению давления на бизнес и сужению границ субъективного усмотрения контролеров.
Новый Закон – и это принципиально отличает его от предыдущих (в частности, Федерального закона от 26 декабря 2008 г. № 294-ФЗ) – рассматривает признание, соблюдение и защиту прав контролируемых лиц (всех граждан и организаций) как важнейшую обязанность контрольных (надзорных) органов (ст. 10, 29).
Очень важно положение Закона № 248-ФЗ о приоритете профилактических мероприятий по отношению к контрольным (надзорным) действиям. Перечь профилактических мер довольно широк (ст. 45 Закона закрепляет виды таких мероприятий. Это, в частности, информирование, самообследование, консультирование, профилактический визит, обобщение правоприменительной практики).
Усиление гарантий прав проверяемых лиц прослеживается и в новых упредительных мерах, таких как стимулирование добросовестности (ст. 48 Закона № 248-ФЗ).
Для объективности и достоверности госконтроля (надзора) крайне важно введение негосударственных механизмов стимулирования добросовестного поведения контролируемых лиц.
Весьма существенным для соблюдения законных интересов бизнеса является установление исчерпывающего перечня видов контрольных (надзорных) мероприятий и подробных правил их проведения. Данный подход в значительной мере сужает поле для административного усмотрения инспекторов.
Закон № 248-ФЗ ориентирован на новые в контрольной (надзорной) деятельности технологии, включая электронное взаимодействие, которые также сужают возможности коррупционных действий. Снижение интенсивности административной нагрузки на проверяемую сторону будет достигнуто за счет сокращения количества выездных проверок, которые будут проводиться лишь в исключительных случаях (ч. 3 ст. 73 Закона № 248-ФЗ)
Кроме того, дополнен перечень обязанностей контрольных (надзорных) органов по отношению к контролируемым лицам. В частности, при организации и осуществлении госконтроля (надзора) запрещаются принятие решений и совершение действий (бездействие), унижающих достоинство личности либо умаляющих деловую репутацию организации и индивидуального предпринимателя (ч. 4 ст. 10 Закона).
В заключение добавлю, что Закон № 248-ФЗ, безусловно, является шагом к созданию грамотного и понятного законодательства, регулирующего сферу контроля (надзора). Он направлен на усиление эффективности системы госконтроля, снижение рисков ведения бизнеса и иной деятельности, а также на повышение защищенности прав граждан и организаций, с одной стороны, и интересов государства – с другой.
Вместе с тем система законодательных гарантий прав граждан и организаций при осуществлении госконтроля объективно нуждается в развитии, и не только потому, что Закон № 248-ФЗ по-прежнему не содержит ряда гарантий, необходимых для должного обеспечения прав контролируемых лиц, но и в связи с новыми социально-правовыми реалиями, видоизменяющими характер и технологии контрольной (надзорной) деятельности. К числу таких реалий относятся, в частности, условия пандемии, потребовавшие введения режима повышенной готовности на довольно долгий период.
